17 18 века архитектура в россии: Архитектура России. Конец XVII века — XVIII век

Архитектура России. Конец XVII века — XVIII век

1. Архитектура России ║конец 17 века— 18 век║

АРХИТЕКТУРА
РОССИИ
║КОНЕЦ 17 ВЕКА— 18 ВЕК║
Работу выполнила ученица 10 класса
Сукманова Алина

2. Московское нарышкинское барокко

Этот стиль наиболее ярко проявил себя в
тридцатилетний период с конца 17 до начала 18 веков
Нарышкинским данный стиль
называют благодаря тому, что
наиболее заметные объекты,
относящиеся к нему по ряду
схожих признаков, были
построены по заказу боярина
Льва Нарышкина, одного из
родственников Петра Первого.
Впервые такие черты стиля,
как возведение храма
лепестковой формы,
расположение глав в
соответствии со сторонами
света, деление фасада по
этажам, наличие в декоре
ордерных элементов
проявились при строительстве
Большого собора Донского
монастыря.
Лев Кириллович Нарышкин
Для нарышкинского барокко
характерны:
Центричность
Ярусность
Симметрия
Равновесие масс
Наличие белых элементов
на красном фоне
В архитектуре нарышкинского барокко причудливо
соединились традиции патриархального зодчества
Древней Руси и новые западноевропейские веяния.
Нарышкинский стиль использует формы,
заимствованные из западноевропейской архитектуры
позднего ренессанса и барокко: разорванные
фронтоны, раковины, картуши, маскароны, геммы,
балюстрады с вазами, волюты, спиралевидные
колонны на кроншейнах и т.д.
Один из ранних памятников нарышкинского
стиля — Новодевичий монастырь.
Колокольня Новодевичьего
монастыря в Москве (16891690)
Преображенская надвратная
церковь Новодевичьего
монастыря в Москве (1686)
Храм Покрова Пресвятой Богородицы в Филях
1694 г.
Церковь
Храм Святой
Бориса
Живоначальной
и Глеба в Зюзине
Троицы
1688—
в
1704
Хохловском
годы переулке 1696 г.
После 1710-х годов в столицах перестали
возводиться нарышкинские храмы. В это
время в Россию прибывают западные
мастера, начинающие строить в новом
стиле; свою роль сыграл и запрет Петра на
каменное строительство в городах кроме
Петербурга. Вместе с тем нарышкинское
барокко не было пресечено в расцвете, оно
закономерно исчерпало себя как
художественное явление.
Храм Ризоположения на Донской 1714 г.
В первой трети столетия все архитектурные
преобразования неразрывно связаны с именем Петра
Первого. За этот период российские города
претерпели значительные изменения и в социальноэкономическом плане и в архитектурнопланировочном.
Петром I создается особая комиссия, которая в
будущем станет главным органом государственного
проектирования как столицы, так и других городов.
Гражданское строительство уже преобладает над
церковным. Большое значение придается не только
фасадам, но и облику всего города – дома начинают
строить фасадами вдоль улиц, производится
разуплотнение застройки в противопожарных целях,
благоустраиваются улицы, мостятся дороги, решается
вопрос с уличным освещением, по обочинам
высаживаются деревья.
Главным архитектурным событием начала века считается строительство Санкт-Петербурга. Именно с этого
города и московской Лефортовской слободы начинаются серьезные преобразования в архитектурном облике
прочих городов. Ориентированный на запад Петр Первый приглашает иностранных архитекторов и отправляет
российских специалистов на обучение в Европу.
В Россию приезжают Трезини, Леблон, Мичетти, Шедель, Растрелли (отец) и другие именитые архитекторы,
которым суждено внести большой вклад в русское зодчество первой четверти 18 века.
Тот стиль, в котором
создавались
многочисленные
помпезные дворцы,
церкви, государственные
учреждения, музеи и
театры сейчас часто
называют русским
барокко или барокко
Петровской эпохи.
Церковь Знамения Богородицы в Дубровицах
Несмотря на то, что смерть Петра I была большой утратой для государства, она уже не оказала существенного
влияния на развитие градостроительства и архитектуры того периода. Русские архитекторы, работающие в
Петербурге под началом иностранцев, перенимали их опыт, вернулись на родину и те, кто был отправлен на
обучение за границу. Страна на тот момент обладала сильными кадрами. Ведущими русскими архитекторами
того периода являлись Еропкин, Усов, Коробов, Земцов, Мичурин, Бланк и другие.
Стиль характерный этому
периоду называется
рококо и является
сочетанием барокко и
зарождающегося
классицизма.
Романова Елизавета Петровна
Бартоломе́о Франче́ско Растре́лли
Большой Петергофский дворец
1714—1755 годы
Андреевская церковь (Киев)
1754 г.
Смольный собор 1748 г.
Воронцовский дворец в Санкт-Петербурге
1749—1757 годы
Официальная летняя резиденция трёх российских
монархов — Екатерины I, Елизаветы
Петровны и Екатерины II
Большой Екатерининский дворец 1752—1756 годы
Стро́гановский дворе́ц — дворец Строгановых,
построенный по проекту архитектора Франческо
Бартоломео Растрелли в 1753—1754 годах
(старейшее не разрушавшееся его творение)
Зимний дворец 1757—1762 годы
С момента окончания строительства в 1762 году по 1904 год использовался в
качестве официальной зимней резиденции российских императоров. В 1904
году Николай II перенёс постоянную резиденцию в Александровский
дворец в Царском Селе. С октября 1915 года до ноября 1917 года во дворце
работал госпиталь имени царевича Алексея Николаевича. С июля по ноябрь 1917
года во дворце размещалось Временное правительство.
При всем признании и роскоши искусство Растрелли и
его современников продержалось не долго, и на смену
ему во второй половине 18 века приходит волна
классицизма. В этот период создаются самые
масштабные проекты — новый генеральный план
Петербурга и проект перепланировки Москвы.
ясные пространственные решения
строгие формы
лаконичная внешняя отделка
мягкая цветовая гамма
Если мастера барокко предпочитали работать с объемными иллюзиями,
которые зачастую искажали пропорции, то здесь доминировали четкие
перспективы. Даже парковые ансамбли этой эпохи выполнялись в регулярном
стиле, когда газоны имели правильную форму, а кустарники и водоемы
располагались по прямым линиям.

Строгий фронтон
Ротонда
Пилястры
В русской архитектуре в последнюю треть 18 века
начинают проявляться черты нового направления,
которое впоследствии назвали русским классицизмом.
В отличие от строений в стиле барокко, заполнивших
собой Петербург и его окрестности, классицизм
наиболее проявил себя в московских постройках того
времени.
Дом Пашкова 1784—1786 годы
Основоположники русского классицизма :
В. И. Баженов,
А. Ф. Кокоринов,
М. Ф. Казаков,
И. Е. Старов.
В XXI веке дворец является штабквартирой Межпарламентской
ассамблеи
государств
Таврический дворец
1783—1789
годы —
участников Содружества Независимых Государств. В нём
также
собирается годах
Советинтерьеры
Законодателей
— изменили
особый в
В 1906—1910
здания
совещательный
орган обеих
палат
Российского думы
связи с размещением
в нём
Государственной
Парламента.
Сена́тский дворе́ц — здание на территории Московского Кремля, построенное по проекту
русского архитектора Матвея Казакова в 1776—1787 годах. Дворец выполнен по заказу
императрицы Екатерины Великой в характерном для того времени классическом стиле. По первоначальному
замыслу здание должно было служить резиденцией высшего органа государственной власти Российской
империи — Правительствующего сената, откуда и получило своё название. За время своего существования его
стены увидели немало государственных деятелей и вмещали различные органы государственной власти. В XIX
веке дворец нарекли «зданием присутственных мест» (так в ту пору назывались здания, вмещавшие органы
административного управления и местные суды), при Советской власти во дворце находился
кабинет В. И. Ленина, позднее он становится зданием Правительства СССР. В настоящее время Сенатский
дворец является рабочей резиденцией Президента Российской Федерации.
Императорская Академия художеств 1757
Александро-Невская лавра
Цари́ цыно — дворцово-парковый ансамбль на юге
Москвы; заложен по повелению
императрицы Екатерины II в 1776 году.
║ Конец 17 века ║
Нарышкинское барокко
║ 18 век ║
Барокко (Первая треть 18 века)
)
║ 18 век ║
«Елизаветинское» барокко и рококо (Середина 18 века)
║ 18 век ║
Классицизм (конец 18 века)
Спасибо за внимание
Источники:
https://www.google.ru
https://thearchitect.pro
https://www.topdom.info
http://www.facade-project.ru
http://archirussia.com
http://temples.ru
http://hramy.ru
http://trinity-church.ru
http://trendsdesign.ru

Русская архитектура XVII века

В. И. Ленин называл XVII век новым периодом русской истории, характеризующимся «действительно фактическим слиянием всех… областей, земель и княжеств в одно целое. Слияние это вызвано было… усиливающимся обменом между областями, постепенно растущим товарным обращением, концентрированием небольших местных рынков в один всероссийский рынок». Сложение всеросийского рынка разрушало патриархальную изолированность областей, способствовало укреплению экономического и культурного единства страны.

Теснее становится связь России с Западной Европой. Происходят крупные перемены в хозяйственной сфере: появляются промышленные предприятия — железоделательные заводы, мануфактуры. Эти явления развиваются в условиях феодального строя.

XVII столетие ознаменовалось крупнейшим событием: в едином государстве воссоединились русский и украинский народы. Это имело огромное прогрессивное значение для политического, экономического и культурного развития русского и украинского народов, укрепления между ними разносторонних связей.

Все XVII столетие проходит под знаком нарастающей активности угнетенных масс. Городские восстания 1648 года в Москве, 1650 года в Пскове, Новгороде, «медный бунт» в Москве в 1662 году и, наконец, Крестьянская война под предводительством Степана Разина 1667—1671 годов расшатывают устои власти, вызывая с ее стороны жестокие репрессии. Заколебалось и положение церкви. Реформы патриарха Никона в области культа вызвали широкое движение протеста (раскол), причем под знаменем защиты «старой веры» собирались и антифеодальные силы. Раскол распространялся прежде всего в среде крестьянства и посадского населения, для них это было средством борьбы с феодальным гнетом, освящавшимся официальной церковью.

Включившиеся в политическую борьбу средние слои проявляют огромную тягу к просвещению. В литературе ощутим интерес к реальной жизни, к миру живых чувств и деятельности простых людей; возникают бытовые повести. Из народной среды выходят сатирические произведения, направленные против церкви и несправедливостей существующего строя. В русской литературе этого времени впервые оформляется мысль о суверенных правах народа, о том, что сам народ, а не царь и бояре, является подлинным хранителем ценностей и независимости своей страны. Вековые путы церковно-схоластического
мировоззрения постепенно разрываются. В живописи пробивается струя реализма и свободной трактовки церковных сюжетов. В архитектуре сильнее внедряются народные вкусы, порой уводящие зодчего далеко от традиционных, освященных древностью образцов. Приобретает небывалый размах гражданское строительство, конкурируя с культовым, являвшимся доселе главной линией развития архитектурного искусства. Вместе с тем церковная и гражданская архитектура утрачивает резкую противоположность. Идет быстрый процесс «обмирщения» всей русской культуры.

В борьбе с натиском новых общественных явлений и распространением светских элементов в искусстве царская власть и церковь не ограничивались репрессиями, но стремились выдвинуть систему «охранительной» идеологии. В области живописи усиливался контроль за мастерами-иконниками, укреплялась роль «подлинников» — руководств ортодоксальной иконографии. В области архитектуры церковь выступила с прямым запретом шатровых храмов как отступающих от «церковного чина» и предписывала «освященное пятиглавие», то есть стремилась повернуть развитие вспять к традиционным канонам.

В этой обстановке обостренной борьбы искусство полно противоречивых тенденций, столкновений старого и нового. Ростки нового пробиваются даже в старые сферы церковного строительства и церковной живописи. Новые тенденции, при всей их половинчатости и ограниченности, побеждают.

XVII веком заканчивается история древнерусского искусства, связанного с церковью и ее определяющим влиянием. Вызревают условия для рождения искусства нового времени — искусства светского, основанного на жизнен¬ных наблюдениях и точных знаниях.

Деревянное зодчество, как и в предшествующее время, было наиболее распространенным на Руси. Для XVII века мы располагаем уже значительным числом подлинных памятников, позволяющих судить о многообразии и совершенстве произведений, созданных русскими плотниками. Они рубили не только крестьянские жилые и хозяйственные постройки, но и избы для горожан, хоромы для богатого купечества и феодальной знати. Однако их искусство и теперь могло проявить себя во всю ширь прежде всего в крупных постройках, возводимых по заказу царского двора, и в сооружении храмов, на создание которых собирались большие «мирские» средства, обеспечивавшие возможность строительства крупных и технически сложных сооружений.

Семен Петров, Иван Михайлов, Савва Дементьев. Дворец в селе Коломенском. 1667-1668; 1681. Старинный рисунок.

Выдающимся произведением светского деревянного зодчества являлся известный нам по рисункам и модели дворец в селе Коломенском (1667—1668, ил. 90), построенный плотничьим старостой Семеном Петровым и плотником-стрельцом Иваном Михайловым, частично перестроенный в 1681 году Саввой Дементьевым. Коломенский дворец представлял сложное сочетание больших и малых срубов-клетей, свободно расположенных или сгруппированных вокруг внутренних дворцов, в зависимости от потребностей дворцового обихода. Главная группа помещений, обращенная к церкви Вознесения, отводилась под царские хоромы. Здесь особенно эффектными были столовая изба, крытая кубоватой кровлей (четырехскатная кровля с «пучинами», напоминающая луковицу), и многооконный терем, связывающий столовую избу с государевыми хоромами. Далее располагались хоромы царевича и царицы. Подклеты занимали служебные помещения, поэтому жилые покои второго этажа связывались между собой и с придворными храмами переходами. Ансамбль дворца фактически не имел определенного главного фасада — с любой точки зрения открывались новые перспективы прихотливо сгруппированных объемов. Живописность композиции подчеркивалась разнообразием форм покрытий, включающих и шатровые вышки. Декоративное богатство дворца усиливалось обилием раскрашенной орнаментальной резьбы, позолотой деталей и раскраской кровель. По словам иностранца Рейтенфельса, дворец походил на «только что вынутую из футляра драгоценность». В архитектуре здания решительно преобладает тяга к сложной, несколько измельченной живописной композиции и богатству наружного и внутреннего убранства. Эти же черты, как мы увидим в дальнейшем, характерны и для каменного зодчества XVII века.

В деревянном культовом зодчестве при небольшом числе основных типов храма создаются исключительно разнообразные по композиции произведения. Выразительность церквей и их доминирующее положение в поселении и пейзаже достигались большой высотой (до 40—50 м) и сложным силуэтом венчающей части.

Так называемые клетские храмы, широко распространенные по всей России, представляют собой прямоугольный сруб-клеть, покрытый двускатной кровлей, на которой возвышается маковка с крестом. Благодаря большому подъему клинчатой кровли некоторые из них весьма эффектны по силуэту (например, церковь села Спас-Вежи, 1628, ныне перевезена в Костромской музей деревянного зодчества). Иногда двускатной кровле придавали выпуклую килевидную в сечении форму, получая своеобразный тип покрытия — бочку.

Излюбленным типом деревянного культового здания был, как и ранее, шатровый храм, обладавший наиболее выразительным силуэтом. Основные варианты шатровых церквей — шатровый восьмерик с прирубами («восьмерик от земли»), создающий образ храма-башни; восьмерик на крестообразном в плане основании, а также восьмерик на четверике, где прямоугольное в плане здание выше переходит в восьмиугольный сруб-восьмерик, перекрытый шатром. Иногда шатер увенчивает не восьмерик, а сруб, имеющий шесть или, реже, десять сторон. Среди наиболее значительных примеров деревянных шатровых храмов можно отметить церкви в селах Панилово (1600, Архангельская область, ил. 91), Варзуга (1674, Мурманская область), Согинцы (1696, Ленинградская область), Пучуга (1698?, Архангельская область). Известны и многошатровые храмы, являющиеся комбинацией столпов — восьмигранного и нескольких восьмериков на четверике (Троицкая церковь в погосте Ненокса, 1727, Архангельская область, ил. 92).

91. Церковь в селе Панилово. 1600. Архангельская обл.

92. Троицкая церковь в погосте Ненокса. 1727. Архангельская обл.

Стремление к динамичному силуэту храма привело к образованию особого типа высотной композиции — ярусным храмам, представлявшим нарастание уменьшающихся четвериков или восьмериков. Такова, например, церковь Ширкова погоста (1697, Калининская область), где высота здания, равная почти 45 метрам, подчеркнута сокращением четвериков и остротой «клинчатых» восьмискатных кровель. Ярусная композиция, в которой на нижнем четверике возвышаются три восьмерика, представлена церковью Вознесения в Торжке (1653).

В поисках сложного и богатого силуэта зодчие со второй половины XVII века использовали и принцип многоглавия. Ранний пример — церковь в Чухчерьме (1657, Архангельская область) — довольно простой вариант этого типа. Позднейший памятник — Преображенская церковь в Кижах (1714, ил. 93) — на основе сложного сочетания найденных ранее приемов дает поразительный по красоте и своеобразию тип двадцатидвухглавого храма.

93. Преображенская церковь в Ки¬жах. 1714

Рубленые храмы свидетельствуют о выдающемся архитектурном таланте народных мастеров, умевших создать подлинные шедевры, достичь впечатления монументальности даже при сравнительно небольших размерах здания. Деревянные храмы обычно великолепно связаны с ландшафтом и имеют огромное значение для создания архитектурного ансамбля в сельских поселениях.

Сохранились и некоторые деревянные оборонительные сооружения XVII века — башни Якутского острога (1683), башни Братского острога, надвратная башня Николо-Карельского монастыря (перевезена в музей села Коломенского, ныне Москва).

Монументальное строительство не сразу возобновилось после иноземной интервенции начала XVII века и связанной с ней разрухи. Только с 20-х годов встречаются единичные постройки и сведения о них. Однако в дальнейшем архитектурно-строительная деятельность быстро возрастала, и во второй половине XVII века ее размах приобрел неожиданные до этого масштабы. Если в XVI веке она была гораздо интенсивнее, чем в предшествующие столетия, то XVII век в этом отношении многократно превосходит XVI.

В отличие от периода феодальной раздробленности общерусские архитектурные связи столь сильны, что можно говорить о наличии на Руси единой архитектуры, несмотря на существующие во многих городах и районах местные особенности. Эти черты теперь — не результат замкнутости того или иного района, как то было раньше. Речь идет о преобладании в определенной местности художественных вкусов тех или иных социальных слоев — посадского купечества, дворянства и т. д. Многочисленные кадры строителей существовали теперь не только в Москве или крупных городах, но и во многих сравнительно мелких городках, а иногда и в боярских усадьбах. Это придавало многообразие русской архитектуре XVII века, создавало ее местные варианты. Архитектура XVII века может быть условно разделена на три этапа. Первый, короткий (20-е — частично 30-е годы), — период сложения нового стиля на базе традиций предшествующей поры. Второй (40-е—80-е годы) — эпоха бурного расцвета строительства, окончательного становления и развития стиля, предпосылки которого слагались в первом периоде. Наконец, третий (90-е годы XVII века) — время ломки архитектурных традиций и установления новых форм, знаменующих собой переход к зодчеству нового времени.

В 20-е—30-е годы XVII века общий характер архитектуры еще мало отличался от зодчества конца XVI века. Повторялись те же типы сооружений, да и стилистическая их характеристика изменилась мало. И все же в этих постройках можно проследить появление новых тенденций.

Так, в небольшой церкви Покрова в Рубцове (1619—1626) членение фасадов лопатками придает постройке характер обычного четырехстолпного здания, тогда как в действительности это бесстолпный храм, перекрытый сомкнутые сводом. Снаружи церковь завершается тремя ярусами кокошников, а венчает эту пирамидальную композицию небольшая главка на световом барабане. Здание стоит на подклете и окружено с трех сторон двухъярусной галереей, а к восточной ее части симметрично пристроены два боковых придела. Внешняя обработка здесь почти не зависит от конструкции — явление очень существенное для дальнейшего развития русского зодчества XVII века.

Продолжается и строительство шатровых храмов. Так, в духе XVI века возведена церковь в усадьбе князя Д. Пожарского Медведково (1623, ныне Москва). Новое в ней — подчеркивающие стройность шатра измельченные кокошники. Еще заметнее новое понимание архитектурных форм проявилось в церкви Зосимы и Савватия в Троице-Сергиевом монастыре (1637), где сам шатер декорирован гораздо богаче, чем это обычно делали в XVI веке. В Успенской «Дивной» церкви в Угличе (1628, ил. 97) центральному шатру вторят два боковых. Они несколько ниже основного и подчинены ему, но все же строгое единство шатровой композиции здесь уже нарушено. Не сохранившуюся церковь Алексеевского монастыря в Москве (1625—1634) венчали два равновысоких шатра, что уже полностью противоречило пониманию шатра как основной композиционной оси здания.

97. Успенская («Дивная») церковь

В 20-х годах XVII века были проведены работы по восстановлению стен и башен Московского Кремля, пострадавших во время интервенции. Тогда над суровым массивом Спасской башни поднялась многоярусная шатровая вышка, имевшая в основании аркаду, в которой стояли статуи. Башня приобрела характер торжественного парадного въезда в царскую резиденцию со стороны Красной площади. В течение 60 лет она выделялась среди прочих башен Кремля своим нарядным декоративным верхом.

Здесь же, в Московском Кремле, началось строительство Теремного дворца (1635—1636), зодчие — Антип Константинов, Важен Огурцов, Трефил Шарутин и Ларион Ушаков. Возведенный на высоком подклете, сохранившемся от дворца XVI века, он имел ступенчатый, ярусный объем, верхнюю террасу-гульбище и чердак с золоченой кровлей. В нижних этажах помещались службы, кладовые и другие хозяйственные по¬мещения. Небольшие одинаковые по размерам трехоконные комнаты жилых этажей напоминали примыкающие одна к другой клети деревянных хором. Верхний этаж на уровне площадки гульбища занимал просторный зал. По фасадам шли ряды нарядных окон с резными белокаменными наличниками; широкие карнизы из цветных изразцов завершали два верхних этажа. В интерьерах дверные порталы и подоконники покрывала тонкая орнаментальная резьба, стены и своды — роспись. Печи были облицованы цветными изразцами. Богатая мебель, цветные ковры и сукна довершали убранство помещений. Подлинное внутреннее оформление палат не сохранилось, но оно было удачно восстановлено в 30-х—40-х годах XIX века. В живописной красочности и нарядности Теремного дворца, в планировке его жилых покоев явно сказывается связь с деревянным хоромным строением. По существу, это было первое каменное жилое здание на Руси, поскольку для жилья предпочитали деревянные постройки, бывшие при тогдашней системе отопления и вентиляции теплее и гигиеничнее каменных.

Новые архитектурные тенденции привели во второй четверти столетия к сложению своеобразного и яркого стиля. Во многих отношениях он был прямо противоположен архитектуре XVI века. Памятники той поры почти всегда архитектоничны, просты по организации и строго симметричны. Теперь возобладала сложная, живописная, большей частью асимметричная группировка масс. В отличие от XVI века,в XVII архитектурные формы часто уже не отражают конструкцию. Вместо крупных, немногочисленных деталей, как правило, оставлявших стену обнаженной, теперь обильно применяют гораздо более мелкие элементы, так что часто почти вся стена покрыта декором. Цветовое решение построек XVI века обычно очень лаконично — это естественный цвет кирпича или камня или сочетание этих двух цветов. В XVII веке распространяется полихромия фасадов: яркая раскраска деталей, цветные поливные изразцы, придающие постройкам праздничную нарядность.

Существенно изменилась система фресковой росписи интерьеров. Ранее она всегда подчинялась членениям здания и размещалась так, чтобы подчеркнуть архитектурные формы. В XVII веке сравнительно небольшие живописные сцены располагают одну за другой горизонтальными рядами; их последовательность дает возможность как бы читать содержание библейских или евангельских сюжетов, которые они иллюстрируют. Росписи приобретают ковровый характер, сплошь и равномерно покрывая стены.

Глубокие изменения переживает шатровое зодчество. Вместо одного монументального шатра, венчающего постройку, зодчие украшают церкви двумя или даже тремя одинаковыми по высоте шатрами. Это, по существу, полное отрицание основного принципа шатровых храмов XVI века — их единства и полного подчинения всей композиции вертикали шатра. Исчезает и конструктивный смысл шатра как перекрытия: в таких «двойнях» и «тройнях» шатры очень невелики и представляют собой глухие чисто декоративные надстройки, поставленные на сомкнутый свод. Одним из наиболее ярких примеров является богатая по декоративному оформлению церковь Рождества Богородицы в Путинках в Москве (1649—1652, ил. 100). Ее основной объем увенчан тремя шатрами, шатром завершается и боковой придел, и еще один шатер несет колокольня. Таким образом, в целом комплекс храма завершается живописной группой из пяти небольших шатров.

100. Церковь Рождества Богородицы в Путинках. 1649-1652. Москва.

Церковь в Путинках — один из последних памятников шатрового зодчества. В середине XVII века строительство таких церквей было запрещено. Начиная с этого времени в патриарших грамотах на постройку церкви почти всегда имеется стандартная фраза: «А чтобы верх на той церкви был не шатровый». Точная причина запрета не выяснена; по-видимому, шатры казались формой недостаточно каноничной для храма. А при той жестокой борьбе, которую вела русская церковь в XVII веке против светских элементов и тенденций, властно вторгавшихся в культуру и искусство, этого было вполне достаточно, чтобы запретить их применение для завершения церковных зданий. Однако шатры оставались одной из наиболее излюбленных архитектурных форм; поэтому их продолжали очень широко применять, но не в качестве завершения церкви, а для венчания колокольни. Высокая, стройная столпообразная колокольня, завершенная шатром, — одна из самых распространенных тем русской архитектуры второй половины XVII века. В сельских же поселениях, особенно в северорусских районах, куда не достигал патриарший контроль, продолжали строить деревянные шатровые церкви.

Церковь Троицы в Никитниках в Москве. Фасад и План

Во второй половине XVII века в русской архитектуре можно выделить несколько больших групп памятников, связанных с наиболее крупными очагами строительства. Для московской группы, например, характерны сложные композиции, центром которых является бесстолпная церковь, перекрытая сомкнутым сводом. Снаружи она обычно декорирована несколькими ярусами кокошников и увенчана пятиглавием. Однако световой барабан имеет только центральная глава, четыре боковых чисто декоративны. К такой церкви обычно примыкают один или два придела, трапезная, крыльцо, шатровая колокольня. В целом образуется очень живописная и большей частью асимметричная композиция. Характерным и довольно ранним примером может служить церковь Троицы в Никитниках (1631—1634), построенная по заказу крупнейшего московского богача — купца Никитникова. Обращенный к улице южный фасад храма здесь убран с особой пышностью — карнизы делят его как бы на три этажа, сближая храм с дворцовым зданием. В наличниках окон использованы мотивы кремлевского Теремного дворца, а завершает стены широкий карниз из лекального кирпича и изразцов. В церкви сохранилась прекрасная фресковая роспись, исполненная в 1652—1653 годах (ил. 110).

110. Фрагмент росписи церкви Троицы в Никитниках. 1652-1653. Москва

Не менее характерны московские церкви Успения в Гончарах (1654), Николы в Пыжах (1657—1670) и Николы в Хамовниках (1679). Все эти храмы очень индивидуальны; они заметно отличаются друг от друга как композиционной схемой, так и деталями. И вместе с тем в них присутствуют и общие черты, роднящие их между собой и отражающие стилистические особенности памятников русской архитектуры второй половины XVII века в специфически московском варианте.

Несколько иной характер имеют памятники других крупных городов: Ярославля, Костромы, Мурома, Суздаля. Так, ярославские зодчие развивают и обогащают сложившуюся в XVI веке (собор Авраамиева монастыря в Ростове) композицию, в которой основу составляет четырехстолпная пятиглавая церковь, перекрытая сводами по традиционной крестово-купольной схеме. Церковь обычно окружена широкой закрытой галереей; к ней примыкают крыльца, приделы, колокольня. Такова построенная на средства купцов Скрипиных церковь Ильи Пророка (1647—1650, ил. 99). Поднятый на подклетном этаже пятиглавый кубический храм с папертью с северной и западной сторон и высокими крыльцами сочетается в живописной и свободной асимметрии с двумя приделами. У западного фасада по концам паперти расположены шатровая колокольня и третий придел в виде небольшого самостоятельного храмика, завершенного высоким шатром. Богатое убранство галереи и приделов контрастирует со строгими формами храма.

99. Церковь Ильи Пророка. 1647—1650. Ярославль

В других памятниках Ярославля эта композиция приобретает еще более торжественный характер. В церкви Иоанна Златоуста в Коровниках (1649—1654) пятиглавый куб сочетается с симметричными шатровыми приделами у восточных углов. Поодаль от храма, контрастируя с его сдержанностью, вздымается стройный восьмигранный столп шатровой колокольни высотой 38 метров (80-е годы). Выходящее в сторону Волги центральное окно алтаря охвачено красочным пятном большого изразцового наличника прихотливой криволинейной формы (ил. 96). Еще более насыщен декоративными элементами Воскресенский собор в Романове-Борисоглебске (ныне город Тутаев) близ Ярославля (1652—1670).

96. Церковь Иоанна Златоуста вКоровниках. 1649—1654. Апси>ды. Ярославль

Как композиция, так и внешнее убранство ярославских храмов отличаются светлым, оптимистическим настроением. Эту мажорность образа неизмеримо повышали яркая фресковая роспись, покрывавшая, подобно ковру, стены, столбы и своды, и насыщенность богато освещенного интерьера разнообразными произведениями прикладного искусства.

В целом церковная архитектура XVII века далеко отходила от абстрактности и строгости культового здания, в ней все сильнее выражалась народная любовь к красоте, яркости реального мира, его разнообразию. Зодчие проявляли все большую творческую свободу, вводя в культовую архитектуру разнообразные приемы композиции и убранства, отражая нарастающую тенденцию обмирщения русской культуры и ослабления авторитета церкви и религиозной идеологии. Естественно, что церковь пыталась бороться с такими тенденциями в развитии зодчества, причем дело не ограничивалось только мерами запрета шатровых храмов и декретированием ортодоксальных форм собора с «освященным пятиглавием». Патриарх Никон сделал попытку показать в своем обширном строительстве образцы подлинно «православной» архитектуры. Он построил ряд крупных монастырей, самими своими названиями (Иерский, Крестный, Ново¬Иерусалимский) говорящих о стремлении подражать архитектуре «святой земли» и «святой горы» — Афона и вернуть культовое зодчество к традиционным «освященным» формам, к монументальной простоте зодчества XV—XVI веков. Однако эти намерения повернуть архитектурное развитие вспять не могли не потерпеть неудачи.

Грандиозность строительных замыслов Никона отвечала его политической концепции о главенстве духовной власти над светской, что впоследствии стоило ему патриаршего престола. Крупнейшим памятником никоновского строительства является Воскресенский собор Ново-Иерусалимского монастыря в Истре (1656—1666, закончен после смерти Никона в 1678—1685, Московская область). Собор этот должен был повторить храм Воскресения в Иерусалиме, чертеж и модель которого специально привезли в Москву. Основную часть сложного комплекса тесно связанных между собой сооружений составляла огромная полуротонда, переходящая на уровне второго этажа в цилиндр, увенчанный достроенным позже шатром. К ротонде примыкали главный храм, завершенный мощной главой, и семиярусная столпообразная колокольня. Зодчими этого ансамбля были, как полагают московские мастера Аверкий Мокеев, Иван Белозери другие. Нарочитая идея прямого повторения иерусалимского романо-готического образца выразилась лишь в общей плановой схеме сооружения. В целом же композиция проникнута той же живописностью, которая характерна для русского зодчества XVII века. Ротонда послужила основанием для грандиозного шатра. Никон мог завершить свою церковь шатром, который он запрещал строить другим. В обработке фасадов и особенно интерьера с невиданным размахом были применены цветные изразцы, из которых вооружались целые иконостасы; майоликовой была и часовня «гроба». В композиции же монастырского ансамбля с его стенами и бытовыми сооружениями вовсе не было ничего готического.

Опыт строительства Ново-Иерусалимского монастыря, осуществлявшегося по единому художественному замыслу и проникнутого определенной ясно осознанной идеей, сыграл большую роль в развитии русского архитектурного ансамбля. Строительство Никона явилось также толчком для совершенствования строительной техники и художественного мастерства.
Другим крупным ансамблем, в котором сказалась близкая никоновской властная церковно-политическая тенденция, был митрополичий дом в Ростове Великом, обычно называемый Ростовским кремлем (1670—1683, ил. 101). Его внушительные стены и башни имитировали формы феодальных крепостей, а над парными башнями ворот господствовали высокие пятиглавые храмы, подчеркивавшие главенство «духовного меча». В кремле свободно разместились просторные митрополичьи палаты и домовая церковь Спаса на Сенях. Расположенный на низменном и ровном берегу озера Неро, ансамбль имеет широкую, как бы распластанную композицию без резко выраженных вертикалей. Идейный замысел ансамбля, несомненно, принадлежал его заказчику — ростовскому митрополиту Ионе Сысоевичу, но силой художественного гения зодчего, по-видимому, Петра Досаева, — этот замысел приобрел черты сказочной декоративности и редкой живописной красоты.

101. Петр Досаев (?). Ростовский кремль. 1670—1683

В XVII веке в основном заканчивается формирование крупных городских и монастырских ансамблей древнерусского зодчества, являющихся подлинной гордостью нашего народа. Они складывались на протяжении столетий и включали постройки разных эпох и назначения, сохраняя, однако, поразительную целостность и единство. Строя новое здание среди древних, зодчие согласовывали его со старым, не умаляя последнего и не нарушая ансамбля.

Поганкнны палаты в Пскове. Реконструкция Ю. П. Спегальского

Палаты Аверкия Кириллова в Москве. Северный фасад

Они с большим тактом связывали отдельные здания и весь ансамбль с окружающей природой, используя как законы созвучия, так и контраста. В зависимости от рельефа и характера местности избирали масштаб зданий, расположение стен и башен; лучшие постройки либо группировали на выгодных точках рельефа, образуя «главный фасад» ансамбля, либо строили с расчетом обозрения с различных точек. Поэтому большинство русских ансамблей органически связано с окружающим ландшафтом. В то же время их композиция всегда пленяет живописной свободой и вместе с тем такова, будто каждый из них строил один великий зодчий, живший несколько столетий.

В монастырских ансамблях, развивающихся в XVII веке, характерно появление центральной вертикали — высокой колокольни, которая приобретает значение композиционной оси, согласованной с башнями ограды и монастырским собором. Выдающимся примером такого ансамбля является, например, Иосифов-Волоколамский монастырь (1676— 1688, колокольня и собор закончены в конце XVII века, колокольня не сохранилась). Даже в тех случаях, когда монастырские ограды строили, как боевые крепости, их стены и башни приобретали богатую декоративную отделку. Таковы Спасо-Евфимиев монастырь в Суздале и «Великие государевы крепости» Троице-Сергиев и Кирилло-Белозерский монастыри. Суровые башни Московского Кремля в 80-х годах XVII века получают легкие и стройные шатровые завершения. Это придало московской крепости характер парадной царской резиденции и одновременно прекрасно связало Кремль с живописной группой столпов храма Василия Блаженного.

Во второй половине XVII века резко возрастает число каменных гражданских построек. Бояре, богатые купцы и дворяне все чаще строят в городах и в своих усадьбах каменные жилые палаты. Наиболее характерен тип, повторяющий планировку деревянных хором, состоящих из двух квадратных в плане помещений с продолговатыми сенями между ними. Нижний этаж занимали хозяйственные и складские помещения. Фасады украшали плоские лопатки или колонки, кирпичные карнизы и горизонтальная тяга, проходящая по между-этажной линии. Окна обрамляли богатые наличники. Большое внимание уделялось также убранству крыльца. Таковы, например, дома Серииых в Гороховце и Коробовых в Калуге.

Довольно много жилых домов от той поры дошло до нас в Пскове. Здесь архитектура даже в XVII веке еще сохраняла остатки своего самобытного характера. Псковские дома заметно отличаются от домов других районов России отсутствием декоративных элементов и внешней суровостью. Впрочем, первоначально облик таких домов был гораздо менее суровым, поскольку над их каменными этажами существовали тогда деревянные этажи, где размещались жилые комнаты. Наиболее крупный из сохранившихся жилых комплексов Пскова — Поганкины палаты (до 1645).

Каменные хоромы знати образовывали сложные ансамбли, во многом напоминавшие по композиции и декоративности деревянный царский дворец в Коломенском. Таковы, например, палаты думного дьяка Аверкия Кириллова в Москве (1657) с пышными крыльцами и торжественными переходами к столь же богато украшенной церкви Николы.

К гражданской архитектуре принадлежат и монастырские здания нецерковного обихода — трапезные, кельи, хозяйственные постройки. В корпусах келий зачастую ясно прослеживается зависимость их планировки от деревянного зодчества — они как бы составлены из ряда отдельных клетей-изб. Так, в Солотчинском монастыре под Рязанью они состоят из ряда комнат с сенями при каждой из них; это членение отражается и на фасаде здания.

Во второй половине XVII века развитие промышленности и торговли потребовало сооружения специальных обширных торговых зданий, промышленных предприятий. В 1661 — 1665 годах строится московский Гостиный двор в Китай — городе, окруженный каменной стеной с угловыми башнями. В его квадратном плане проявляется стремление к регулярности и геометричности композиции. Гостиный двор в Архангельске, обслуживавший потребности растущей внешней торговли, был более обширен и сложен по композиции. Построенный в 1668—1684 годах по чертежам, присланным из Москвы, под наблюдением видного зодчего Дмитрия Старцева, он был вытянут вдоль берега Северной Двины почти на 400 метров; его высокие каменные стены образовывали в плане неправильный многоугольник с боевыми башнями на углах и проездных воротах. Внутри размещались двухэтажные каменные ряды, включавшие более двухсот торговых помещений. Часть сооружений этого Гостиного двора сохранилась до настоящего времени. В 1658—1661 годах под наблюдением зодчих А. Королькова и Д. Охлебинина перестраивается государев Хамовный (полотняный) двор в Москве. Его каменная ограда с круглыми башнями на углах и украшенными тремя декоративными башенками воротами ограничивала прямоугольную территорию двора. Расположенный в глубине двухэтажный производственный корпус с сенями в центре и мастерскими палатами по сторонам напоминал по планировке жилые хоромы. В каждой палате размещалось около пятидесяти ткацких станков.

Широкий размах строительства захватил и окраины России, при этом провинциальные зодчие иногда создавали очень оригинальные произведения, в которых народная любовь к красочному узорочью проявилась с поразительной силой. Таков, например, Троицкий собор в Соликамске (1684—1697), весь насыщенный декоративными элементами, со сложными крыльцами, удивительными по изобретательности и разнообразию деталей. Там же в Соликамске чрезвычайно интересен Воеводский дом (1688) с богато оформленными наличниками окон.

Тенденция развития и усложнения системы декоративного убранства привела в 80-е годы XVII века к появлению таких зданий, как, например, церковь Иоанна Предтечи в Толчкове в Ярославле (1671—1687, ил. 95), церковь Троицы в Останкине под Москвой (ныне в черте Москвы, 1678—1693, зодчий Павел Потехин, ил. 98). Фасады этих храмов насыщены декоративными элементами до предела, а в останкинской церкви уже явно ощущаются перегруженность сооружения мелкими деталями, дробность архитектурных форм.

Церковь Иоанна Предтечи в Толчкове. 1671—1687. Апсиды.

98. Павел Потехин. Церковь Троицы в Останкине. 1678-1693. Москва

В 90-х годах XVII столетия в русской архитектуре происходят существенные изменения. Появляется новое направление, которое часто называют «нарышкинским стилем» или «московским барокко». И то и другое название не объясняет сущности явления. Связь ряда построек нового стиля с заказами семьи Нарышкиных является совершенно случайной. Присваивать же новому архитектурному направлению название «барокко» также неправильно, поскольку сходство московской архитектуры конца XVII века с западноевропейским стилем барокко чисто внешнее.

В научной литературе неоднократно поднимался вопрос о происхождении данного стилистического направления. Наличие большого количества классических архитектурных деталей как будто бы свидетельствует о влиянии западноевропейской архитектуры. Однако с этими западноевропейскими формами в России знакомились большей частью либо по архитектурным книгам и гравюрам, завозимым из-за границы (главным образом из Голландии), либо эти формы проникали вместе с белорусскими и украинскими мастерами. Следует отметить, что роль классических архитектурных форм в сложении нового стиля русского зодчества в основном ограничивалась отдельными декоративными элементами, очень мало затрагивая общие композиционные принципы зданий. Таким образом, несомненно, что русская архитектура конца XVII века по происхождению не связана с западноевропейским барокко; она вполне самобытна.

Наиболее полно и ярко новое архитектурное направление проявилось в строительстве небольших церквей в подмосковных усадьбах знати, близкой к царскому двору. Это ярусные постройки. Нижний ярус обычно квадратный, реже прямоугольный в плане, на нем стоит восьмерик, а выше — второй, более узкий восьмерик. Завершается вся композиция барабаном с главой. К центральному объему обычно примыкают более низкие полукруглые в плане помещения. Очень часто все здание расположено на подклете и имеет вокруг открытую галерею. Строгая логичность построения масс характеризует не только наружный облик храмов, но и их интерьер. Центральный внутренний объем объединяет две нижние части постройки — ее четверик и восьмерик. В верхнем, маленьком восьмерике, над сводом, перекрывающим центральный объем, расположен «звон»; отдельной колокольни нет. Постройки имеют, таким образом, характер «церкви под колоколы», и высотность их построения логически оправдана. Строгая симметрия с явно выраженной центричностью — существенная особенность всех храмов этого направления. Очень своеобразно их декоративное убранство. По сравнению с памятниками предшествующей поры, перегруженными тяжеловесной и пестрой декорацией, они легки и изящны; на красном фоне гладких кирпичных стен четко и ясно рисуются белые колонки, оформляющие грани объемов. Весь декор сосредоточен на обрамлении окон и дверей: они, как правило, имеют по сторонам небольшие колонки, стоящие на кронштейнах и поддерживающие вычурный разорванный фронтончик. Вместо тяжелых кокошников над карнизами проходят полосы резных декоративных элементов, которые часто метко называют «петушиными гребешками». На углах зданий, как правило, размещены колонки классического типа, причем каждый ярус имеет самостоятельную колонку, снабженную снизу пьедесталом, а сверху антаблементом (одна из частей ордера). Довольно часто применяются овальные или восьмиугольные окна, резные раковины и другие детали, свидетельствующие об отголосках декора Архангельского собора Мо¬сковского Кремля.

Ярусная композиция усадебных храмов конца XVII века, безусловно, русского происхождения. В несколько менее развитом виде она применялась уже во второй половине XVII века в надвратных сооружениях, которые в свою очередь, видимо, ведут происхождение от форм деревянного зодчества.

Церковь Покрова в Филях в Москве. Фасад и план

Наиболее ярким памятником данного течения является церковь Покрова в Филях (1693—1694, ил, 102). Ее изумительно тонко прорисованные детали в сочетании с безукоризненными пропорциями придают ей легкий, как бы ажурный и утонченно элегантный характер, а ярусная композиция создает почти тот же эффект вертикального движения, который был выражен в шатровых и столпообразных храмах. Не менее прекрасны другие памятники этого направления — церкви в Троицком-Лыкове (1698—1704) и в Уборах (1693—1697, зодчий Яков Григорьевич Бухвостов).

102. Церковь Покрова в Филях. 1693-1694. Москва

Новые архитектурные формы нашли применение не только в ярусных усадебных храмах. Так, одним из наиболее значительных памятников этого стиля, несомненно, была не сохранившаяся церковь Успения на Покровке (1696—1699, зодчий Петр Потапов), представлявшая собой массивный объем на высоком подклете, увенчанный несколькими главами. Перед храмом на том же подклете отдельно стояла колокольня. Как благородные пропорции храма, так и изумительная прорисовка его деталей свидетельствовали о блестящем таланте зодчего. Другой великолепный пример — высокая пятиглавая церковь Воскресения в Кадашах в Москве (1687—1713, с последним периодом строительства храма связано имя зодчего Сергея Турчанинова). Те же формы порой применяли и при строительстве больших пятиглавых городских соборов с внутренними столбами. Так, Успенский собор в Рязани (1693—1699, зодчий Бухвостов) сохраняет общую схему Успенского собора Московского Кремля, но поставлен на невысокий подклет-галерею, расчленен тонкими колонками, украшен тремя ярусами больших нарядных окон и первоначально был завершен резным декоративным карнизом.

Широко применялись новые формы при строительстве полугражданских монастырских сооружений — надвратных церквей и трапезных (надвратные церкви Троице-Сергиева, Новодевичьего и Донского монастырей, трапезные Новодевичьего и Троице-Сергиева монастырей, трапезная Солотчинского монастыря близ Рязани и другие). Появляются и ярусные колокольни, каковы, например, надвратная колокольня Высокопетровского монастыря (1694) и шестиярусная семидесятидвухметровая колокольня Новодевичьего монастыря в Москве (1690), играющая роль главной вертикали прекрасного архитектурного ансамбля (ил. 104). Во всех этих памятниках ясно читаются основные принципы нового стиля — симметричность и регулярность построения, применение поэтажного ордера, концентрация декоративных элементов в карнизах и в обрамлении проемов. 

Одна из характерных особенностей памятников конца XVII века — их двуцветность: красная кирпичная стена контрастирует с белокаменными резными деталями. Однако в эту же пору встречаются и такие постройки, в которых в духе традиций второй половины XVII века широко используются цветные изразцы. Так, лицевая стена надвратного Теремка Крутицкого митрополичьего подворья (1694) целиком облицована изразцами, хотя в остальном здесь применены типичные формы 90-х годов. Следует отметить, что производство изразцов в России во второй половине XVII века достигло исключительного совершенства (об этом смотри главу третью пятого раздела).

В обстановке ожесточенной, обострившейся в конце XVII века идеологической борьбы и неравномерности экономического и культурного развития различных районов России при широком размахе строительства одновременно существовало и развивалось несколько вариантов зодчества, довольно существенно отличавшихся друг от друга. Ведущим было то направление, которое представляли памятники Москвы и Подмосковья, особенно созданные по заказам лиц, близких к царскому двору. Однако и здесь имелись существенные различия: строили церкви, в которых можно видеть решительное отрицание старых традиций, но одновременно возводили и храмы гораздо более консервативного характера.

103. Церковь Знамения в Дубровицах. 1690—1704. Под Москвой

Церковь Знамения в Дубровицах (1690—1704, ил. 103) в вотчине воспитателя Петра I Б. А. Голицына, имея плановую схему, близкую церкви Покрова в Филях, однако, далеко отходила от принципов древнерусского зодчества. Ее низкая лестничная платформа имеет причудливую многолопастную форму; полукружия крестообразного низа получили барочную тройную кривую, а двухъярусный восьмерик завершается вместо церковной главы ажурной вызолоченной короной. Пышное резное убранство, использующее мотивы барокко и включающее круглые скульптуры, замена внутренней росписи резьбой также, как бы демонстративно, противоречат вековым традициям русской старины. Все это, несомненно, роднит Дубровицкую церковь с западноевропейским барокко. Эту дерзкую по своей новизне постройку справедливо сопоставляли с петровскими затеями, вроде «всешутейшего собора». Дубровицкая церковь как бы символизирует конец старозаветной художественной культуры Москвы.

Однако а эту пору возводились и такие постройки, которые внешне не столь решительно рвали с устоявшимися традициями, хотя по существу были от них столь же далеки. Таковы, например, небольшие центрические церкви с восьмилепестковым планом, образцами которых могут служить церкви Петра митрополита в Высокопетровском монастыре (1690) и Спаса в подмосковном селе Волынском (1699—1703). Слитность и динамичность интерьера в этих храмах, несомненно, роднят их с западноевропейским барокко.

Очень своеобразную группу памятников конца XVII века составляют храмы, построенные по заказу богатейших купцов и промышленников Строгановых. Близость между ними дает основание полагать, что их строил один зодчий. Наиболее яркая среди них Рождественская церковь в Нижнем Новгороде (до 1718, ил. 105). По плану и объемной композиции данные памятники более традиционны, чем, например, восьмилепестковые или даже ярусные храмы Подмосковья. Однако великолепная скульптурная резьба наличников окон и применение чистых форм классического ордера свидетельствуют как о блестящем таланте их автора, так и о том, что он хорошо знал западноевропейскую архитектуру.

105. Рождественская церковь в Нижнем Новгороде (Горький) До 1718. Деталь фасада.

Разнообразные и порой очень неожиданные варианты архитектурных решений можно наблюдать в окраинных районах, куда московское влияние доходило постепенно. Местные мастера часто воспринимали новые архитектурные формы лишь как декоративные элементы, переосмысляя их к тому же в духе привычного узорочья. В результате возводились постройки, в которых «модные» московские формы применены в таком переработанном виде, что их с трудом можно узнать. При этом данные формы бытуют в течение длительного времени, кое-где удерживаясь до середины XVIII века. Таковы, например, некоторые памятники Урала и Зауралья — Троицкий собор в Верхотурье (1703—1704), постройки Далматова монастыря (церковь — 1713 года, стены и башни—середина XVIII века).

Впрочем, в некоторых районах России формы московского зодчества конца XVII века вообще не получили распространения. Так, в Суздале на рубеже XVII и XVIII веков строили небольшие «кубические» храмы, фасады которых завершались горизонтальным карнизом; под ним, как дань традиции, шла полоса кокошников. Рядом с храмом всегда ставили колокольню, увенчанную шатром, порой довольно вычурной вогнутой формы. Ни ордера, ни других типичных форм и деталей русского зодчества конца XVII века здесь не применяли.

Активное неприятие новых архитектурных форм можно видеть и в некоторых памятниках в самой столице. Так, под Москвой были построены две шатровые церкви, почти целиком выдержанные в духе архитектуры XVI века — Никольская (Петра и Павла) в селе Петровском (между 1680 и 1691) и Знаменская в селе Аннино (1690). Оба этих храма построены по заказу боярина И. М. Милославского и отражают явную оппозицию официальной церкви, запрещавшей шатровое строительство.

В русском зодчестве конца XVII века в значительно большей степени, чем в архитектуре предшествующей поры, чувствуется светская струя; процесс обмирщения русской культуры идет все более быстрыми темпами. Это сказывается даже в строительстве культовых сооружений, но особенно отчетливо проявляется в широко развернувшемся гражданском строительстве, прежде всего жилых домов. Каменные жилые здания становятся теперь достаточно обычным явлением; их строят не только в Москве, но и во многих провинциальных городах. Дома эти, как правило, сохраняют старую плановую схему, восходящую к планировке деревянного жилья. В то же время в них зачастую видно стремление создать парадные, подчеркнуто симметричные композиции, а в отдельных случаях появляется уже и новый тип дома, представляющий собой нерасчлененный блок, что было новшеством в русском жилом строительстве. Стремление к симметрии сказалось, например, в палатах В. В. Голицына в Москве в Охотном ряду (около 1689). Еще более четко это проявилось в палатах Волкова: эти палаты были построены несколько раньше как несимметричное здание, но при перестройке в конце XVII века здание сделали симметричным, подчеркнув симметрию расположенным над карнизом фигурным декоративным фронтончиком. В некоторых случаях, как, например, в палатах Троекурова, наружная отделка здания достигает исключительного великолепия. Характер отделки и архитектурные детали жилых домов, естественно, совпадают с применявшимися в строительстве церквей.

Одной из наиболее важных и сложных задач, вставших перед русскими зодчими в конце XVII века, была разработка совершенно нового типа сооружений — гражданских общественных зданий. Вплоть до конца века в русском зодчестве формировались и разрабатывались архитектурные образы культовых построек, крепостных сооружений, жилищ. Теперь с началом строительства монументальных сооружений административного назначения зодчие начинают поиск соответствующего им архитектурного образа. Очень ярким примером было ныне не существующее здание Земского приказа на Красной площади (конец 90-х годов XVII века, ил. 106). Оно явно не имело ни культового, ни оборонного характера; с первого же взгляда было видно, что это гражданская постройка. В то же время подчеркнутый вход, колонны большого ордера, объединяющие два нижних этажа, и башенка, поднимающаяся над фасадом, придавали постройке строгость и торжественность, отличавшую ее от жилых домов. Те же черты — использование мотивов жилой архитектуры, но а более монументальных формах, свидетельствующих об общественном назначении постройки, характеризуют и здание Монетного двора (1697).

106. Земский приказ на Красной площади в Москве. Конец XVII в.

Выдающимся памятником гражданской архитектуры были также Сретенские ворота Земляного города в Москве, обычно называвшиеся Сухаревой башней (зодчий Михаил Чоглоков). Это здание, с самого начала не имевшее никакого оборонного назначения, построено в 1692—1695 годах как помещение для гарнизона, а затем в 1698—1701 годах перестроено по распоряжению Петра I для размещения «математической и навигацкой школы». Ярусное членение здания подчеркнуто мощными карнизами; торжественная лестница вводила на гульбище над первым этажом. Над центром здания возвышался стройный восьмерик башни с часами, увенчанной шатром с государственным гербом на шпиле, что придавало постройке очень торжестенный характер с некоторым «военным» оттенком.

В конце XVI) века впервые появились и инженерные сооружения, которые создавались зодчими как произведения архитектуры с учетом их роли в формировании городского ансамбля. Таким был, например, Каменный (Всехсвятский) мост в Москве (1687—1692). Со стороны Замоскворечья он заканчивался «палатой», над которой возносились две шатровые башни.

Таким образом, развитие русской архитектуры на рубеже XVII и XVIII веков характеризуется значительным усилением светских элементов. Церковное строительство уже не является единственной сферой художественного творчества. Рядом с ним широко развивается каменная жилищная архитектура, сооружаются постройки принципиально нового характера — здания общественного назначения, промышленные сооружения, гостиные дворы. Светские, «мирские» тенденции проникают даже в культовое зодчество. В напряженной борьбе старых традиций и новых тенденций создаются разнообразные типы зданий, вырабатываются новые художественные взгляды, во многом связанные с народным творчеством и его эстетическими идеалами. Это последнее обстоятельство определяет ярко выраженный национальный характер архитектуры XVII века, ее оптимистический дух и широту замыслов. Вместе с тем в архитектуре конца XVII века вызревают элементы, которые разовьются и станут характерными для архитектуры следующего столетия: черты регулярности и симметрии, творческое использование приемов западноевропейской архитектуры, развитие архитектурного ансамбля.

Русские зодчие создали предпосылки для успешного развития архитектуры в новых условиях. И тем не менее в начале XVIII века в русской архитектуре происходит перелом. Этот перелом был связан с коренной ломкой устоев культуры и быта в эпоху петровских реформ. Указ Петра I о запрете монументального строительства во всех городах России в связи с переносом столицы в «Санктпитербурх» (1714), вызов из-за границы большого числа архитекторов и передача им всех наиболее важных строительных заказов, сложение новой системы архитектурного образования по западноевропейскому образцу, появление заграничных, а затем и переводных архитектурных книг — таков далеко не полный перечень причин, вызвавших резкие и существенные изменения в развитии русской архитектуры. Русская архитектура XVIII века развивается уже в теснейшей связи с архитектурой других европейских стран.

Однако устойчивые традиции русского зодчества, сложившиеся в процессе его многовекового развития, не исчезли, они не могли быть полностью оборваны. И если русская архитектура XVIII века сохраняет отчетливо выраженный национальный колорит, то это объясняется прежде всего наличием в России глубоких архитектурно-художественных традиций — традиций древнерусской архитектуры.

Известные памятники архитектуры XVIII–XIX веков

Самые известные памятники архитектуры XVIII–XIX веков сохранились в Петербурге и Москве: именно там жили и работали ведущие архитекторы России. Однако они же строили здания и в других городах. 10 зданий русской глубинки от архитекторов первой величины — в подборке портала «Культура.РФ».

Собор Рождества Пресвятой Богородицы в Ростове-на-Дону

Собор Рождества Пресвятой Богородицы. Архитектор Константин Тон. 1854–1860. Фотография: Дмитрий Артемьев / Wikipedia

В середине XIX века Константин Тон был одним из самых известных отечественных архитекторов. В основном он трудился в Москве и Петербурге, но среди его работ есть и здания в других городах. В 1854–1860 годах по типовому проекту Тона в Ростове-на-Дону возвели храм. Пятикупольный храм в неовизантийском стиле очень похож на другие постройки архитектора — московский храм Христа Спасителя, а также несохранившиеся Введенский собор в Петербурге и Святодуховский в Петрозаводске.

Возвели храм на деньги местных купцов. Сам Константин Тон в строительстве ростовского собора не участвовал — работами руководил архитектор Александр Кутепов, а 75-метровую колокольню позже построил Антон Кампиони. В советское время на территории храма работал зоопарк, а в самой церкви размещался склад.

Банк Рукавишниковых в Нижнем Новгороде

Здание бывшего доходного дома Рукавишниковых. Архитектор Федор Шехтель. 1911–1913. Фотография: Igor Lijashkov / фотобанк «Лори»

Федор Шехтель проектировал московские здания в стиле модерн: особняк Рябушинского, особняк на Спиридоновке и другие. А в Нижнем Новгороде он спроектировал банковский комплекс и доходный дом. Его заказчиками были Рукавишниковы — представители одной из богатейших местных династий.

Фасад здания Шехтель декорировал белой глазурованный плиткой фирмы Villeroy Bosh и растительными орнаментами. В создании скульптурного оформления участвовал еще один столичный мастер — Сергей Коненков. Он создал размещенные над входом чугунные фигуры мужчины и женщины, символизирующие союз промышленности и земледелия. На первом этаже здания располагались магазины, на втором и третьем — отделения Русского торгово-промышленного банка.

Спасский Староярмарочный собор в Нижнем Новгороде

Спасский Староярмарочный собор. Архитектор Огюст Монферран. 1816–1822. Фотография: tonkosti.ru

Создатель петербургского Исаакиевского собора Огюст Монферран также повлиял на формирование архитектурного облика Нижнего Новгорода. В 1818–1822 годах он построил здесь пятиглавый Спасский Староярмарочный собор в стиле классицизм. Соавтором Монферрана стал известный инженер Августин Бетанкур.

Иконостас для церкви выполнил итальянский художник Торричелли. Его украсили росписями по канонам европейского искусства: у некоторых персонажей были обнажены участки тел. Это очень смущало местных богобоязненных купцов, многие из них даже брали в храм свои иконы и молились только им. Было решено заказать новый иконостас — его создал для Староярмарочного храма архитектор Василий Стасов.

Борисоглебский монастырь в Торжке

Борисоглебский монастырь. Архитектор Николай Львов. 1785–1796. Фотография: Александр Щепин / фотобанк «Лори»

Борисоглебский собор одноименного монастыря в Торжке был возведен по проекту Николая Львова в 1796 году на месте разрушенного старого храма. Первые кирпичи в его основание заложила лично Екатерина II. Строительством руководил местный зодчий Франц Буци. Купола пятиглавого Борисоглебский собора увенчаны золочеными шарами с ажурными крестами, алтарь для него построили в виде ротонды. По мнению исследователей, по проекту Львова возвели и монастырскую надвратную церковь-колокольню.

Усадьба Городня в Калужской области

Усадьба Городня. Архитектор Андрей Воронихин. Фотография: prousadbi.ru

Калужскую усадьбу Натальи Голицыной — знаменитой «усатой княгини», ставшей прообразом пушкинской Пиковой дамы, — построили по проекту Андрея Воронихина. В 1790-х годах он был еще молодым архитектором, только-только получившим вольную у графа Строганова. Воронихин продолжал выполнять заказы графа и его родственников, а Павел Строганов был женат на дочери княгини.

Для Натальи Голицыной молодой архитектор построил скромное, но изысканное здание в два этажа, в котором должны были проходить парадные приемы. По сторонам от него возвели два симметричных жилых флигеля. Вокруг дома был разбит английский парк, однако он до наших дней не сохранился. Интерьеры усадьбы тоже были полностью уничтожены — во время войны. Как выглядел внутренний декор можно узнать только по нескольким сохранившимся фотографиям.

Храм Воскресения в Почепе

Храм Воскресения. Архитектор Антонио Ринальди. Фотография: Элеонора Лукина / фотобанк «Лори»

Воскресенский собор в стиле русского барокко и четырехъярусную колокольню построили по указу последнего украинского гетмана Кирилла Разумовского. Раньше считалось, что автором проекта был архитектор Жан Батист Валлен-Деламот. Однако позже исследователи стали склоняться к мнению, что его построил Антонио Ринальди, а иконостас собора создал Франческо Бартоломео Растрелли. Первоначально церковь была частью дворцового ансамбля, но здание усадебного дома и парк погибли во время Великой Отечественной войны. В советское время храм закрыли, но сегодня там снова проводятся богослужения.

Читайте также:

Иркутский академический драматический театр

Иркутский академический драматический театр. Архитектор Виктор Шретер. 1894–1897. Фотография: Михаил Марковский / фотобанк «Лори»

Виктор Шретер был главным архитектором Дирекции Императорских театров, поэтому новые театральные здания по его проектам строились не только в столице, но и в провинции. В 1897 он возвел драматический театр в Иркутске на средства местных купцов. Шретер построил небольшое функциональное здание на 800 человек. Внешне оно выделялось среди других городских построек тем, что его стены не штукатурили — они были просто кирпичными. Театр поражал современников не только своим новаторским обликом и элегантной отделкой, но и техническим оснащением и безупречной акустикой.

Дворцовый ансамбль в Богородицке

Дворцовый ансамбль в Богородицке. Архитектор Иван Старов. Фотография: Илюхина Наталья / фотобанк «Лори»

Архитектор Иван Старов построил множество загородных усадеб — в основном в предместьях Петербурга. В 1773 году по его проекту возвели загородный дворец в Тульской области, который заказала Екатерина II. В письмах к Вольтеру она называла Богородицк «чистым цветником».

На берегу реки Упертой возвели двухэтажный дом с бельведером — башенкой над крышей здания. В 1774 году по проекту Ивана Старова рядом с ним заложили небольшую однокупольную Казанскую церковь. В годы Великой Отечественной войны Богородицк был разрушен почти полностью, и некогда блистательный дворец превратился в руины. В 1960–70-е годы здание восстановили, сегодня там находится Богородицкий дворец-музей.

Дворец Алфераки в Таганроге

Дворец Алфераки. Архитектор Андрей Штакеншнейдер. Фотография: Виктор Филиппович Погонцев / фотобанк «Лори»

Андрей Штакеншнейдер был дворцовым архитектором: он строил богатые особняки для членов императорской семьи. Когда ему заказали дом для таганрогского помещика, городского головы Николая Алфераки, он построил здание, ничуть не уступавшее столичным особнякам.

«В отношении великолепия в Таганроге есть дома, не уступающие царским палатам. Таков, например, дом известного богача, негоцианта Алфераки, стоящий, по уверению многих, внимательного осмотра по превосходным картинам, статуям, антикам и другим предметам художественной роскоши».

Штакеншнейдер построил дворец в стиле необарокко с коринфскими колоннами. Крышу здания обрамляла балюстрада — фигурные перила. Внутри здание выглядело так же величественно, как и снаружи: в XIX веке в его залах проводились лучшие балы в городе. В советское время в здании разместился местный историко-краеведческий музей, который находится там до сих пор.

Преображенская церковь в селе Красном

Преображенская церковь в селе Красном. Архитектор Юрий Фельтен. Фотография: Солодовникова Елена / фотобанк «Лори»

Преображенский храм в селе Красном построили в 1787–1780 годах, это была практически точная копия Чесменской церкви Юрия Фельтена. Вероятно, такое решение было принято владельцами усадьбы Красное Полторацкими для того, чтобы обратить на себя внимание Екатерины II и заслужить ее расположение. Главное отличие от петербургского храма заключалось в желтом цвете, в который покрасили стены готического храма, — Чесменская церковь была красной. В советское время храм закрыли и вплоть до 1998 года его использовали под склад. Сегодня в церкви снова проводятся богослужения.

Автор: Лидия Утёмова

Деятели русской архитектуры 18 века. Культура России XVIII века Архитектура В. Борисоглебский монастырь в Торжке

А.И.Венедиктов

Наиболее крупные явления английской архитектуры рассматриваемого периода относятся к последнему тридцатилетию 17 века. Продолжателем классика английского зодчества Иниго Джонса явился Кристофер Рен (1632-1723), остававшийся ведущим мастером английской архитектуры также на протяжении первой четверти 18 века.

Рен получил очень широкое образование: до того как он всецело обратился к архитектуре, он занимался математикой и астрономией. Совершив в 1665 г. поездку во Францию, он познакомился с Жюлем Ардуэном-Мансаром и другими французскими зодчими и с их работами, а также с Бернини, привезшим в Париж проект Лувра.

После «Великого пожара» 1666 г., уничтожившего большую часть Лондона, Рен создает проект коренной перепланировки города, отвергнутый, однако, реакционно настроенными властями. В то же время Рен получил крупнейший заказ на строительство нового собора св. Павла и на составление проектов ста сгоревших приходских церквей, из которых он выстроил более пятидесяти.

Собор св. Павла в Лондоне, строившийся Реном на протяжении тридцати шести лет (1675- 1710), стал величайшим культовым сооружением протестантского мира (длиной он превосходит Кельнский собор, высотой купольной части — флорентийский собор Санга Мария дель Фьоре). Римскому католическому собору св. Петра, строившемуся многими архитекторами на протяжении полутора веков с лишним, как бы намеренно был противопоставлен лондонский протестантский собор, сооруженный одним мастером в один строительный период, всего за три с половиной десятилетия. Первый составленный Реном проект с центрическим планом в форме равностороннего креста с притвором был отвергнут консервативным духовенством. Второй, осуществленный проект имел более традиционную вытянутую форму с разделенным столбами и арками на три нефа главным помещением и с просторным подкупольным пространством на пересечении нефов с трансептом.

Математические познания Рена пригодились ему в трудной задаче возведения купола, решенной им блестяще, с расчетом тонким и глубоким. Конструкция опирающегося на восемь столбов тройного купола сложна и необычна: над внутренней кирпичной оболочкой полусферической формы расположен кирпичный же усеченный конус, который несет венчающие собор фонарь и крест, а также третью, деревянную, крытую свинцом наружную оболочку купола.

Эффектен внешний вид собора. Два марша широких ступеней подводят с запада к шести парам коринфских колонн входного портика, над которыми расположены еще четыре пары колонн с композитными капителями, несущие фронтон со скульптурной группой в тимпане. Более скромные полукруглые портики поставлены по обоим концам трансепта. По сторонам главного фасада воздвигнуты стройные башни (одна для колоколов, другая для часов), за ними, над средокрестием собора, высится огромный величественный купол. Окруженный колоннами барабан купола кажется особенно мощным потому, что каждый четвертый интерколумний колоннады (так называемой Каменной галлереи) заложен камнем. Над полусферой самого купола вторая, так называемая Золотая галлерея образует обход вокруг фонаря с крестом. Возвышающаяся над Лондоном группа купола и башен — несомненно, самая удачная часть собора, основной массив которого было трудно воспринять целиком, так как он оставался скрытым беспорядочной городской застройкой (сильно разрушенной бомбардировками во время второй мировой войны).

Творческая индивидуальность Рена обнаруживается не менее ярко и в таких его. работах, как, например, лондонские приходские церкви. Изумляет разнообразие и остроумие квадратных, прямоугольных, овальных планов этих построек, обычно небольших размеров, сама конфигурация которых часто объяснялась мастерским использованием тесных, неудобных участков, отводимых для их строительства. Исключительно разнообразна архитектура самих церквей и их колоколен, то близких по формам к готике, то строго классических. Достаточно назвать оригинальную по композиции внутреннего пространства купольную церковь Сент Стивен (1672-1679) или же церковь Сент Мэри ле Боу (1671-1680) с ее замечательной по красоте силуэта стройной колокольней.

Из гражданских сооружений Рена одно из самых блестящих — новые части дворца Хэмптон-корт. В 1689-1694 гг. им были выстроены корпуса вокруг так называемого двора с фонтаном и фасад, выходящий в парк. В этой оригинальной по замыслу работе архитектор показал высокое мастерство, строгий вкус и умение эффективно использовать материалы — кирпич и белый портландский камень.

Плодовитый мастер, Рен строил не только дворцы и церкви. Им был окончательно разработан план Гринвичского госпиталя (первоначальный замысел которого принадлежит, по-видимому, Иниго Джонсу), а также сооружен другой госпиталь в Челси. Он обстраивал район Темпл в Лондоне, выстроил ратушу в Виндзоре. В Кембридже ему принадлежит здание библиотеки Колледжа Троицы (Тринити-кол-ледж), прототипом которой послужила библиотека св. Марка в Венеции. В Оксфорде, где Рен преподавал в молодости астрономию, им выстроен так называемый Шелдоновский театр — большое круглое помещение для лекций и докладов, в котором использованы мотивы архитектуры древнеримского театра Марцелла; там же он выстроил библиотеку в Куинс-колледже и обстроил внутренний двор в Тринити-колледже. Использованные в этих постройках мотивы венецианского и римского зодчества получили у Рена оригинальное истолкование и вошли в историю английской архитектуры как создания национального гения.

В жилых загородных и городских домах в это время создается тип кирпичной постройки с отделкой из белого камня, ставший образцом для позднейшего английского строительства. Примерами могут служить приписываемые Рену поместья Грумбридж-Плейс в Кенте и «Дом с лебедями» (Суон-хауз) в Чичестере.

В отличие от Иниго Джонса Рену на протяжении его долгой и плодотворной деятельности удалось осуществить почти все свои замыслы. Как истинный гуманист, Рен работал для просвещения и народа, он строил не только церкви, но и госпитали, библиотеки, не только дворцы, но и скромные жилые дома. Рен пошел по пути, предуказанному Джонсом, но, в отличие от Джонса, впитавшего в Италии дух эпохи Возрождения, в классицизме Рена, пережившего эпоху пуританства, более явственно выражено рассудочное начало.

В английской архитектуре 18 в. большое значение имело вновь пробудившееся увлечение творчеством Палладио. К 1742 г. вышли уже три издания архитектурного трактата Палладио. С середины века начинается публикация самостоятельных исследований по античной архитектуре. Роберт Вуд в 1753-1757 гг. издал увраж, посвященный развалинам Пальмиры и Баальбека, Роберт Адам опубликовал в 1764 г. зарисовки и обмеры дворца Диоклетиана в Сплите в Далмации. Все эти издания способствовали развитию теории архитектуры и воздействовали на архитектурную практику того времени. Новые идеи нашли свое отражение в крупных градостроительных мероприятиях, например в планировке и застройке города Бата (1725-1780), площади которого представляют собой наиболее законченные классицистические ансамбли Англии. Архитекторы 18 в.- это уже в большинстве случаев профессионалы и теоретики.

Джон Ванбру (1664-1726) занимает промежуточное положение между разносторонне одаренными и образованными мастерами 17 столетия и узкими специалистами 18 века. Блестящий офицер, придворный остроумец, модный драматург, он и в архитектуре оставался одаренным дилетантом.

Главные и самые крупные его работы — это выстроенные в первые годы 18 в. дворцы Хоуард (1699-1712) и Бленхейм (1705-1724).

Уже в первом из них он, пытаясь сочетать версальский размах с английским комфортом, поразил современников прежде всего размерами своей постройки, протяженность которой равнялась 200 м, глубина — почти 130 м, высота центрального купола превышала 70 м. В еще более грандиозном по размерам Бленхеймском дворце, выстроенном для знаменитого полководца герцога Мальборо (259 X 155 м), архитектор попытался улучшить несколько неуклюжий план первой постройки. Соблюдая строгую симметрию, он расположил по обе стороны огромного курдонера еще два двора, которые соединены с главным корпусом галлереями, украшенными колоннадой. В наружной архитектуре дворца Бленхейм ни тяжелый портик главного входа, ни триумфальная арка паркового фасада, ни угловые будто надстроенные башни не радуют глаза: формы здесь тяжелы и грубы. Внутренние помещения дворца неудобны и неуютны. Свойственное классицизму стремление к строгой парадности довольно механически сочетается у Ванбру с восходящей к барокко поверхностной пышностью. В его архитектуре, по выражению одного из современников, «тяжелой по форме и легковесной по существу», нетрудно обнаружить явные признаки эклектизма.

Николас Хоксмур (1661-1736) был более скромным, но более достойным продолжателем Рена. Он вел строительство лондонских церквей, из которых наиболее интересна церковь Сент Мэри Вулнос (1716-1719) с фасадом, украшенным рустом, и окруженной колоннами прямоугольной в плане колокольней, завершенной двумя башенками с балюстрадой. Хоксмур работал после своего учителя в Оксфорде, где выстроил новый корпус Куинс-колледжа с монументальным дворовым фасадом и своеобразным входом (1710-1719). Наконец, еще при жизни Рена и после его смерти Хоксмур в 1705-1715 гг. продолжал строительство Гринвичского госпиталя. Расположенный на берегу Темзы, этот один из самых значительных и по размерам и по художественным достоинствам памятников английской архитектуры принял при Хоксмуре окончательный вид.

Большой комплекс госпиталя, где теперь расположено военно-морское училище, состоит из четырех корпусов, образующих прямоугольные дворы с просторной площадью между передними корпусами, обращенными к реке портиками фасадов. Широкие ступени, по обе стороны которых расположены величественные купольные постройки, ведут на вторую площадь между второй парой дворов. Хоксмур достойно завершил сооружение, начатое Джонсом и продолженное Реном.

Уильям Кент (1684-1748) был виднейшим английским палладианцем первой половины 18 века. Вместе с лордом Берлингтоном, мнившим себя архитектором, он спроектировал и выстроил виллу в Чизвике (1729,) наиболее удачную из многочисленных английских вариантов палладиевской виллы Ротонда. Более свободно чувствовал себя Кент при строительстве замка Холкхэм-холл (1734), где органично связанные с центральным корпусом четыре флигеля (с часовней, библиотекой, кухней и комнатами для гостей) выходят в окружающий их парк. Особенно велики заслуги Кента в садово-парковом искусстве, где он известен как «отец современного сада».

Самая зрелая работа архитектора — скупой по формам безордерный фасад казарм конногвардейского полка (Хорз-Гардс, 1742-1751) в Лондоне.

Архитектор и теоретик архитектуры Джеймс Гиббс (1682-1765) — наиболее яркая индивидуальность в английской архитектуре первой половины 18 века. Пройдя школу у Филиппе Ювары в Турине, он также усвоил ордерную и пропорциональную систему Палладио. Наиболее значительная из его построек и по масштабу и по художественным достоинствам — так называемая Редклиффовская библиотека в Оксфорде (1737-1749), исключительное по своеобразию центрическое сооружение, состоящее из шестнадцатигранного цоколя, цилиндрической основной части и купола. Массивный рустованный цоколь прорезан большими арочными дверными и оконными проемами; круглая часть расчленена парными трехчетвертными колоннами на шестнадцать простенков с двумя ярусами чередующихся окон и ниш. Над балюстрадой, завершающей основной цилиндрический объем, вздымается увенчанный фонарем купол. Вполне выражающая свое назначение, строгая и монументальная университетская библиотека занимает, бесспорно, одно из первых мест среди лучших памятников английской архитектуры.

Своеобразны и лондонские церкви Гиббса, строительство которых он продолжал вслед за Реном и Хоксмуром,- двухэтажная церковь Сент Мэри ле Стрэнд (1714-1717) с полукруглым портиком входа и стройной колокольней и церковь Сент Мартин ин-де Филдс (1721-1726) с импозантным коринфским портиком.

Уильям Чемберс (1723-1796) был последовательным представителем палладианства в Англии во второй половине 18 в., когда менее значительные английские архитекторы уже отказались от безуспешных попыток приспособить планы вилл Палладио к условиям английского климата и требованиям английского комфорта.

Пройденному этапу английской архитектуры Чемберс подвел итоги в своем архитектурном трактате и крупнейшей своей постройке, известной под названием Сомерсет-хауз в Лондоне (1776-1786). Это монументальное здание, сооруженное на аркадах субструкций, выходит своими рустованными фасадами на Стрэнд и на набережную Темзы (обращенный к реке фасад достроен позже, в 19 столетии). В помещениях Сомерсет-хауза в 1780 г. разместилась Королевская Академия.

Последний палладианец, Чемберс был первым представителем академического направления в английской архитектуре.

Но Сомерсет-хауз, в особенности фасад с трехарочным въездом со Стрэнда и величественный двор здания, достойно завершает большую и блестящую эпоху в истории английской архитектуры.

Неоспоримы заслуги Чемберса и в области садово-парковой архитектуры, где он пропагандировал английский ландшафтный парк. После Кента он работал в парке Кью, где кроме классических павильонов выстроил китайскую пагоду как дань европейской моде на «китайщину» и как воспоминание о совершенном им в юности путешествии на Дальний Восток.

Роберт Адам (1728-1792), другой виднейший английский архитектор второй половины 18 в., часто противопоставляется Чемберсу. В то время как консерватор Чемберс был строгим блюстителем палладианских традиций в архитектуре, Адам, проповедник «новых вкусов», был до известной степени новатором в английском искусстве. Воспринимая по-новому античность, уделяя при этом особое внимание декоративным мотивам, он, по его собственному выражению, «революционизировал орнамент». Возглавляемые им передовые английские зодчие этого времени много сделали для того, чтобы проводимые им новые художественные тенденции распространились с отделки интерьеров (их образцом может служить созданный архитектором Джеймсом Пейном вестибюль замка Уордор в Уилтшире, см.илл.) на мебель, ткани, фарфор.

Характерный образец творчества Адама — замок Кедлстон-холл (1765-1770), выстроенный и отделанный им внутри по составленному другими архитекторами палладианскому плану (с полукруглыми крыльями, примыкающими к центральному зданию). Но расположенные по главной оси самые большие парадные помещений замка принадлежат, несомненно, Адаму. Замысел большого холла, где за несущими лепной потолок коринфскими колоннами из искусственного мрамора стоят в нишах стен античные статуи, и перекрытого куполом салона, стены которого расчленены нишами и табернаклями, навеян, вероятно, античными памятниками, с которыми Адам ознакомился во время поездки в Далмацию, где он изучал дворец Диоклетиана в Сплите. В еще большей степени отвечали новым изысканным вкусам приемы отделки других, меньших по размерам помещений — лепнина потолков и стен, украшения каминов. Изящный фасад клуба Будль в Лондоне (1765) дает представление о том, как Адам решал внешний облик здания.

Архитектурная деятельность Роберта Адама была исключительно широкой. Вместе с братьями Джеймсом, Джоном и Уильямом, своими постоянными сотрудниками, он обстраивал целые улицы, площади, кварталы Лондона. Преодолев прежнюю палладианскую замкнутость, изолированность архитектурного объема, братья Адам выработали приемы формирования целостных городских кварталов (главным образом жилой застройки) на основе единого архитектурного ансамбля. Таковы площадь Фицрой-сквер, квартал Адельфи, названный так в честь самих братьев Адам («адельфос»-по-гречески «брат»). В результате более поздних перепланировок и перестроек города (а также после воздушных бомбардировок во время второй мировой войны) от обширной строительной деятельности братьев Адам уцелело немногое. Но традиции их искусства долго сохраняли свое значение в английской архитектуре. Уже сильно эллинизированный стиль братьев Адам нашел отое продолжение в так называемом «греческом возрождении», начало которого относится к концу 18 в.,- направлении недостаточно творчески оригинальном и в большой степени эклектичном. Своего полного развития это направление достигло в английской архитектуре первых десятилетий следующего, 19 века.

Описание презентации по отдельным слайдам:

1 слайд

Описание слайда:

2 слайд

Описание слайда:

Архитектура XVIII Искусство проектировать и строить разнообразные здания, сооружения и их комплексы. Петропавловский собор (Санкт-Петербург,Россия)

3 слайд

Описание слайда:

Архитектура делится Нарьшкинское (русское) барокко. Классицизм Архитектурные стили XVIII века. Барокко Растрелли Ф. Б. Смольный монастырь,

4 слайд

Описание слайда:

Архитектура Классицизм Художественный стиль в европейском искусстве XVII века. Рассматривал античность как этическую и художественную норму. Для него характерны героический пафос, пластическая гармония и ясность Барокко Один из художественных стилей конца XVI середины XVIII веков, тяготевший к парадной торжественности, декоративности, напряжённости и динамичности образов. Для барокко характерно тяготение к ансамблю и синтезу искусств.

5 слайд

Описание слайда:

Растрелли Ф.Б. русский архитектор итальянского происхождения (1700 — 1771) Родился предположительно в Париже. Первоначальное образование получил под руководством отца — скульптора Карла-Варфоломея Растрелли. Помогал ему в выполнении заказов. Приглашен в Россию 1830 году. В Петербурге было сооружено несколько выдающихся ансамблей, в том числе Смольный монастырь, а также Петергофский (1747-1752) и Царскосельский дворцы (1752-1757), здание Зимнего дворца, собор Св. Андрея в Киеве (1774-1748) и Смольный монастырь (1748-1755)

6 слайд

Описание слайда:

7 слайд

Описание слайда:

8 слайд

Описание слайда:

Чарльз Камерон (1746 — 1812) Родился в Лондоне, в семье строительного подрядчика. Первоначально работал в качестве художника, создававшего эскизы предметов декоративно-прикладного искусства, затем был архитектурным рисовальщиком и гравером. В 1779 приглашен в Россию для строительства терм в Царском селе как наиболее известный в Европе исследователь построек этого типа. В 1779 определен архитектором императорского двора, отвечавшим за «строения» Царского Села. Его наиболее выдающиеся работы в этом ансамбле — комплекс терм, включающий «Холодные бани», «Агатовые комнаты» (1779-1785), прогулочную «Камеронову галерею» и «Висячий сад» (1783-1786), а также пандус. Начиная с 1779 и вплоть до 1786 Камерон работал в Павловске для великих князей. После воцарения Павла I Камерон был отставлен от должности придворного архитектора, однако в 1800 году вновь взят на службу в Императорский Кабинет. В 1803-1806 он являлся главным архитектором Адмиралтейства. Сыграл значительную роль в развитии зрелого классицизма в русской архитектуре, соединяя палладианские идеи со стремлением к археологически точному «оживлению» античности.

9 слайд

Описание слайда:

Чарльз Камерон английский архитектор, большую часть жизни проработавший в России (1746 — 1812) Камеронова галерея. Лестница 1782 — 1785 Россия, Царское село

10 слайд

Описание слайда:

Чарльз Камерон английский архитектор, большую часть жизни проработавший в России (1746 — 1812) Дворец в Павловске 1779 — 1786 Россия, Павловск

11 слайд

Описание слайда:

Дж. Кваренги итальянский архитектор, работал в России, яркий представитель классицизма XVIII века (1744 — 1817) Родился близ Бергамо в семье художников. По семейной традиции должен был стать священнослужителем, но, видя тягу сына к рисованию, отец направил его в Рим, где он увлекся архитектурой. Во время путешествий по Италии познакомился с бароном Гриммом, который пригласил архитектора в Россию (1780), где Кваренги стал придворным архитектором Екатерины II. Строил много сооружений для двора и придворных, преимущественно в Петербурге, Петергофе и Царском Селе; здание Академии наук в Петербурге, Смольного института (1806-1808). Наряду с постройками, оставил значительное графическое наследие. Занимался гравюрами и офортами, подготовил и издал гравированные альбомы «Эрмитажный театр» (1787), «Ассигнационный банк» (1791), «Георгиевский зал Зимнего дворца» (1791), «Странноприимный дом имени графини Шереметевой» (1800-е). Постройки Кваренги отличаются ясностью планировочных решений, простотой и четкостью композиций, монументальной пластичностью форм, которая достигается введением торжественных колоннад, выделяющихся на фоне гладких поверхностей стен. Кваренги привнес в русское зодчество высшие достижения западной, итальянской архитектуры и свою горячую приверженность приемам А. Палладио.

12 слайд

Описание слайда:

Баженов В.И. великий русский архитектор XVIII века, рисовальщик, теоретик архитектуры (1738 — 1799) Баженов — первое в истории отечественной архитектуры имя международного масштаба. Он поднял русскую архитектуру до европейского мастерства в внес в нес самобытные национальные черты, благодаря чему можно говорить о «русском классицизме». Щедрость его дарования, широта творческого размаха тесно переплелись с неудачами личной судьбы. непризнанием современников. Но великие архитектурные замыслы Баженова, такие, как Большой Кремлевский дворец, ансамбль в Царицыне, не были реализованы

13 слайд

Описание слайда:

Баженов В.И. великий русский архитектор XVIII века, рисовальщик, теоретик архитектуры (1738 — 1799) В 1767 году Баженов по поручению Екатерины II приступил к реконструкции Кремля. Согласно проекту Баженова Кремль превращался в новый центр Москвы. Главная часть дворца занимала пространство от Спасских ворот по набережной Москвы до Водовзводной башни. Кремлевская стена оставалась только со стороны Красной площади. Центром всей композиции должна была стать Овальная площадь — площадь народных собраний. Она связывалась сквозь огромные арки тремя лучами проспектов, идущих от Троицких, Никольских в Спасских ворот с площадями меньших размеров. Однако колоссальные размеры предполагаемого дворца делал постройку экономически нереальной. Императрица вскоре остыла к этой затес, и в 1775 году строительство было остановлено..

14 слайд

Описание слайда:

Баженов В.И. Дом Пашкова во всех описаниях города, изданных после 80-х годов ХУIII века, называют «самым прекрасным зданием Москвы», «жемчужиной русской архитектуры». Он венчает Ваганьковский холм напротив Кремля. В 1780- 1790-е годы, после неудач, постигших Баженова, он принимает частные заказы на строительство особняков. Среди заказчиков — гвардии капитан-поручик П.Е. Пашков, внук деншика Петра 1. Вот почему это здание по сей день именуют Пашков дом. Дворец был центром городской усадьбы, включавшей флигели, хозяйственные постройки, сад с прудами, фонтанами, диковинными птицами. Здание украшали статуи античных богов — Марса, Флоры, Минервы. Дворец Пашковых 1784 – 1786

18 век в архитектуре и градостроительстве России считается важным и знаковым. Он характеризуется тремя направлениями – барокко, рококо и классицизмом, проявившимися последовательно в течение века. В этот период появляются новее города, создаются объекты, которые в наше время считаются признанными историческими и архитектурными памятниками.

Первая треть 18 века. Барокко

В первой трети столетия все архитектурные преобразования неразрывно связаны с именем Петра Первого. За этот период российские города претерпели значительные изменения и в социально-экономическом плане и в архитектурно-планировочном. Именно в это время развивается промышленность, что приводит к строительству множества промышленных городов и поселков. Политическая обстановка в стране и за ее пределами создала предпосылки к тому, что главенствующие в этот период дворянство и купечество оказываются втянутыми в строительство объектов общественного назначения. Если до этого периода самыми величественными и красивыми создавались в основном церкви и царские резиденции (палаты), то в начале 18 века в городах уделяется большое значение внешнему виду обычных жилых зданий, а также появляющихся театров, набережных, идет массовое строительство ратушей, школ, больниц (так называемых гошпиталей), домов для сирот. С 1710 года в строительстве активно начинают использовать кирпич вместо деревянных построек. Правда, первоначально это нововведение касалось, прежде всего, столиц, тогда как для периферии камень и кирпич надолго еще оставались под запретом.

Петром I создается особая комиссия, которая в будущем станет главным органом государственного проектирования как столицы, так и других городов. Гражданское строительство уже преобладает над церковным. Большое значение придается не только фасадам, но и облику всего города – дома начинают строить фасадами вдоль улиц, производится разуплотнение застройки в противопожарных целях, благоустраиваются улицы, мостятся дороги, решается вопрос с уличным освещением, по обочинам высаживаются деревья. Во всем этом чувствуется зримое влияние запада и твердая рука Петра, своими указами совершившего в те годы практически революцию в градостроительстве. Поэтому не удивительно, что России за короткий срок удается практически догнать Европу, выйдя на достойный уровень по уровню градостроительства и благоустройства городов.

Главным архитектурным событием начала века считается строительство Санкт-Петербурга. Именно с этого города и московской Лефортовской слободы начинаются серьезные преобразования в архитектурном облике прочих городов. Ориентированный на запад Петр Первый приглашает иностранных архитекторов и отправляет российских специалистов на обучение в Европу.
В Россию приезжают Трезини, Леблон, Мичетти, Шедель, Растрелли (отец) и другие именитые архитекторы, которым суждено внести большой вклад в русское зодчество первой четверти 18 века. Что интересно, если в начале своего творческого пути в России они четко следовали своим принципам и западному архитектурному мышлению, то уже через какой-то период времени специалисты-историки отмечают влияние нашей культуры и самобытности, которое прослеживается в их более поздних работах.
В первой трети 18 века преимущественным направлением в архитектуре и строительстве является барокко. Этому направлению свойственно сочетание реальности и иллюзии, пышности и контраста. Строительство Санкт-Петербурга начинается с заложения Петропавловской крепости в 1703 году и Адмиралтейства в 1704 году. Петр поставил серьезные задачи перед архитекторскими кадрами того периода в плане соответствия нового города передовым европейским принципам градостроительства. Благодаря слаженной работе русских архитекторов и их иностранных коллег, северная столица приобрела формально западные черты в слиянии с традиционно русскими. Тот стиль, в котором создавались многочисленные помпезные дворцы, церкви, государственные учреждения, музеи и театры сейчас часто называют русским барокко или барокко Петровской эпохи.


В этот период создаются Петропавловский собор, летний дворец Петра Первого, Кунсткамера, дворец Меньшиикова, здание Двеннадцати коллегий в Санкт-Петербурге. В стиле барокко оформлены, созданные в этот и более поздний период, ансамбли Зимнего дворца, Царского села, Петергофа, Смольного монастыря, дворца Строгановых. В Москве — это церкви Архангела Гавриила и Иоанна Воина на Якиманке, характерными элементами свойственными этому периоду оформлен главный въезд в Арсенальный двор Кремля. Среди важных объектов провинциальных городов стоит отметить Петропавловский собор в Казани.

Середина 18 века. Барокко и рококо

Несмотря на то, что смерть Петра I была большой утратой для государства, она уже не оказала существенного влияния на развитие градостроительства и архитектуры того периода. Русские архитекторы, работающие в Петербурге под началом иностранцев, перенимали их опыт, вернулись на родину и те, кто был отправлен на обучение за границу. Страна на тот момент обладала сильными кадрами. Ведущими русскими архитекторами того периода являлись Еропкин, Усов, Коробов, Земцов, Мичурин, Бланк и другие.
Стиль характерный этому периоду называется рококо и является сочетанием барокко и зарождающегося классицизма. В нем проявляется галантность, уверенность. Рококо больше характерен для интерьерных решений того времени. В строительстве зданий еще отмечается пышность и помпезность барокко, а также начинают проявляться строгие и простые черты классицизма.
Этот период, совпавший с правлением дочери Петра – Елизаветы, отмечен творчеством Растрелли–сына. Воспитанный на русской культуре, в своих работах он демонстрировал не только блеск и роскошь дворцовой архитектуры, но и понимание русского характера, русской натуры. Его проекты вместе с творчеством современников Квасова, Чевакинского, Ухтомского органично вписались в историю русского зодчества 18 века. С легкой руки Растрелли купольные композиции стали появляться не только в столице, но и в других российских городах, постепенно заменив собой шпилеобразные. Парадность и размах его дворцовых ансамблей не знает аналогов в русской истории. Но при всем признании и роскоши искусство Растрелли и его современников продержалось не долго, и на смену ему во второй половине 18 века приходит волна классицизма. В этот период создаются самые масштабные проекты — новый генеральный план Петербурга и проект перепланировки Москвы.

Конец 18 века. Классицизм

В русской архитектуре в последнюю треть 18 века начинают проявляться черты нового направления, которое впоследствии назвали русским классицизмом. К концу века классицизм прочно закрепляется как основное направление искусства и архитектуры. Этому течению характерны строгость античных форм, простота и рациональность конструкций. В отличие от строений в стиле барокко, заполнивших собой Петербург и его окрестности, классицизм наиболее проявил себя в московских постройках того времени. Среди многих, стоит отметить дом Пашкова, здание Сената, Царицынский комплекс, дом Голицына, дворец Разумовских, которые считаются наиболее яркими примерами проявления классицизма в архитектуре. В Петербурге в это время возводились Таврический дворец, Александро-Невская лавра, Мраморный дворец, Эрмитаж, Эрмитажный театр, Академия наук. Выдающимися архитекторами того времени по праву считают Казакова, Баженова, Ухтомского и многих других.
На период 18 века относятся и изменения, коснувшиеся множества провинциальных городов того времени, – Ярославля, Костромы, Нижнего Новгорода, Архангельска, Одоева Богородицка, Ораниенбаума, ныне Ломоносова, Царского села, ныне Пушкина и так далее. С 18 века берут свое начало Петрозаводск, Таганрог, Екатеринбург и многие другие города, ставшие в тот период и впоследствии важными промышленными и экономическими центрами российского государства.

У русской архитектуры все еще впереди. Вернемся к истокам — первые русские зодчие, которые своим примером доказали, что русская архитектура существовала, существует и, будем надеяться, будет существовать в будущем. В конце-концов, русские просторы — огромное поле для деятельности.

Федор Конь (1540-1606)

Смоленск. Крепость. Башня. XVI-XVII вв.

По сути, первый русский архитектор-строитель крепостей. Будучи сыном крестьянина, он бежал в Европу, где получил блестящие частное образование. Затем он работал во Франции, Бельгии, Дании, Польше, Италии, где зарекомендовал себя отличным мастером. Вернувшегося на Русь Федора, естественно, посадили в тюрьму, но вскоре выпустили и дозволили творить. Пару лет он строил лавки и сараи, а затем вдруг получил заказ на возведение стен Белого города в Москве. А дальше пошло-поехало – стены Болдинского, Пафнутьево-Боровского и Симонова монастырей, а также жемчужина русской архитектуры – Смоленский Кремль. Главной «фишкой» Коня было соединение удобства, прочности и красоты – так сугубо оборонные башни он украшал кокошниками и узорами.

И да, прозвище Конь, прекрасно характеризовало Федора: он был высокого роста, силён и трудолюбив.

Дмитрий Ухтомский (1719-1774)

Колокольня Троице-Сергиевой Лавры, 1741 – 1768

Невероятно плодовитый представитель рода Рюриковичей Ухтомский считается одним из самых ярких российских архитекторов, творивший в стиле Елизаветинского барокко. Мальчик из обедневшего княжеского рода был отправлен в Москву, где быстро освоил инженерные и искусствоведческие науки. Начав с небольшой практики, он вскоре уже строил триумфальные арки (в том числе и знаменитые Красные ворота) и павильоны в честь коронации Елизаветы Петровны. Для нее же и, по слухам, ее фаворита Степана Апраксина возвел знаменитый дом-комод на Покровке, считающийся одним из самых интересных зданий столицы. Ухтомскому принадлежит проект самой высокой колокольни России, построенной в Троице-Сергиевой Лавре.

В 1745 г. стал главным архитектором Москвы и возглавил собственную «команду». Князь также разработал первый генплан Москвы, отреставрировал Кремль и открыл первую в стране архитектурную школу.

Василий Баженов (1737-1799)

Дом Пашкова. 1784 — 1786 гг.

Об одном из самых знаменитых русских архитекторов известно сравнительно мало, а авторство большинства его проектов документально не подтверждено. Еще мальчиком, Баженова заметил известный архитектор Ухтомский в школе которого он обучался. Потом традиционная практика в Европе и триумфальное возвращение домой. Будучи самовлюбленным перфекционистом, он часто не сходился во мнениях с сильными мира сего. Так, получив заказы на перестройку Кремля и возведение царской резиденции Царицыно, он так и не завершил эти проекты, а из-за конфликта с Екатериной II вообще был даже уволен со службы. До нас дошло совсем не много построек Баженова, но каждая из них – подлинный шедевр: дом Пашкова и Большой царицынский мост в Москве, Михайловский дворец в Петербурге и др.

Петровский путевой дворец, 1776-1780-х гг. Образец русской неоготической архитектуры.

Постройки самого знаменитого русского архитектора разбросаны практически по всей исторической части Москвы. От Сената в Кремле до Петровского путевого дворца в районе метро Динамо. Будучи учеником Баженова, Матвей Казаков перенял у своего учителя любовь к псевдоготике, однако больше всего он тяготел к строгой симметрии и классицизму. Соединив обе идеи в одну он перестроил Царицыно и возвел десятки уникальных зданий в совершенно противоположных стилях. И это при том, что архитектор ни разу не покидал России и мог любоваться шедеврами европейских зодчих разве что с картинок. До наших дней не дошли многие из построек зодчего, а ведь некогда стиль Матвея Федоровича определял облик так называемой «казаковской москвы».

Свою смерть видный архитектор встретил в Рязани в 1812 году. Узнав о том, что пожар уничтожил его любимый город Казакову стало плохо и он скончался.

Осип Бове (1784-1834)

Московские триумфальные ворота, 1829 – 1834 гг. в честь победы русского народа в Отечественной войне 1812 года.

Первый «нерусский» по-национальности в нашем списке архитектор. Однако по духу Осип, урожденный Джузеппе, был достойным сыном России. Родившись в семье неаполитанского художника он рано приобщился к искусству. Во время Отечественной войны он участвовал московском ополчении, а после пожара Бове назначали восстанавливать центральную часть города к северо-западу от Кремля. Как не удивительно, вскоре власти заметили его талант и поручили итальянцу «фасаднические работы» по восстановлению Первопрестольной. Именно благодаря ему Москва приобрела облик европейской города с колоннадами особняков в стиле классицизма, площадями, монументами и скверами. К его лучшим проектом можно отнести комплекс Первой городской больницы, Манеж и Александровский сад.

Федор Шехтель (1859-1926)

Самый известный памятник московского модерна, построенный в 1902 году для миллионера Сергея Рябушинского.

Этому человеку москвичи обязаны лучшими образцами московского модерна. Немец по рождению, Франц-Альберт принял православие в десятилетнем возрасте и буквально влюбился в русскую культуру. Недаром именно он строил дома для видных старообрядцев, которые любили комфорт в соединении с традиционными орнаментами и мотивами. Шехтель прорабатывал в своих проектах мельчайшие детали – от десятков вариантов щеколд, до лестничных пролетов и расположения зеркал. Зачастую его приглашали оформлять уже готовые постройки. К его лучшим московским проектам можно отнести особняки Рябушинских и Морозовых, Ярославский вокзал, зданием МХАТ им. Чехова и др.

Алексей Щусев (1873-1949)

Церковь Покрова Марфо-Мариинской обители. 1908 — 1912 гг.

Самый «удобный» русский архитектор рубежа XIX-XX веков. В его наследии — часовни и храмы, а также здание НКВД на Лубянке и станция метро «Комсомольская-кольцевая». Алексей Щусев никогда не боялся экспериментировать со стилями – в то время как его коллеги ориентировались на французский модерн, он создал свой стиль, тяготеющий к архитектуре Новгородской Руси (к примеру Марфо-Мариинская обитель на Большой Ордынке в Москве).

Еще до революции Щусев получил заказ на возведение Казанского вокзала – этакого теремка с башенками. У «советов» архитектор тоже был востребован – проект мавзолея Ленина навсегда обессмертил его имя и обезопасил от репрессий. Вслед за архитектурной модой, Щусев въехал в конструктивизм, а затем в сталинский ампир, неизменно выигрывая конкурсы проектов. Благодаря ему были сохранены и отреставрированы многие московские здания и храмы.

Опубликовано: Ноябрь 14, 2013 Алексеев Ф. Я. Соборная площадь в Московском Кремле 1811 — Архитектура Москвы 18 века

Уже в 18 веке в Московской архитектуре можно было увидеть здания, в которых одновременно сочетались особенности и российской, и западной культуры, в одном месте отпечатывалось Средневековье и Новое время. К началу 18 века на перекрестке Земляного вала и улицы Сретенки появилось здание возле ворот Стрелецкой слободы, этому поспособствовал архитектор Чоглоков Михаил Иванович. Когда-то здесь стоял полк Сухарева, поэтому и башню назвали в память полковника, то есть Сухаревой .

Сухаревская башня, по проекту М. И. Чоглокова (была построена в 1692-1695 годах на месте старых деревянных Сретенских ворот Земляного города (на пересечении Садового кольца и улицы Сретенка ). В 1698-1701 годах ворота были перестроены в том виде, в котором они и дошли до начала XX века, с высокой, увенчанной шатром башней в центре, напоминающей западноевропейскую ратушу.

Башня колоссально изменила свой внешний вид в 1701 году, после перестройки. На ней стало больше деталей, напоминающих средневековые западноевропейские соборы, а именно часы и башенки. В ней Петр I устроил школу математических и навигацких наук, здесь появилась обсерватория. Но в 1934 башня Сухарева была разрушена, чтобы не мешать движению.

В этот же период в столице и области (усадьбе Дубровицы и Уборы) активно строились храмы в западноевропейском стиле. В 1704 Меншиков А. Д. дал заказ архитектору Зарудному И. П. на строительство церкви Архангела Гавриила возле Мясницких ворот, по-другому ее называли Меншикова башня. Отличительная ее черта – высокая, широкая колокольня в стиле барокко.

Свой вклад в развитие архитектуры столицы внес Ухтомский Дмитрий Васильевич, он создал великие творения: колокольню Троице-Сергиева монастыря и Красные ворота в Москве. Ранее здесь уже стояла колокольня, но Ухтомский дополнил ее двумя новыми ярусами, теперь их стало пять и высота достигла 80 метров. На верхние яруса нельзя было размещать колокола из-за хрупкости строения, но они придали грациозности и торжественности постройке, которую теперь было заметно из разных частей города.

Красные ворота, к сожалению, сейчас можно увидеть только на картинках учебников, до наших дней они не сохранились, но они заслуженно являются лучшими архитектурными сооружениями русского барокко. То как их строили и видоизменяли непосредственно связано с историей жизни Москвы 18 в. и показательно характеризует ту эпоху. Когда в 1709 г. русские выиграли полтавское сражение против шведской армии, на Мясницкой улице появились триумфальные деревянные ворота. В том же месте по случаю коронации Елизаветы Петровны в 1742 г. построили вторые ворота, средства на это выделило местное купечество. Немного времени они стояли, перед тем как сгорели, но Елизавета тут же велела восстановить их в каменном виде, эту работу поручили Ухтомскому, о котором упоминалось ранее.

Ворота была сделаны по типу древнеримской триумфальной арки, жители столицы их очень полюбили, поэтому и назвали Красными, от слова «красивые». Изначально постройка заканчивалась грациозным шатром, на котором красовалась фигура трубящей Славы с пальмовой ветвью. Над проходом поместили портрет Елизаветы, который со временем украсили медальоном с гербом и вензелями. По бокам, над дополнительными проходами, располагаются рельефы в честь опять-таки императрицы, а над ними еще и статуи как символы Бдительности, Милости, Постоянства, Верности, Торговли, Экономии, Изобилии и Мужества. На ворота было нанесено около 50 различных изображений. Когда в 1928 г. Площадь реконструировали, то и это великое сооружение безжалостно разобрали, сейчас здесь стоит обычный серый павильон метро, ассоциирующийся совсем с другим временем.

Про Петровскую эпоху теперь перестали говорить, когда архитекторы окончательно достроили Петербург, который стал столицей. Двигаясь к завершению 18 в., опять все строительство вернулось в Москву. Активно начали возводить светские дома и дворцы, церкви, учебные и медицинские учреждения. Лучшими архитекторами времен Екатерина II и Павла I стали Казаков и Баженов.

Баженов Василий Иванович обучался в гимназии при Московском университете, а затем в новой Петербургской академии художеств. Когда он доучился, поехал осматривать Италию и Францию, а затем вернулся в Петербург, где был удостоен звания академика. Хотя карьера в Петербурге у Баженова сложилась очень удачно, он все же поехал в Москву, чтобы воплотить в жизнь проект Екатерины II – Большой Кремлевский дворец. Патриархальная Москва не смогла принять такой проект, он слишком выделялся из общей картины того времени.

Алексеев Ф. Я. Вид на Московский Кремль со стороны Каменного моста 1811

Планировалось наполовину снести южные стены Кремля, устаревшие сооружения, а вокруг того что осталось – старейшие памятники культуры, церкви и колокольни, возвести новое помпезное здание дворца в стиле классицизма. Баженов хотел возвести не только один дворец, но и чтоб рядом были театр, арсенал, коллегии, площадь для народа. Кремль должен был стать не средневековой крепостью, а большим общественным местом для города и его жителей. Архитектор представил в первую очередь чертежи будущего дворца, а затем и её деревянную модель. Эту модель отправили Екатерине II в Петербург, чтобы она одобрила, а затем оставили в Зимнем дворце. Проект утвердили, даже торжественно уложили первый камень с участием императрицы, но его так и не довели до конца.

В 1775 г. Екатерина II дала новое поручение Баженову, возвести личную резиденцию возле Москвы в имении Царицыно, которое на тот момент называлось Черная грязь. Императрица хотела, чтобы здание было построено в псевдоготическом стиле. Начиная с 1775 года были построены знаменитый Большой дворец, «Хлебный дом», «Оперный дом», каменные мосты и многое другое, что можно увидеть и сегодня.

Алексеев Ф. Я. Панорамный вид Царицыно 1800

Царицынский ансамбль очень отличался от усадьб того времени, на них было большое количество элементов готической архитектуры, например, стрельчатые арки, оконные проемы сложной формы и т. д. Баженов говорил, что древнерусская архитектура является подвидом готической, поэтому здесь были и элементы российского Средневековья, такие как раздвоенные наверху зубцы, похожие на завершения стен Кремля. Характерным признаком русской архитектуры было и совмещение белокаменных деталей и красными кирпичными стенами. Внутри все было специально усложнено в средневековом стиле. Дворец выглядел очень грубо и мрачно, и когда императрица приехала смотреть на него, с ужасом сказала, что дворец больше похож на тюрьму, и больше никогда туда не возвращалась. Она приказала, чтобы дворец снесли, а вместе с ним и некоторые другие постройки. Задание было передано другому архитектору – Казакову М. Ф, который сохранил классицистический правильную форму здания и сделал готическое оформление.

дом Пашкова, архитектор Баженов

У Баженова заказывали и многие другие постройки. Например, его работой был дом П. Е. Пашкова, который стоит лицом к Кремлю, он отличается классицистическим стилем, светлым фасадом, стены кирпичные, которые еще больше подчеркивают могущество и величественность строения. Дом находится на возвышенности, посередине стоит 3х-этажный дом с аккуратным портиком, по бокам возвышаются статуи, наверху располагается круглая скульптурная композиция бельведер. Галереи выполнены в один этаж, которые продолжаются двухэтажными флигелями с портиками. С холма можно спуститься по лестнице, сначала она вела сад с красивыми заборами и фонарями, а к 20 веку улицу расширили и не осталось ни решеток, ни сада. М. Ф. Казаков не смог бы творить в такой степени без влияния Баженова и Ухтомского. Екатерине II пришлось по душе творчество Казакова, и она доверяла ему еще не один заказ, сюда относились и дома для жилья, дворцы для царской семьи, церкви в стиле классицизма.

Петровский путево́й (подъездной) дворец на Тверском тракте, архитектор Казаков

По дороге из Петербурга в Москву можно было остановиться в Петровском подъездном дворце, по-другому он назывался Петровским замком, над ним также работал Казаков и использовал псевдоготический стиль. Но все равно без классицизма не обошлось, о нем говорят правильные симметричные формы комнат и все внутренне оформление. Только по элементам фасада можно было узнать отголоски древнерусской культуры.

Следующе здание, строительство которого началось в 1776 г., а завершилось аж в 1787 г. было опять-таки сделано с помощью Казакова, это был Сенат в Московском Кремле. Здание полностью соответствует традициям классицизма, но в нем отражаются и черты проекта перестройки Кремля Баженова. Главная часть здания треугольная, посередине стоит большой круглый зал с большим куполом, который нельзя не заметить, находясь на Красной площади. Баженов и его коллеги очень сомневались на счет прочности купола, и чтобы опровергнуть это сам Казаков взобрался на него и стоял неподвижно полчаса. На лицевой стороне здания находится колоннада, которая подчеркивает плавные изгибы стен.

Таким же значимым событием было организация грациозного Колонного зала в доме Благородного собрания в Москве, его оформлением занимался Казаков в конце 18 века. Площадь здания правильной прямоугольной формы, по периметру расставлены колонны, которые стоят не прямо под стенами, а на некотором расстоянии. По всему периметру висят хрустальные люстры, верхний полуэтаж окружен ограждением из фигурных столбиков, соединенных между собой перилами. Пропорции строго соблюдены, что не позволяет оторвать глаз.

Алексеев Ф. Я. Страстная площадь (Триумфальные ворота, церковь св. Дмитрия Солунского и дом Козицкой), картина 1800 г.

В центре столицы Казаковым был построен университет, прямо на Моховой улице, это произошло в 1789-1793 годах. Спустя пару десятков лет здание сгорело, но было частично восстановлено архитектором Доменико Жилярди, он не вносил своих кардинальных изменений, а оставил казаковский принцип в виде буквы «П» и общий план композиции.

Московский университет, 1798, архитектор Матвей Казаков

Казаков очень был удивлен случившимся пожаром, ему весть пришла в Рязань. Он не смог перенести такого удара и в скором времени умер, ему сообщили, что пожар поглотил все его постройки. Но на самом деле многие здания сохранились и до сегодняшнего дня, по которым сразу прослеживается общее из архитектуры 18 века – «казаковской Москвы».

В середине XVIIIв. в северной части территории современного Нескучного сада возникла усадьба, заказанная П. А. Демидовым, сыном уральского заводчика и известным садоводом-любителем.

В 1756г. был выстроен главный дом — П-образные в плане палаты — Александрийский дворец. Между ризалитами садового фасада был помещен балкон на колоннах. Двор перед домом окружали каменные службы и чугунная ограда, отлитая на заводах Демидова.

Алексеев Ф. Я. Военный госпиталь в Лефортове 1800

Алексеев Ф. Я. Вид церкви «Никола Большой Крест» на Ильинке 1800

Алексеев Ф. Я. Вид церкви за Золотою решеткою и Теремного дворца 1811

Алексеев Ф. Я. Вид в Кремле на Сенат, Арсенал и Никольские ворота, картина 1800 г.

статья в подготовке

Архитектура России 16 века
Улица Арбат, Москва (архитектура, история)
Поварская улица, Москва (архитектура, история)
Улица Кузнецкий мост, Москва (история, архитектура)
Район Лианозово, Москва, история
Архитектура Москвы, памятники, история, современная столица
Архитектура России и Москвы, современность, 19, 18, 17 века, ранние периоды (13-16 века) Киевская Русь (9-13 вв.)
Архитектурный стиль
Достопримечательности Москвы

Дворцовые сооружения середины XVIII века

САНКТ-ПЕТЕРБУРГ

С середины 1730-х годов началось постепенное возрождение города. Этому способствовало возвращение в Петербург из Москвы императорского двора вскоре после восшествия на престол Анны Иоанновны, родной племянницы Петра I, вдовствующей герцогини Курляндской. Строительство города вступило в новую фазу. Столица во многом росла стихийно, все более распространяясь к югу от Большой Невы. Центром города постепенно становилась Адмиралтейская сторона. Катастрофические пожары 1736 и 1737 годов побудили власти немедленно заняться упорядочением системы застройки столицы.

В 1737 году была учреждена Комиссия о Санкт-Петербургском строении, архитектурную часть которой возглавил П. М. Еропкин. Комиссия разработала генеральный план столицы, закрепивший планировочные и композиционные идеи регулярной архитектуры. Согласно этому плану центр окончательно переносился на Адмиралтейскую сторону. Были намечены направления трех главных городских магистралей — трех лучей, расходившихся от башни Адмиралтейства, перестройка которого в это время заканчивалась по проекту И. К. Коробова. Весь центральный район предписывалось застраивать только каменными зданиями.

Укрепление позиций абсолютизма, усиление влияния в стране дворянского сословия не замедлили сказаться на характере городской застройки. По словам В. О. Ключевского, это было «государство, замкнувшееся во дворце». Преобладающим архитектурным типом здания на несколько десятилетий становится дворец-усадьба в столице или ее пригороде. Возводившиеся в тот период сооружения до сих пор поражают неподдельным величием, пространственным размахом, пышностью наружного и внутреннего убранства. Дворцовая архитектура, более чем какая-либо другая, являлась наглядным воплощением идеи политического и военного могущества Российской Империи, своеобразным символом ее растущего международного авторитета. На смену периоду раннего барокко приходит эпоха высокого барокко.

Крупнейшим мастером высокого барокко был Бартоло-мео Франческо Растрелли, создавший в Петербурге и его окрестностях многочисленные постройки. Он приехал в Петербург в 1716 году со своим отцом, итальянским скульптором Карло Бартоломео Растрелли, которого Петр I пригласил в Россию. Одной из первых его работ стал третий Зимний дворец, сооруженный в 1732—1735 годах на берегу Невы (на месте нынешнего Зимнего дворца). Здание включило в себя дома Апраксина и Кикина, которые объединил в одно целое вновь построенный корпус. В итоге его конфигурация оказалась довольно причудливой и запутанной, усложненной различными пристройками и переходами.

Фасады дворца, протянувшегося вдоль Невы почти на 150 метров, во многом еще сохраняли черты петровского барокко, в духе которого были первоначально отделаны старые палаты. Однако в оформлении ряда внутренних помещений уже чувствовалась рука большого мастера. Особенно нарядно выглядели Тронный зал, Аванзал и Театр. Так, в Тронном зале пятьдесят резных пилястр подпирали потолок, который украшал великолепный плафон, исполненный французским живописцем Л. Каравакком. Над троном был устроен балдахин, поддерживаемый точеными колоннами композитного ордера. Аванзал также украшали резные пилястры и большой плафон работы Каравакка. Совершенство резьбы отличало иконостас дворцовой церкви, расположенной в западном крыле здания. Во дворце находился и знаменитый Янтарный кабинет, позднее (в 1755 году) перенесенный в Большой царскосельский дворец. Видный общественный деятель того времени Феофан Прокопович писал об этом Зимнем дворце: «Дом сей… столь чюдного дела, что такого Россия до днесь не имела».

Середина XVIII века ознаменовалась строительством в Петербурге нескольких крупных дворцовых усадеб. Как правило, это были здания, имевшие в плане Н-образный или П-образный корпус с курдонером (парадным двором), который обычно не выходил на главную улицу. Плоские пилястры и лопатки на фасадах уступили место колоннам, которые не играли конструктивной роли, а служили прежде всего украшением фасадов. Наряднее стало убранство помещений, отличавшееся высокой художественностью отделки.

Среди первых зданий города, построенных в стиле высокого барокко, был Аничков дворец. Его возведение-началось в 1741 году по проекту архитектора М. Г. Земцова на правом берегу Фонтанки, у Невской перспективы. Здесь прежде находился Преображенский полковой двор. Спустя полтора года Земцов скончался. Руководство работами по сооружению дворца перешло к его бывшему помощнику Г. Д. Дмитриеву, а еще через некоторое время — к Б. Ф. Растрелли, внесшему в первоначальный замысел существенные поправки. К весне 1751 года отделка дворца в основном завершилась, что позволило провести освящение его церкви. Здание было Н-образным в плане. Его центральная трехэтажная часть с большим двусветным залом соединялась крыльями с боковыми трехэтажными флигелями, увенчанными ребристыми куполами с луковичными главками. Основным своим фасадом дворец был обращен к Фонтанке, а не к Невской перспективе. Здесь находился парадный двор с бассейном, связанным с Фонтанкой каналом. Противоположным фасадом дворец был обращен к регулярному саду, разбитому с его западной стороны. Оба фасада украшали высокие крыльца с портиками, поддерживающими балконы. Отделка помещений дворца производилась по чертежам и под наблюдением Растрелли. Живописные работы выполняли А. П. Антропов, И. Я- Вишняков, А. И. и И. И. Вельские и другие. Особенно тщательно был отделан интерьер церкви, занимавшей второй и третий этажи бокового флигеля, расположенного вдоль Невской перспективы. Ее трехъярусный резной иконостас, покрытый позолотой, достигал одиннадцатиметровой высоты, отличался богатством барочной орнаментики.

На протяжении десятилетий дворец неоднократно переходил от одного владельца к другому. Первым его хозяином был фаворит императрицы Елизаветы Петровны граф А. Г. Разумовский, президент Академии наук. В 1770-х годах усадьба стала собственностью князя Г. А. Потемкина, которому ее подарила Екатерина II. По его распоряжению многие помещения дворца подверглись переделке. Значительные изменения в облик здания внес архитектор И. Е. Старое, придавший фасадам формы, свойственные архитектуре раннего классицизма. Центр дворца украсил треугольный фронтон, над боковыми флигелями вместо фигурных луковичных завершений появились плоские купола. Этот внешний облик здания сохранился с незначительными изменениями до наших дней.

В 1803—1805 годах на берегу Фонтанки и по Невскому проспекту архитектор Дж. Кваренги возвел два корпуса торговых рядов с открытыми аркадами, объединенных ионической колоннадой. К сожалению, с того времени главный фасад дворца оказался заслоненным со стороны реки. Позднее здесь разместился «Кабинет Его Императорского Величества» — ведомство, распоряжавшееся имуществом царского двора. Аркады в 1885 году были заложены кирпичом, между корпусами остался только проезд, украшенный шестью сближенными попарно колоннами.

В начале XIX века во дворце появились новые интерьеры, отделанные архитектором Л. Руска в стиле классицизма. Особенно интересен Белый зал, торцовые стены которого членятся парами стройных ионических колонн. До наших дней сохранился и Желтоколонный зал, также оформленный Руска.

Значительную перестройку интерьеров дворца осуществил в 1817–1818 годах архитектор К- И. Росси. Церковь была устроена в верхнем этаже северного бокового флигеля и освящена во имя Святого князя Александра Невского. Ее украсил новый иконостас, в оформлении которого участвовали художники Б. Медичи и Ф. Торичелли. Прекрасные росписи покрыли стены, декорированные пилястрами. Одновременно по проекту Росси был построен примыкающий к дворцу дугообразный «сервизный корпус». Зодчий существенно уменьшил размеры дворцового сада, соорудив вокруг него ограду и построив на его западной стороне два изящных одноэтажных павильона. Владельцем здания в 1817 году стал великий князь Николай Павлович. После его вступления на российский престол Аничков дворец начал официально называться «Собственным Его Императорского Величества дворцом».

Император Александр III сделал дворец своей резиденцией. При нем в залах разместилось крупное собрание произведений живописи, не уступавшее по своему богатству другим картинным галереям столицы. В связи с этим в 1886–1887 годах ряд помещений дворца заново отделал архитектор М. Е. Месмахер.

В конце XIX — начале XX века дворец был резиденцией вдовствующей императрицы Марии Федоровны.

После революции в Аничковом дворце более пятнадцати лет размещался Музей старого Петербурга. Трудным для здания стал 1935 год, когда городские власти решили устроить в нем Дворец пионеров. В экстренном порядке была перестроена значительная часть помещений, разобраны своды в цокольном этаже, некоторые капитальные стены и перегородки. Варварскому уничтожению подверглось уникальное убранство дворцовой церкви, которую переделали в кинозал.

Ныне в Аничковом дворце размещается Дворец творчества юных.

Почти одновременно с Аничковым дворцом на том же берегу Фонтанки, примерно на месте нынешнего Инженерного замка, был сооружен третий Летний дворец. Он стал одной из любимых городских резиденций императрицы Елизаветы Петровны, вступившей на престол в 1741 году. Именно при возведении этого дворца впервые раскрылся талант архитектора Б. Ф. Растрелли, который непосредственно руководил его строительством. Фасады широко раскинувшегося деревянного здания украшали колонны, пилястры и декоративные скульптуры. Его парадные помещения образовывали великолепную анфиладу, протянувшуюся на десятки метров. «Это, — писал И. Грабарь, — одна из самых удачных и очаровательных построек XVIII века». В 1796 году третий Летний дворец был сломан, а на его месте началось ускоренное строительство нового дворца-замка.

Тогда же на другом берегу Фонтанки, чуть ниже по течению, поднялась усадьба графа П. Б. Шереметева. Еще в начале 1740-х годов здесь был сооружен каменный одноэтажный дом. В 1750—1755 годах архитектор С. И. Чева-кинский надстроил здание, сделав его двухэтажным и более нарядным. Центральную часть фасада он подчеркнул шестью коринфскими пилястрами, оперев на них аттиковый полуэтаж, завершенный лучковым фронтоном. Боковые части фасада также оформлены пилястрами, но увенчаны треугольными фронтонами.

По своему характеру и композиционному замыслу дворец, обращенный главным фасадом к реке и названный «Фонтанным домом», является типичным усадебным сооружением середины XVIII века. Это выразилось в определенной пышности убранства фасадов здания, представленного и лепными головками, и львиными масками в капителях, и лучковыми сандриками, образующими волнообразную линию над окнами.

Вместе с тем в планировке здания проявились черты зодчества первой четверти XVIII века. Так, в отличие от нижнего этажа дворца, отведенного под служебные помещения, второй этаж представлял собой целую систему парадных покоев. Они образовывали две анфилады, из которых одна располагалась вдоль главного фасада здания, другая — вдоль садового фасада. Парадные апартаменты первоначально были отделаны в соответствии с замыслом архитектора Ф.С. Аргунова. Позднее они неоднократно перестраивались. В разные годы авторами проектов оформления интерьеров выступали архитекторы И. Е. Старое, Дж. Кваренги, А. Н. Воронихин. В одном из боковых крыльев, примыкавших к центральному корпусу, размещалась дворцовая церковь. Ее стены покрывали художественные росписи, украшали прекрасные лепка и резьба.

Значительные изменения в отделку помещений дворца внес в 1837–1840 годах архитектор И. Д. Корсини. Ему принадлежит и красивая чугунная ограда, установленная перед зданием на набережной.

В комплекс усадьбы с самого начала входил регулярный сад, простиравшийся до Литейной перспективы. В нем находились Грот, павильон Эрмитаж, Китайская беседка и нарядные ворота, сооруженные Аргуновым. В «Фонтанном доме» жила талантливая актриса конца XVIII века — бывшая крепостная П. И. Ковалева-Жемчугова, ставшая женой графа Н. П. Шереметева. Во дворце и саду бывали В. А. Жуковский, А. С. Пушкин, М. И. Глинка, М. А. Балакирев, А. Н. Серов, О. А. Кипренский и многие другие поэты, композиторы и художники. В начале XX столетия Грот и садовые ворота на Литейном проспекте были сломаны. Их место заняли доходные дома с магазинами.

В 1918 году последний владелец С. Д. Шереметев передал здание со всеми художественными коллекциями советским властям. Спустя всего несколько лет устроенный в нем музей был ликвидирован, церковь разорена и уничтожена. Длительное время здание поочередно занимали различные учреждения и научные институты. Пять лет назад оно было передано Государственному музею театрального и музыкального искусства.

В южном дворовом флигеле Шереметевского дворца в 1924–1941 и 1944–1952 годах жила поэтесса А. А. Ахматова. Здесь ею было написано множество стихотворений, подготовлено несколько литературоведческих статей. В 1989 году в бывших комнатах Ахматовой открыт мемориальный музей.

Классическим образцом городской усадьбы елизаветинского времени следует считать дворец канцлера графа М. И. Воронцова. Он возведен в 1749–1757 годах по проекту Б. Ф. Растрелли, уже снискавшего славу искусного зодчего столицы. Архитектору пришлось сооружать дворец на участке, расположенном между Фонтанкой и недавно проложенной Садовой улицей, которая очень скоро стала одной из оживленных улиц города. Именно к ней и обращено своим главным фасадом здание, поставленное в глубине парадного двора. От улицы двор отсечен ажурной чугунной оградой, отлитой по рисунку Растрелли. Внушительно выглядит центральный ризалит дворца, поднятый на полуэтаж и декорированный сдвоенными приставными колоннами и пилястрами, которые поддерживают раскрепованный антаблемент. Верхний полуэтаж венчает небольшой треугольный фронтон, подчеркивая монументальность центра здания. Боковые ризалиты декорированы несколько проще, хотя и здесь применены сдвоенные колонны. Позади главного корпуса в прошлом был разбит регулярный сад, восточная граница которого проходила по берегу Фонтанки. Его аллеи оживляли пруды, фонтаны и скульптуры. С большой пышностью были отделаны многочисленные залы дворца. К сожалению, их декоративное убранство не сохранилось.

В конце 1790-х годов дворец, взятый незадолго перед этим в казну, был пожалован Мальтийскому ордену, великим магистром которого стал император Павел I. В связи с этим в 1798–1800 годах архитектор Дж. Кваренги пристроил к главному дворцовому корпусу со стороны сада здание Мальтийской капеллы — кафедрального католического храма Святого Иоанна Иерусалимского, где проходили заседания капитула ордена. Благодаря небольшим размерам фасад капеллы, решенный в виде четырехколонного портала, поражает благородной простотой. Столь же совершенен и зал, окаймленный с двух сторон коринфской колоннадой, на которую опираются своды потолка. Высоким мастерством отличается вся внутренняя отделка: роспись, скульптура, лепнина, мраморная облицовка.

С 1810 года в Воронцовском дворце размещался Пажеский корпус — привилегированное военно-учебное заведение для подготовки преимущественно офицеров гвардии. После революции в нем находились курсы командного состава, а затем — пехотное училище. С 1958 года в здании размещается Петербургское суворовское военное училище.

Севернее дворца Воронцова, за Невской перспективой, располагалась еще одна городская усадьба — графа И. И. Шувалова, основателя Академии художеств. В 1753–1756 годах архитектор С. И. Чевакинский построил для него дворец, который современники оценили как выдающееся сооружение. Здание отличают черты, свойственные архитектуре развитого барокко. Особенно интересен ризалит его главного фасада, представляющий собой трехгранный выступ, декорированный полуколоннами и фронтоном лучковой формы. Во дворце находилась собранная Шуваловым богатая картинная галерея. Гостем графа часто бывал М. В. Ломоносов.

Европа что родит, что прочи части света,
Что осень, что зима, весна и кротость лета,
Что воздух и земля, что море и леса:
Все было у тебя, довольство и краса.

Так описывал Ломоносов богатство Шуваловского дворца.

Позднее владельцем дворца стал генерал-прокурор А. А. Вяземский. При нем в 1775–1776 годах здание было частично перестроено, что придало его фасадам формы, присущие архитектуре раннего классицизма. Значительные изменения в интерьеры дворца внес в 1816–1819 годах архитектор И. Минчаки. Спустя тридцать лет архитектор Д. Е. Ефимов перестроил корпус, выходящий на Малую Садовую улицу.

Несмотря на большие утраты, дворец продолжает оставаться интересным памятником архитектуры середины XVIII века.

Все эти здания превзошел своими размерами и отделкой дворец графа С. Г. Строганова, возведенный в 1752–1754 годах по проекту Растрелли на пересечении Невской перспективы с рекой Мойкой. В отличие от других дворцов-усадеб, он своими фасадами расположился по красным линиям улиц. За минувшие два с половиной века внешний облик здания почти не изменился, если не считать некоторой приземистости цокольного этажа, возникшей из-за постоянного повышения уровня грунта.

Все здание отличают строгость композиции, выдержанность стиля. Особенно эффектен главный фасад, обращенный к Невскому проспекту. Его центральный ризалит выделен парными приставными колоннами, опирающимися на рустованные постаменты и поддерживающими разорванный лучковый фронтон с гербом Строганова. Впечатление парадности усиливает скульптурная декорация с кариатидами и картушами, обрамляющая окна. Образцом декоративного мастерства Растрелли является и львиная маска над аркой проезда во внутренний двор здания.

Сдержаннее оформлен фасад дворца, обращенный к Мойке. Его центр выделен портиком из трехчетвертных колонн, увенчанным треугольным фронтоном. В этом крыле здания находится большой двусветный зал, сохранивший отделку, выполненную по рисункам Растрелли. Его украшает живописный плафон работы Дж. Валериани.

В начале 1790-х годов дворец подвергся частичной перестройке. По проекту А. Н. Воронихина на месте одноэтажных дворовых флигелей соорудили новые корпуса, интерьеры которых были отделаны в духе классицизма. Особенно удалась зодчему Картинная галерея. В ней разместилась прекрасная коллекция картин, принадлежавшая Строгановым,— одно из лучших частных художественных собраний России. В коллекции были представлены произведения Боттичелли, Мартини, Бронзино, Тинторетто, Рембрандта, Ван Дейка, Рубенса, Буше, Лоррена, Пуссена, Грёза и других мастеров живописи. Обновились интерьеры и в старой части дворца, где появились оригинально оформленные помещения — Угловой и Арабесковый залы и Минеральный кабинет.

Дворец стал одним из центров культурной жизни Петербурга. Граф А. С. Строганов, сын С. Г. Строганова, был президентом Академии художеств, директором Публичной библиотеки, одним из донаторов Казанского собора. Во дворце в конце XVIII — начале XIX века часто бывали Д. И. Фонвизин, Г. Р. Державин, И. А. Крылов, Н. И. Гне-дич, Д. С. Бортнянский, П. И. Турчанинов и другие писатели, поэты и композиторы столицы.

В 1918 году дворец у Строгановых был отобран, собранная ими коллекция живописи частично распродана, частично передана в Государственный Эрмитаж. В 1918—1925 годах во дворце находился Музей быта, затем — различные хозяйственные и проектные учреждения, что пагубно отразилось на состоянии интерьеров. В 1988 году городские власти приняли решение о реставрации дворца и передаче его Русскому музею. Сейчас ведется восстановление залов здания.

Крупнейшим дворцовым сооружением Петербурга стал четвертый, ныне существующий Зимний дворец, затмивший все прежние своими размерами и великолепием отделки. Его строительство началось в 1754 году по проекту Б. Ф. Растрелли и завершилось в 1762 году. Дворец с полным правом можно отнести к позднейшим наиболее ярким памятникам петербургского барокко. Пока он возводился, царский двор располагался во временном деревянном дворце, построенном Растрелли в 1755 году на углу Невского проспекта и набережной Мойки, между Морской улицей и Кирпичным переулком.

Годы строительства Зимнего дворца совпали с такими знаменательными событиями, как расширение Академии наук, открытие в Петербурге первого русского профессионального театра и Академии художеств. Возводя здание, архитектор сознавал, что сооружает не просто царскую резиденцию. Дворец строится «для единой славы всероссийской», подчеркивал Растрелли.

Дворец задуман и построен в виде замкнутого четырехугольника с обширным внутренним двором. Своим гигантским объемом и большей, чем у соседних зданий, высотой он доминирует над окружающим пространством. В громадном сооружении нет ни однообразия, ни монотонности. Бесчисленные белые колонны то собираются в группы, особенно живописные и выразительные на углах здания, то редеют и расступаются, открывая окна, обрамленные наличниками с львиными масками и головками амуров. Установленные на балюстраде кровли десятки декоративных ваз и статуй усиливают впечатление нарядности. Великолепны углы здания, окаймленные колоннами и пилястрами.

Создавая Зимний дворец, Растрелли каждый фасад проектировал по-разному, исходя из конкретных условий. Северный фасад, обращенный на Неву, тянется более или менее ровной стеной, не имея заметных выступов. Со стороны реки он воспринимается как нескончаемая двухъярусная колоннада. Южный фасад, выходящий на Дворцовую площадь и имеющий семь членений, является главным. Центр его выделен широким, пышно декорированным ризалитом, прорезанным тремя въездными арками. За ними находится парадный двор, где в середине северного корпуса прежде был главный вход во дворец. Из боковых фасадов более интересен западный, обращенный в сторону Адмиралтейства и площади, на которой Растрелли предполагал поставить отлитую его отцом конную статую Петра I.

Из внутренних помещений дворца, созданных Растрелли, сохранили барочный облик только великолепная, поистине царская Иорданская лестница и частично Большая церковь (Придворный собор). Парадная Иорданская лестница расположена в северо-восточном углу здания. Ее отличает необыкновенное разнообразие декора — колонны, зеркала, статуи,затейливая золоченая лепнина, огромный плафон, созданный итальянскими живописцами.(Рядом с лестницей находился Иорданский подъезд. Через него в праздник Крещения Господня члены императорской фамилии и высшее духовенство выходили к Неве для совершения обряда великого водосвятия, для чего вольду реки делалась прорубь. Церемония называлась «ходом на Иордан».) Разделенная на два торжественных марша, лестница вела к главной, Северной анфиладе, состоявшей из пяти больших залов, за которыми в северо-западном ризалите находился огромный Тронный зал, а в юго-западной части — дворцовый Театр.

К числу известнейших интерьеров Зимнего дворца относилась также Большая церковь, расположенная в юго-восточном углу здания. Ее соединяла с парадной лестницей другая цепь парадных залов — Большая анфилада, протянувшаяся в южном направлении. Первоначально церковь освятили в честь Воскресения Христова (1762) и вторично — во имя Спаса Нерукотворного Образа (1763). Стены ее оживлял лепной, изящного рисунка растительный орнамент. Трехъярусный иконостас украшали иконы и живописные панно с изображениями библейских сцен, исполненные И. И. Вельским с братьями и И. Я- Вишняковым. Евангелистов на сводах потолка позднее написал Ф. А. Бруни. Сейчас о былом назначении церковного зала, разоренного в 1920-х годах, не напоминает ничто, кроме большого живописного плафона работы Ф. Фонтебассо, изображающего Воскресение Христово. И только золоченый купол церкви по-прежнему поднимается над крышей дворца, восхищая глаз своим барочным изяществом.

Кроме парадных залов на втором этаже находились жилые покои членов императорской фамилии. Первый этаж занимали хозяйственные и служебные помещения. На верхнем этаже восновном были расположены квартиры придворных.

В 1762 году, вскоре после восшествия на престол Екатерины II, Растрелли пришлось подать в отставку, так как творческая манера зодчего не отвечала вкусам новой императрицы.

Отделка интерьеров была поручена архитекторам Ю. М. Фельтену, Ж. Б. Валлен-Деламоту и А. Ринальди. Они внесли ряд изменений в первоначальную планировку и оформление дворца. В 1780—1790-х годах работы по переделке дворцовых интерьеров продолжали И. Е. Старое и Дж. Кваренги. В результате были уничтожены Тронный зал и театр и устроена новая Невская анфилада, включившая Аванзал, Большой и Концертный залы.

По проекту Кваренги был создан величественный Георгиевский, или Большой тронный, зал, который может быть отнесен к самым совершенным интерьерам Зимнего дворца. В оформлении этого зала, обогатившего парадную анфиладу, нашли применение цветной мрамор и золоченая бронза. В конце его на возвышении стоял большой трон, исполненный мастером П. Ажи. Для того чтобы создать Георгиевский зал, к центру восточного фасада дворца пришлось пристроить специальный корпус.

В работах по оформлению дворцовых интерьеров участвовали и другие видные архитекторы. В 1826 году по проекту К. И. Росси перед Георгиевским залом построили Военную галерею, на стенах которой разместились 330 портретов генералов — участников Отечественной войны 1812 года. Большая часть портретов была написана английским художником Д. Доу.

В начале 1830-х годов в восточном корпусе дворца ряд парадных залов перестроил О. Монферран. Им были оформлены Фельдмаршальский, Петровский и Гербовый залы. Он же построил нарядную лестницу подъезда императрицы, украсив ее горельефами, статуями и колоннами.

Поэт В. А. Жуковский так оценивал значение Зимнего дворца для России:

«Зимний дворец как здание, как царское жилище, может быть, не имел подобного в целой Европе. Своею огромностью, своею архитектурою изображал он могущественный народ, столь недавно вступивший в среду образованных наций, а внутренним своим великолепием напоминал о той неисчерпаемой жизни, которая кипит во внутренности России… Зимний дворец был для нас представителем всего отечественного, русского, нашего».

Разрушительный пожар 17—19 декабря 1837 года почти полностью уничтожил прекрасную отделку Зимнего дворца, от которого остался лишь обгорелый остов. Погибли интерьеры Растрелли, Кваренги, Монферрана, Росси. К счастью, удалось спасти все произведения изобразительного искусства, мебель, утварь и другое ценное имущество.

Восстановительные работы продолжались два года. Ими руководили архитекторы В. П. Стасов и А. П. Брюллов. Согласно повелению Николая I большую часть дворца надлежало «восстановить в прежнем виде». При восстановлении наружных фасадов это требование было выполнено, так как многочисленные детали отделки, несмотря на повреждения, в основном сохранились. Намного сложнее оказались работы по реставрации интерьеров. Некоторые из них, например Иорданская лестница, Большая церковь, Концертный зал, были возрождены в прежнем виде. Однако при восстановлении большинства других помещений Стасову и Брюллову приходилось по различным причинам изменять характер декора и цветовой гаммы, вносить в отделку элементы, свойственные манере позднего классицизма.

С особенной тщательностью Стасов восстановил Петровский, или Малый тронный, зал, посвященный памяти Петра I. Он лишь немного изменил характер обработки стен, введя вместо одиночных пилястр парные. (Серебряное золоченое тронное кресло, созданное в 1731 году в Лондоне мастером Н. Клаузеном, установлено в нем в середине нашего столетия.)

Напротив, восстанавливая Гербовый зал, Стасов увеличил его размер до тысячи квадратных метров, почти полностью изменил отделку. Золоченые колонны коринфского ордера и расположенные по периметру хоры с балюстрадой придали залу значительность и нарядность. Название зала определили помещенные на торцовых стенах скульптурные группы воинов с гербами российских губерний на древках. Щитки с гербами укреплены также на бронзовых люстрах, украшающих зал.

В стиле классицизма был восстановлен Стасовым и Фельдмаршальский зал, в котором разместились портреты русских фельдмаршалов. Возрождая Георгиевский (Большой тронный) зал, зодчий в пропорциях и архитектурных членениях полностью сохранил замысел Кваренги. Зато цветные мраморы, которыми до пожара был облицован зал, уступили место каррарскому белому мрамору сдвоенных колонн и пилястр. Зал украсили исполненные по рисунку Стасова бронзовые литые орнаменты, золоченые люстры и мраморный барельеф, изображающий Святого Георгия Победоносца, вмонтированный в стену над тронным местом.

Наряду с этими залами Стасов восстановил и другие — Аванзал, Большой и Концертный залы. Всем им свойственны ясность и строгость, прекрасное чувство ритма, та художественная цельность, что отличает суть стиля классицизм. Среди них несомненный интерес представлял Большой, или Николаевский, зал, самый просторный из парадных залов дворца (площадью тысяча сто квадратных метров). Зодчий сохранил мощный коринфский ордер и пропорции интерьера, созданного архитектором Кваренги, но решил всю композицию в белом цвете со строгой росписью потолка кессонами.

Если парадные апартаменты сейчас в основном имеют архитектурный облик, приданный им Стасовым, то жилая часть дворца, обращенная окнами на Дворцовую площадь, Адмиралтейство и частично Неву, во второй половине XIX века подвергалась неоднократным изменениям. Только некоторые интерьеры, созданные или восстановленные после пожара 1837 года А. П. Брюлловым, дошли до нас в первоначальном виде. Из сохранившихся большую художественную ценность имеют Александровский и Белый залы, лестница подъезда «Ее Императорского Величества», Ротонда, Арапский и Малахитовый залы. Особенно замечателен Малахитовый зал — единственный сохранившийся образец оформления малахитом целого жилого интерьера. Главным украшением зала являются исполненные в технике русской мозаики восемь сочно-зеленых малахитовых колонн и столько же пилястр, два больших малахитовых камина.

В конце XIX — начале XX века стилистическое единство интерьеров дворца постепенно нарушается из-за появления помещений, отделанных в манерах разных архитектурных направлений. Таковы, в частности, сохранившиеся интерьеры некоторых покоев императрицы Марии Александровны, супруги Александра II, созданные по проектам Г. А. Боссе (Красный будуар) и В. А. Шрейбера (Золотая гостиная), а также библиотека Николая II (автор А. Ф. Красовский). Среди обновленных интерьеров наиболее интересной была отделка Николаевского зала, в котором находился большой конный портрет императора Николая I работы художника Ф. Крюгера. На первом этаже дворца размещалась Сокровищница, в которой хранились императорские регалии (большая и малая короны, скипетр, держава), многочисленные драгоценности и реликвии.

Значительные работы были выполнены по благоустройству Разводной площади перед западным фасадом дворца, где находился подъезд «Его Императорского Величества». На ней обычно проводились разводы караулов и устраивались смотры войск. В 1896 году здесь был устроен фонтан и разбит сад, который оградила узорчатая кованая решетка, изготовленная в 1898 году по проекту архитектора Р. Ф. Мельцера. К сожалению, из-за поднятия уровня грунта для устройства сада несколько исказились пропорции западного фасада дворца. По чертежам Мельцера были также сделаны кованые решетки для въездных арок и пандусов подъездов. В целом ограда удачно дополнила ансамбль дворца, став одной из достопримечательностей Петербурга. На Всемирной парижской выставке 1900 года решетку Мельцера удостоили Большой премии.

Несколько ранее, в 1892—1894 годах, многие обветшавшие каменные скульптуры на балюстраде кровли были заменены пустотелыми, изготовленными из листовой латуни по моделям М. П. Попова.

Длительное время Зимний дворец был резиденцией российских императоров. После убийства террористами Александра II император Александр III перенес свою резиденцию в Гатчину. Отныне в Зимнем дворце проводились лишь особо торжественные церемонии. С вступлением на престол Николая II в 1894 году императорская фамилия вновь вернулась во дворец, в связи с чем бывшие покои Николая I в бельэтаже были заново отделаны в стиле модерн. Однако уже в 1904 году резиденцией стало Царское Село.

Революционные потрясения 1917 года роковым образом повлияли на судьбу Зимнего дворца. В июле его сделало своей резиденцией Временное правительство, которое разместилось в бывших покоях Николая II. Вскоре ценное дворцовое имущество и коллекции Эрмитажа были отправлены в Москву и укрыты в Кремле и в здании Исторического музея. Захваченный в ночь с 25 на 26 октября красногвардейцами, солдатами и матросами, дворец трое суток находился во власти толпы хулиганствующих люмпенов, расхитивших и обезобразивших значительную часть его внутреннего убранства. Прямым попаданием снаряда, выпущенного из орудия Петропавловской крепости, были повреждены бывшие покои Александра III. Лишь спустя несколько дней советское правительство объявило Зимний дворец и Эрмитаж государственными музеями и взяло их здания под охрану.

Однако беды Зимнего дворца на этом не кончились. В 1918 году многие его помещения были предоставлены вновь созданному Музею революции, что повлекло за собой переустройство их интерьеров. Полной ликвидации подверглась Романовская галерея, в которой находились портреты государей и членов дома Романовых, начиная с Михаила Феодо-ровича и кончая Николаем II, исполненные выдающимися художниками различных времен. Многие покои дворца заняли приемный пункт для военнопленных старой армии, общежитие детской колонии дошкольного возраста, штаб по устройству массовых торжеств и другие учреждения. Гербовый зал использовали для театральных представлений, Николаевский зал переоборудовали в кинематограф (здесь же проходили митинги и партийные собрания Городского района Петрограда). Кроме того, в залах дворца неоднократно проводились съезды и конференции различных общественных организаций.

Кованая решетка, ограждавшая западный фасад дворца, была изуродована и в 1920 году снесена. Ее отдельные уцелевшие звенья вошли в ограду парка, разбитого в Нарвском районе.

Когда в конце 1920 года эрмитажные и дворцовые коллекции возвратились из Москвы в Петроград, для многих из них просто не нашлось места. В итоге сотни произведений живописи и скульптуры пошли на украшение особняков и квартир партийных, советских и военных руководителей, домов отдыха чиновников и членов их семей. С 1922 года помещения Зим него дворца начали постепенно передаваться Эрмитажу.

В 1920–1930-х годах были проведены работы по перепланировке бывших служебных комнат и жилых покоев Зимнего дворца. В результате расчистки от позднейших наслоений некоторым помещениям удалось вернуть их первоначальный облик. В числе восстановленных залов находилась Растреллиевская галерея, расположенная на первом этаже. Частичному обновлению подвергся Большой зал. Вместо 65 комнат фрейлин, сооруженных в конце XVIII века, на первом и третьем этажах воссозданы 17 первоначальных залов.

Зимний дворец серьезно пострадал в годы войны. Снарядами и бомбами были повреждены Малый тронный (Петровский) зал, разрушена часть Гербового зала и перекрытий Растреллиевской галереи, нанесен ущерб Иорданской лестнице. Реставрационные работы потребовали огромных усилий, растянулись на много лет.

Несмотря на все утраты, Зимний дворец остается выдающимся памятником архитектуры барокко.

Середина XVIII века ознаменовалась возведением крупных дворцовых комплексов в окрестностях Петербурга. Огромные работы развернулись в Петергофе, где в 1745–1755 годах значительной перестройке подвергся Большой дворец. Руководство его строительством было возложено на Б. Ф. Растрелли.

Сложность, с которой столкнулся зодчий, состояла втом, что предстояло оставить в неприкосновенности интерьеры центральной части старого здания. Свой проект Растрелли переделывал трижды, прежде чем ему удалось найти приемлемое решение. Сохранив в целом композицию леблоновской постройки, архитектор расширил и повысил на один этаж среднюю часть здания, возведя справа и слева от него два флигеля — Гербовый и Церковный. Оба флигеля соединили с центром дворца одноэтажные галереи. Несмотря на то что Растрелли перестроил здание в торжественных формах развитого барокко, его фасады не утратили облика, характерного для архитектуры первой четверти XVIII века. Центральную ось здания подчеркнули треугольный фронтон и золоченая ваза, увенчавшая высокую уступчатую кровлю.

Особенно удались зодчему боковые павильоны, над которыми поднялись изумительные по нарядности и красоте золоченые купольные завершения. В восточном из них была устроена церковь во имя Святых апостолов Петра и Павла. В ней впервые в творчестве Растрелли получила воспроизведение идея пятиглавого храма, позднее мастерски им реализованная при сооружении Воскресенского собора Смольного монастыря.

Существенно изменился и внутренний вид дворца. Оставив нетронутыми интерьеры Кабинета Петра I и Дубовой лестницы, Растрелли создал величественную анфиладу парадных залов и гостиных, украсив их живописными плафонами, сложными наборными паркетами, зеркалами и золоченой резьбой. Отделкой помещений занимались талантливые художники и искусные резчики по дереву Дж. Валериани, Б. Тарсиа, И. Я. Вишняков, И. И. и А. И. Вельские, С. Архипов, С. Данилов, Ф. Лаврентьев, В. Яковлев и многие другие. Пышностью оформления славились Купеческая лестница и Купеческий (Танцевальный) зал.

Во второй половине XVIII века внешний облик дворца существенным изменениям не подвергался, хотя некоторые залы, переделанные архитекторами Ж. Б. Валлен-Деламо-том и Ю. М. Фельтеном, стали выглядеть иначе. Так, в 1760-х годах по проекту Валлен-Деламота были созданы два Китайских кабинета, декорированные чернолаковыми панно в духе китайской живописи. На стенах приемного Портретного зала зодчий разместил 368 полотен, принадлежащих кисти итальянского художника П. Ротари. Почти одновременно Фельтен заново оформил Чесменский и Тронный залы и Белую столовую.

Последние крупные работы во дворце выполнялись в 1840-х годах архитектором А. И. Штакеншнейдером. Им был надстроен третий этаж и изменена отделка интерьеров восточного флигеля, где находились комнаты великой княжны Ольги Николаевны.

Одновременно с перестройкой Большого дворца Б. Ф. Растрелли существенно расширил Верхний сад, разбитый перед южным фасадом. Он украсил его крытыми аллеями-перголами, беседками, каменной оградой. По проекту Растрелли в 1754 году были возведены монументальные ворота парка, устои которых обрамляли спаренные колонны с пышными коринфскими капителями.

В Верхнем саду еще раньше соорудили пять фонтанов, украшенных свинцовыми скульптурными группами. В 1798 году вместо одной из них в центральном бассейне была установлена многофигурная скульптурная композиция «Нептун», приобретенная в Нюрнберге и созданная в 1650-х годах. Сад украсили также мраморные статуи работы итальянского скульптора А. Бонацца.

Значительному обновлению подвергся Большой каскад. Еще в 1735 году у его подножия, в середине полукруглого бассейна («Ковша»), была поставлена свинцовая фигура легендарного Самсона, выполненная К. Б. Растрелли. Через полвека эта скульптура сильно деформировалась. В 1802 году ее место заняла золоченая бронзовая группа, отлитая по модели скульптора М. И. Козловского. Могучий Самсон разрывал в смертельной схватке пасть льва, из которой била мощная струя воды, достигавшая высоты 22 метров. Бронзовые статуи заменили и другие свинцовые скульптуры каскада. Они были отлиты по моделям отечественных ваятелей Ф. И. Шубина, Ф. Ф. Щедрина, И. П. Прокофьева, И. П. Мартоса, Ф. Г. Гордеева.

В итоге композиция Большого каскада, составившего целостный ансамбль с Большим дворцом, получила логическое завершение. В него органично вошли Верхний и Нижний гроты, два ступенчатых каскада по бокам. На центральной площадке, перед Нижним гротом, позднее был устроен фонтан «Корзинка», вода которого потрем ступеням ниспадала в глубокий полукруглый бассейн со статуей Самсона в середине. Скульптуры Большого каскада языком аллегории прославляли победу России над Швецией в Северной войне. Полтавская битва произошла 27 июня 1709 года, в день Святого Сампсония, а изображение льва составляло часть государственного герба Швеции.

За бассейном, как бы отделяя его от остального парка, по обе стороны Морского канала и аллеи фонтанов, поднялись две легкие крытые галереи, получившие название Во-ронихинских колоннад. Поставленные в 1803 году, они были сооружены по проекту архитектора А. Н. Воронихина и сразу стали составным элементом центральной части дворцо-во-паркового ансамбля. В конце 1850-х годов колоннады облицевали мрамором, заменившим пудостский камень, а их полы выложили цветной мозаикой.

Перед колоннадами были разбиты Большие партеры с фонтанами-чашами и узорчатыми цветниками, выполненными по рисунку Б. Ф. Растрелли. По углам партеров, симметрично по отношению к каскаду, расположились две полукруглые мраморные скамьи, украшенные фонтанами «Нимфа» и «Данаида». Созданные в 1854 году по проекту архитектора А. И. Штакеншнейдера, они стали последними по времени создания фонтанами Нижнего парка.

При виде водяных струй Большого каскада, сверкающей позолоты скульптур, нарядного фасада дворца на память приходят известные поэтические строки:

Летят алмазные фонтаны
С веселым шумом к облакам;
Под ними блещут истуканы
И, мнится, живы; Фидий сам,
Питомец Феба и Паллады,
Любуясь ими, наконец,
Свой очарованный резец
Из рук бы выронил с досады.
Дробясь о мраморны преграды,
Жемчужной, огненной дугой
Валятся, плещут водопады.

Дворцово-парковый ансамбль Петергофа — выдающийся памятник отечественного искусства. В нем слиты воедино произведения архитектуры и скульптуры, садово-паркового и инженерного мастерства.

В годы Великой Отечественной войны петергофскому ансамблю был причинен огромный ущерб. В руины превратились Большой дворец и Большой каскад, дворец Марли. Значительные повреждения получили Монплезир и Эрмитаж. Оккупантами были похищены несколько монументальных бронзовых скульптур, в том числе и «Самсон», разграблены и уничтожены тысячи произведений искусства, разрушены фонтаны, каналы и шлюзы.

Восстановление ансамбля потребовало напряженнейших усилий сотен опытных реставраторов, многих тысяч людей. Знаменательным событием стало открытие в сентябре 1947 года фонтана «Самсон, раздирающий пасть льва», скульптурная группа которого была воссоздана В. Л. Симоновым. К 1958 году в целом завершилось восстановление здания Большого дворца, а в 1964 году распахнулись двери и его первых возрожденных помещений. В настоящее время воссоздан облик почти всех наиболее ценных в художественном отношении залов. Постепенно открывались для обозрения дворцы Моннлезир, Эрмитаж и Марли. В 1991 —1995 годах проведена капитальная реставрация Большого каскада.

Наряду с Петергофом в середине XVIII века большие работы по полному переустройству дворцового комплекса развернулись в Царском Селе. Они начались в 1744 году под руководством молодого архитектора А. В. Квасова. В соответствии с его замыслом старые екатерининские палаты были переделаны, надстроены и связаны галереями с боковыми двухэтажными флигелями. Полтора года спустя руководителем строительных работ стал архитектор С. И. Чева-кинский. Вскоре четко определились контуры возводимого дворцового комплекса, включавшего центральный корпус, служебные флигеля (циркумференции), церковь и Оранжерейный зал. К 1751 году фасады дворца были полностью отделаны и даже декорированы золочеными статуями и орнаментами.

Однако в том же году недостроенный дворец было решено вновь переделать. Выполнить эту задачу поручили Б. Ф. Растрелли, который только что построил по дороге в Царское Село путевой Среднерогатский дворец, отличавшийся совершенными пропорциями.

Как и при возведении Большого петергофского дворца, зодчему пришлось считаться с желанием императрицы Елизаветы Петровны сохранить стены первоначального дома ее матери, императрицы Екатерины I, и непременно включить эту скромную постройку в огромную композицию нового дворца. Кардинальная переделка здания продолжалась с 1752 по 1756 год.

Растрелли мастерски объединил отдельные части здания в единое грандиозное целое, надстроил галереи почти до уровня корпусов и совершенно по-новому, с исключительным богатством и размахом, отделал фасады. Два симметричных крыла флигелей-циркумференций, окружавших парадный двор, он соединил кованой оградой и ажурными воротами, названными Золотыми. Иными словами, зодчий создал, как и в Петергофе, совершенно новое сооружение. По своим размерам Большой дворец, длина фасада которого составила 310 метров, превзошел все другие здания, возникшие в период расцвета русского барокко.

Фасады здания не кажутся однообразными благодаря обилию различных украшений и чередованию чуть выдвинутых вперед и немного углубленных частей. Любимый прием Растрелли — постановка декоративных колонн едва яруса — здесь заменен новым вариантом: колонны верхних этажей поддерживаются фигурами атлантов. Выполненные по моделям скульптора И. Ф. Дункера, атланты принадлежат к одним из самых выразительных наружных украшений здания. Вместе с продолжающими их колоннами они образуют ряды стройных вертикалей, членящих гигантские по протяженности фасады.

Декоративный талант Растрелли особенно ярко проявился в решении фасадов дворцовой церкви. Группа тесно сдвинутых куполов высоко поднята над крышей дворца. Издалека, с Садовой набережной и из парка, виден на фоне неба изящный силуэт сверкающего позолотой пятиглавия. Симметрично куполам церкви противоположное, южное крыло дворца также было увенчано куполом со шпилем.

В прошлом дворец выглядел особенно роскошно: деревянная балюстрада над карнизом, вазы, статуи и другие украшения были покрыты червонным золотом, кровля сверкала отполированным белым листовым железом. В конце XVIII века часть барочной декорации дворца была уничтожена или демонтирована.

Пышности отделки фасадов не уступала роскошь оформления покоев и залов. Вход и парадная лестница были расположены архитектором не в центре, а в южном крыле здания. Прежде чем попасть в парадные залы, гости дворца должны были миновать так называемые антикамеры — помещения, где ожидали официального приема. Таких антикамер во дворце было несколько, и каждую из них отличала оригинальность отделки. Плафон первой антикамеры исполнили итальянские декораторы П. и Ф. Градицци. Плафон второй антикамеры написал по эскизу А. Перезинотти живописец Ф. Л. Колокольников.

Великолепием отделки и огромными размерами поражала Большая галерея — главный зал дворца. Длина ее составляла 47,5 метра, а ширина — 17 метров. Галерея была двусветной: каждую из ее наружных стен прорезали двенадцать остекленных дверей и столько же окон, расположенных над ними. Бесчисленные зеркала многократно повторяли феерическую декорацию стен, умножали сверкание золоченой резьбы. Великолепие декора галереи усиливал красочный плафон работы Дж. Валериани, посвященный прославлению России и ее успехов на поле брани и в мирном созидании.

Большая галерея, служившая местом официальных приемов, предваряла собой ряд помещений в центральном корпусе дворца.

В анфиладе дворцовых покоев, обращенных окнами на парадный двор, одной из самых знаменитых была Янтарная комната. Ее убранство изготовили в самом начале XVIII века немецкие мастера по проекту А. Шлютера. Стены комнаты были облицованы мозаикой из кусочков прозрачного полированного янтаря, с которой чередовались вставки флорентийской мозаики из разноцветной яшмы. Двери и окна обрамляла тончайшая по рисунку резная орнаментальная декорация.

Рядом с Янтарной комнатой находился двусветный Картинный зал, занимавший всю ширину дворца. На его стенах размещались 130 картин западноевропейских мастеров, собранных преимущественно при Елизавете Петровне. Среди них были полотна кисти Д. Тенирса, Д. Тьеполо, Б. Моленара, Я. Бота и других. Огромный плафон исполнили П. и Ф. Градицци.

Анфиладу парадных помещений дворца замыкал церковный зал. Вместо обычного для храмов купола его перекрывал плоский потолок, мастерски расписанный Дж. Валериани; среднюю часть занимал плафон «Вознесение Господне». Особую нарядность интерьеру церкви придавали вызолоченные и обвитые ажурными резными гирляндами коринфские колонны. Многоярусный синий с золотом иконостас был оформлен как сплошная стена, занимающая всю восточную сторону церковного зала. Иконы принадлежали кисти как иностранных, так и русских мастеров — Г. Грота, И. Вебера, К. Преннера, Ивана Аргунова и других.

В дворцовый ансамбль вошла также придворная Знаменская церковь, построенная в 1734–1747 годах архитектором М. Г. Земцовым. Ее здание увенчали невысокий граненый купол и ажурная колокольня, завершавшаяся шпилем. Позднее к западному фасаду церкви пристроили легкий и грациозный портик, поддерживающий балкон, огражденный железной кованой решеткой. В храме находилась старинная родовая икона дома Романовых — образ Знамения Божьей Матери.

Перестройка дворца неизбежно повлекла за собой переустройство окружающего его сада. В 1745 году началась разбивка Нового, или Верхнего, регулярного, сада, распланированного между дворцом и Зверинцем и окруженного каналом. После его создания прежний Нижний сад стал называться Старым садом. Вокруг него соорудили высокую каменную ограду с воротами по проекту Растрелли. В итоге возник целостный, огромный по своим размерам дворцово-парковый комплекс.

Одним из лучших декоративных сооружений Нового сада был павильон Монбижу («Моя драгоценность»), построенный С. И. Чевакинским. Украшением Старого сада стал изящный павильон Эрмитаж, возведенный в 1743–1754 годах Растрелли по замыслу М. Г. Земцова. Редкое посещение летней императорской резиденции знатными иностранцами обходилось без торжественного обеда в этом павильоне. Почти одновременно, в 1753–1757 годах, на берегу Большого пруда по проекту Растрелли был построен павильон Грот с причудливым рисунком купола. Расширение Большого пруда привело к созданию системы прудов на месте оврага позади Эрмитажа.

Между тем возобновилась частичная перестройка дворца. В сооруженном для Елизаветы здании многое не нравилось Екатерине II, считавшей, что растреллиевская архитектура устарела. В 1775 году архитектор В. И. Неелов возвел на месте двух земляных бастионов у циркумферен-ций, со стороны Нового сада, два симметричных каменных кухонных корпуса. Постройка этих зданий, очень простых по внешнему облику, не нарушила целостности ансамбля дворца.

В 1780-х годах убранство ряда помещений дворца значительно переделал архитектор Ч. Камерон. В частности, он заново оформил личные покои императрицы Екатерины II и апартаменты великого князя Павла Петровича и его жены Марии Федоровны. По сравнению с интерьерами Растрелли, отделанными в духе барокко, интерьеры Камерона отличал более строгий и изысканный характер оформления. Именно таким было убранство Парадной опочивальни Екатерины II, декорированной изящными стеклянными колонками с базами и капителями из золоченой бронзы. Эффектно выглядела Зеленая столовая, украшенная виртуозно выполненной лепниной. В создании многих фигур и барельефов принял участие скульптор И. П. Мартос. Необычностью оформления поражал небольшой Серебряный кабинет, стены которого были отделаны пластинами чеканного серебра (в 1795 году оформление кабинета несколько изменил Дж. Кваренги).

Продолжались работы и по расширению дворца. В 1780-х годах по проекту архитекторов Ю. М. Фельтена и И. В. Неелова к нему со стороны парадного двора были пристроены два довольно громоздких трехэтажных флигеля. Один флигель, позднее названный Зубовским, примкнул под прямым углом к корпусу, где находилась парадная лестница. Другой флигель, получивший название Церковного, примкнул к корпусу, где помещалась церковь. В связи с тем что растреллиев-скую парадную лестницу разобрали, вместо нее Ч. Камероном в центре дворца была возведена другая, но менее удачная и торжественная.

Составной частью дворцового ансамбля стал комплекс Холодной бани с Агатовыми комнатами, Висячего сада и Большой галереи, созданный в 1780–1786 годах Ч. Камероном в стиле классицизма.

В группе этих построек двухэтажное здание Холодной бани занимает важное место, связывая Большой дворец с галереей, получившей название Камероновой. Фасады его решены по-разному. С одной, западной стороны открываются оба этажа здания — массивный нижний, облицованный крупными блоками пудостского камня, и более легкий верхний, стены которого прорезаны высокими окнами-дверьми и нишами со скульптурой и барельефами. С противоположной стороны (от Висячего сада) виден лишь верхний этаж здания Холодной бани, который воспринимается как совершенно самостоятельный парковый павильон — Агатовые комнаты. Центр павильона решен в виде овальной полуротонды из ионических колонн, увенчанной небольшим плоским куполом. Ниши гюсторонам дверей украшены скульптурой.

В интерьере Агатовых комнат доминирует Большой зал — сферистерий. Как и залы римских терм, он украшен коринфскими колоннами и перекрыт крестовым сводом с кессонами и росписью. По сторонам находятся два меньших зала — прямоугольный Яшмовый и овальный Агатовый кабинеты, в отделке которых использованы полудрагоценные камни Урала и Алтая. Агатовые комнаты — редкий в истории архитектуры образец здания, где мотивы античного зодчества находят применение как во внешнем, так и внутреннем убранстве.

В полной мере талант Ч. Камерона раскрылся при возведении Большой галереи, высоко поднявшейся над аллеями Старого сада и Большим прудом. Ее легкая колоннада из редко расставленных белых ионических колонн открывается издалека, видна почти отовсюду. Галерея кажется особенно воздушной благодаря контрасту коллонады с массивным цокольным этажом, стены которого облицованы блоками тесаного пудостского камня.

На галерею ведет величественная лестница — она считается одной из красивейших в Европе. Начинаясь строгим прямым маршем, вписанным в могучие уступы с бронзовыми фигурами Геракла и Флоры (это копии с античных оригиналов, отлитые по моделям скульптора Ф. Г. Гордеева), она разворачивается далее по двум дугам, обрамленным ажурными оградами.

Не менее монументально выглядит «пандус Камерона», соединяющий галерею и Агатовые комнаты с парком. Сложенный из пудостского камня, он украшен бронзовыми вазами и чугунными жертвенниками, на месте которых в XVIII веке стояли бронзовые статуи муз.

Галерея была любимым местом прогулок хозяев и гостей дворца. Укрытием от дождя служил остекленный зал, расположенный в ее глубине. Вдоль его стен и перил колоннады и сейчас стоят бюсты — бронзовые копии с античных оригиналов, приобретенных Екатериной II и ныне хранящихся в Государственном Эрмитаже. Это в основном изображения греческих и римских полководцев, ученых, философов.

Новые веяния, возобладавшие в садово-парковом искусстве, сказались, естественно, и на облике царскосель-ских садов. В середине 1770-х годов к юго-западу от Большого дворца возник новый район, решенный в пейзажном стиле. Его извилистые дорожки, живописно расположенные группы деревьев, многочисленные беседки, павильоны, мостики резко контрастировали с подчеркнутой правильностью регулярной части. Среди первых построенных здесь сооружений был Мраморный, или Сибирский, мост, возведенный В. И. Нееловым по мотивам творений А. Палладио.

Тогда же пейзажную часть парка украсил ряд мемориальных сооружений, связанных с военными победами России: Башня-руина, Чесменская, или Ростральная, колонна, Катульский обелиск, Морейская колонна. Мемориальный характер имели и Гатчинские, или Орловские, ворота. Эти сооружения и доныне остаются основными элементами пейзажа в районе Большого пруда. При их виде невольно вспоминаются пушкинские строки:

И въявь я вижу пред собою
Дней прошлых гордые следы.
Еще исполнены великою женою,
    Ее любимые сады
Стоят населены чертогами, вратами,
Столпами, башнями, кумирами богов,
И славой мраморной, и медными хвалами
    Екатерининских орлов.

Во второй половине 1770-х годов строительные работы возобновились и на территории Старого сада. На набережной канала, сооруженного вместо каменной ограды, В. И. Неелов возвел здание Эрмитажной кухни, служившее также воротами для въезда в Старый сад. Вслед за Эрмитажной кухней в саду были построены Верхняя и Нижняя ванны. К концу 1770-х годов основные работы на территории Старого сада завершились.

Несколько ранее получил оформление и главный въезд в парк: юго-западнее дворца, на Петербургской дороге, был построен Большой каприз — одно из наиболее эффектных декоративных сооружений. Возведение Большого каприза положило начало созданию в Новом саду группы ложноки-тайских сооружений, включавших Скрипучую беседку, Китайский театр, Крестовый мост, Китайскую деревню и ряд Китайских мостов.

Новые сооружения размещались очень продуманно и в целом не нарушали стилистического единства дворцово- паркового ансамбля. Одним из самых совершенных павильонов стал Концертный зал, возведенный Дж. Кваренги в середине 1780-х годов на островке в юго-западной части парка.

В 1788–1792 годах, когда у южного крыла Большого дворца заканчивалось сооружение Камероновой галереи, с противоположной, северной его стороны по проекту архитектора И. В. Неелова (сына В. И. Неелова) был построен четырехэтажный флигель. С церковным корпусом дворца его соединила широкая арка, переброшенная через Садовую улицу. Это новое здание предназначалось для дочерей великого князя Павла Петровича. Оно почти полностью сохранило свой первоначальный внешний облик.

Неелов довольно удачно решил вставшую перед ним трудную задачу включения в барочный дворцовый ансамбль нового здания, построенного в формах классицизма. Стены перехода, соединившего оба здания, он прорезал тремя арками — средней широкой и двумя боковыми узкими. Благодаря точным пропорциям арок и нейтральности фасада перехода получила эффектное завершение перспектива набережной канала, отделяющего дворцовый парк от городских кварталов.

Возведение «великокняжеского флигеля» завершило формирование ансамбля Большого (Екатерининского) дворца. Несколько видоизмененный в 1811 году В. П. Стасовым, флигель был передан вновь созданному учебному заведению — Лицею. В его стенах прошли юные годы А. С. Пушкина.

В Актовом зале происходил экзамен, на котором Пушкин читал свои «Воспоминания в Царском Селе», растрогавшие престарелого Г. Р. Державина. К сожалению, зал был уничтожен вскоре после перевода Лицея в Петербург. Спустя столетие он был восстановлен при реставрации здания в 1946—1949 годах архитектором Л. М. Безверхним. В июне 1949 года здесь открылся мемориальный музей.

После пожара 1820 года помещения Большого дворца пришлось восстанавливать Стасову. Некоторые покои сохранили свой первоначальный облик, другие были переделаны в духе позднего классицизма. Красивую отделку в стиле ампир получили личные апартаменты императора Александра I и его матери — императрицы Марии Федоровны. Оформление многих из них было выполнено Стасовым с большим мастерством. Наиболее интересен Парадный кабинет Александра I, украшенный ионическими колоннами и камином и отделанный искусственным мрамором розоватого тона. В покоях Марии Федоровны особенно хороша Голубая парадная гостиная, стены которой завершаются живописным фризом с горельефными белыми орлами. Росписи потолка выполнены Дж. Б. Скотти.

В 1840-х годах Стасов на месте небольших помещений на первом этаже дворца создал эффектный, белый с золотом, предцерковный зал, в лепной отделке которого отражены религиозные мотивы. Им же была построена рядом беломраморная церковная лестница, декорированная в стиле барокко. Ее стены украсили живописные панно работы Г. Робера.

Пышная, импозантная беломраморная парадная лестница появилась в центре дворца, заменив ранее построенную Камероном. Автор ее оформления И. А. Монигетти стремился следовать творческой манере Растрелли, но, к сожалению, это ему удалось лишь отчасти.

В последние десятилетия XIX века во внешнем и внутреннем облике дворца не произошло сколько-нибудь значительных изменений.

Очарование дворцово-паркового ансамбля Царского Села тонко почувствовал и прекрасно выразил в своих стихах Ф. И. Тютчев:

Осенней позднею порою
Люблю я царскосельский сад,
Когда он тихой полумглою
Как бы дремотою объят —
И белокрылые виденья,
На тусклом озера стекле,
В какой-то неге онеменья
Коснеют в этой полумгле…

И на порфирные ступени
Екатерининских дворцов
Ложатся сумрачные тени
Октябрьских ранних вечеров —
И сад темнеет, как дуброва,
И при звездах из тьмы ночной,
Как отблеск славного былого,
Выходит купол золотой…

А так писал о Царском селе П. Вяземский

Годы гражданской войны стали для Большого дворца временем серьезных утрат. Его интерьер существенно пострадал в результате многочисленных актов вандализма, резко участившихся случаев хищений произведений живописи и предметов дворцовой утвари. Некоторые залы были обезображены занявшими их различными организациями и учреждениями, превращены в своеобразные подмостки для проведения всевозможных театрализованных представлений и агитационно-массовых мероприятий.

Еще более тяжкими оказались для дворца годы Великой Отечественной войны. Вскоре после захвата города Пушкина (Царского Села) немецкими войсками помещения дворца подверглись разгрому и разграблению. Была снята и увезена облицовка стен Янтарной комнаты, разобран бесценный паркет Лионской гостиной, вывезены или искромсаны живописные плафоны, расхищены музейные сокровища, оставшиеся неэвакуированными. Многие корпуса дворцового комплекса превратились в руины.

Сразу после изгнания оккупантов начались восстановительные работы. Первые шесть залов дворца открылись для обозрения только в 1959 году. Спустя восемь лет закончились работы по реставрации Картинного зала с его богатейшим декоративным оформлением. Недавно была восстановлена Большая галерея. К сожалению, бесценные сокровища Янтарной комнаты до сих пор остаются ненайденными. Восстановление покоев дворца продолжается.

Середина XVIII века стала для русского барокко временем высшего расцвета. Грандиозные дворцовые сооружения, появившиеся в Петербурге и его окрестностях, поражают и поныне своим великолепием и размахом, богатством композиционно-пространственных решений, пышностью декоративного убранства. В архитектуре высокого барокко наглядно воплотилась растущая мощь России.

А.П.Крюковских. Дворцы Санкт-Петербурга. Лениздат, 1997.

Русская архитектура 17 века [России]

Теремной дворец Московского Кремля был построен в 1635-1636 гг. для царских детей. В его создании принимали участие Ба­жен Огурцов, Трефил Шарутин, Антип Константинов, Ларион Уша­ков. Трёхэтажное каменное здание венчалось высоким «теремком». Отсюда и название дворца.

Два пояса лазурных изразцовых карнизов в сочетании с позоло­той крыши придавали дворцу нарядный, сказочный вид. Здание бы­ло богато украшено резьбой из белого камня.

Деревянный царский дворец Алексея Михайловича в селе Коло­менском под Москвой был сооружён в 1667-1668 гг. Возводили его под руководством плотничьего старосты Семена Петрова и стрель­ца Ивана Михайлова. Дворец насчитывал 270 комнат, 3000 окон и оконцев. Разными по форме, совершенно не похожими друг на друга были его части, которые соединялись между собой перехода­ми. Он казался сказочным. Издали он походил на город с шатровы­ми башенками, «кокошниками» (типичные черты архитектуры кры­ши в русском деревянном зодчестве), чешуйчатой крышей, крылеч­ками с витыми колонками.

Московский Кремль

Казанский собор

Памятником освобождению России от интервентов стал построенный в Москве на Красной площади Казанский собор. Его посвящение на­поминало о событиях недавнего смутного прошлого. Икона Казанской Божией Матери была главной святыней ополчения Минина и Пожарского.

Спасская башня Московского Кре­мля

Возведённая в XVII в. Спасская (Фроловская) башня Московского Кре­мля сохранилась до наших дней (архитектор англичанин Христофор Галовей и русский мастер Бажен Огурцов).

Церкви и храмы

Светские черты в архитектуре чётко обозначились и в церков­ном зодчестве. Все больше наблюдается отход от средневековой строгости и простоты. Много церквей стало строиться по заказу купцов в соответствии с их вкусами и желаниями.

Церковь Троицы в Никитниках

Церковь Троицы в Никитниках в Москве построена в середине XVII в. по заказу купца Никитникова (сам он родом из Ярославля). В архитектуре храма выделены яркие, праздничные элементы. Богато и красочно убранство храма: столбы, обвитые поясками; три яру­са кокошников; арки с висячими гирьками; украшенный шатёр. Это здание сохранилось в Москве до наших дней.

Церковь Ильи Пророка в Ярославле

Церковь Ильи Пророка в Ярославле была построена по заказу купцов в середине XVII в. При возведении храма большое внимание уделялось бо­гатству и пышности. Это должно было подчеркнуть достаток и значимость заказчиков. Пятиглавый храм окружён папертью, галереей, шатровым при­делом и колокольней. Отделка красным кирпичом на фоне белой стены придаёт храму красоту. Кроме того, храм украшен зелёными, синими и жёл­тыми изразцами. Материал с сайта http://wikiwhat.ru

Архитектурные школы 17 века

В России 17 века можно выделить четыре самостоятель­ные архитектурные школы, каждая из которых имеет собственные принципы композиционного решения и декоративного убранства храмов: московская, ярославская, нарышкинское (московское) барокко, строгановская.

Московская архитектурная школа

Московская школа отличалась пристрастием к бесстолпному конструктивному решению здания: его своды опирались только на стены. Отсутствие столбов, подпиравших своды, делало интерьер храма более цельным, а сам храм более вместительным. Однако ос­лабленные своды могли выдержать лишь сравнительно небольшие нагрузки. В результате храмы московской школы обычно имеют мелкие главки и в целом невелики по размерам. Их лучше всего рассматривать с близкого расстояния, когда раскрываются все до­стоинства сложного и многоцветного фасадного декора. Примерами этого стиля могут служить московские церкви Николы на Берсеневке (1657), Николы в Пыжах (1670), Николы в Хамовниках (1682).

Картинки (фото, рисунки)

На этой странице материал по темам:
  • Доклад про архитектуру в россии 17 века

  • Российские памятники 17 века

  • Архитектурав 17 веке в россии кратко

  • Что нового появилось в архитектуре 17 века

  • Постройки в 17 веке родом

Вопросы к этой статье:
  • Назовите традиционные и новые черты в русской архитектуре 17 века

Великие творения художников и зодчих России XVIII-XX вв

Архитектура.

Русское барокко и классицизм в архитектуре Москвы. 18 — начало 19-го века.

Баженов. Дом Пашкова
Сонная дремота охватила Москву 17 — 18 веков, но преобразования Петра наложили отпечаток и на ее архитектурный облик. И это несмотря на то, что всеми помыслами Петр I в это время был в новой столице. Материалы, людские резервы — все устремляется в Петербург.

Московские зодчие строили в Москве в модном тогда стиле барокко, однако, с заметным уклоном в сторону русского, какого-то специфического, провинциального, зодчества.

В допетровский период в Москве создавалось множество самобытных стилей и течений в архитектуре. Основным стилем был все-таки классицизм, однако, опять свой, русский.

Получило некоторое распространение течение «псевдоготика» (ложная готика), когда в архитектурные сооружения добавляются элементы готики. Кроме того, строили  здания и стиле ампир.

Было  построено большое количество разнообразных сооружений со своими индивидуальными особенностями.

Со времени Петра I  Россия полностью включилась в круг общеевропейской культуры. Но Москва оказалась очень устойчивой к новым веяниям. И не только потому. что москвичи еще продолжали постройки в «старом стиле», но и потому, что в новых стилях барокко и классицизм зодчие не старались подражать Западу, а трактовали их в Москве по-своему, по-русски. Одновременно с этим, однако, строились в Москве уже и здания в стиле западно-европейского барокко.

Допетровская Москва (до 18в.)
Большую популярность в Москве завоевал архитектор Б.Растрелли, построивший там много прекрасных сооружений  в стиле русского барокко. К сожалению, некоторые из построенных им зданий позднее были разобраны. Так, в 1753 году Растрелли построил Кремлевский Зимний дворец, который при строительстве нынешнего, кремлевского дворца был разрушен. Позже Растрелли стал строить только в Петербурге.

Иван Федорович Мичурин — архитектор, составивший первый, точный план Москвы.
В отличие от Петербурга, который сразу строился как столица — по определенному архитектурному плану, Москва застраивалась стихийно, постепенно превращаясь в большой город. Мичурин проделал огромную работу, предусмотрев благоустройство улиц, достройку незавершенных зданий и приведение в порядок старых. Главной заслугой Мичурина является основание московской архитектурной школы. Его ученики — Евлашев, Обухов и, особенно, Ухтомский, стали очень талантливыми зодчими.
Дмитрий Васильевич Ухтомский после Мичурина занимал положение первого архитектора Москвы. Строил в стиле барокко. Самые известные его сооружения — Красные ворота (которые, к сожалению, не сохранились)  и достроенная им многоярусная колокольня Троице-Сергиевой лавры.

Красные ворота. Д.Ухтомский. Барокко
Колокольня Троицко — Сергиевой лавры. Д.Ухтомский. Барокко
Господствующим же стилем в архитектуре 2-й половины 18 века Москвы становится классицизм.
Дом Пашкова. В.Баженов. Классицизм
Василий Иванович Баженов. Хотя основные его замыслы не были осуществлены, а многие постройки до сих пор неизвестны, влияние этого зодчего на развитие архитектуры 18-го века огромно. Баженов был послан за границу в Италию. Там он быстро приобрел известность: был избран профессором Римской, членом Флорентийской и Болонской академий.
Однако, по возвращении на родину архитектора начали преследовать неудачи, которые были связаны с завистью академических верхов. Затем Екатерина II дважды прерывала осуществление его главнейших проектов. Самое замечательное детище Баженова — проект Кремлевского дворца в Москве. По идейно-образному размаху, по новизне и смелости задач этот проект не знает себе равных. Даже в модели архитектура исполнена великолепия. Грандиозные по протяженности фасады,то идущие по прямой, то прихотливо огибающие кремлевский холм, великолепные колоннады, таинственные переходы, вызывающие в памяти архитектурные фантазии 18-го века — все это поражает воображение.  Проект Баженова был утвержден. В торжественной обстановке отпраздновали закладку дворца, начали подготовительные работы. Однако, вслед за тем дело замедлилось и вскоре было прекращено. Причина была в том, что поднялась Крестьянская война под предводительством Пугачева и Екатерине стало не до блистательного замысла Баженова.

Баженов создает свой вариант распространившегося на западе течения в архитектуре -псевдоготика. Псевдоготика — ложная готика. Направление в архитектуре 18-19 веков, возрождавшее архитектурные формы готики. Баженов по-своему интерпретировал этот стиль, максимально приблизив его к классицизму. Примером такого стиля являются Ворота Хлебного дома в Царицыне.

Ворота Хлебного дома в Царицыне. Псевдоготика. В.Баженов
Матвей Федорович Казаков. Один из основоположников классицизма в России. Учился у Ухтомского, благодаря чему стал наиболее ярким выразителем московской школы. Он построил в Москве так много зданий, что возник термин «казаковская Москва». Он построил в Московском Кремле здание Сената, огромный купол которого играет важную роль в ансамбле Красной площади.
Сенат. М.Казаков. Классицизм.

Затем он построил Колонный зал, позднее- дом Союзов.
Колонный зал. М.Казаков. Классицизм.
Интерьеры Колонного зала.

Строит множество богатых частных домов. Например, дом Барышникова.
Дом Барышникова. М.Казаков. Классицизм.

Казаковым построено старое здание Московского университета (сгорело в 1812 году, перестроено архитектором  Жилярди).

Осип Иванович Бове. Ему принадлежит ведущая роль в градостроительных мероприятиях Москвы, особенно в центральном районе города. По его проекту реконструируется Красная площадь. Бове большой мастер ампира. Принимал активное участие в востановлении Москвы после Отечественной войны 1812 года. Он перестроил много общественных построек.  Но наиболее монументальная постройка Бове — здание Большого театра. Это здание было самым крупным театральным сооружением в России и оно должно было, по мысли зодчего, служить центром обширного архитектурного ансамбля на Театральной площади. В истории дореволюционной Москвы — это первая и единственная попытка создать архитектурный ансамбль в городе. Центральная часть здания театра украшают колонны, а портик увенчивает колесница Аполлона — все это придает зданию величественность, элегантность.

О.Бове. Большой театр.
Интерьер Большого театра.

Барокко в архитектуре Петербурга. 18-й век. В 40-х — 50-х годах 18-го века при царице Елизавете по-настоящему развернулся талант отца и сына Растрелли. Старший, Карло Бартоломео Растрелли, скульптор, еще при Петре I приехал в Россию и привез с собой своего пятнадцатилетнего сына — Бартоломео Растрелли младшего, ставшего архитектором. Он жил и творил только в России и стал истинно русским зодчим. Даже имя его стало звучать по-русски: Федор Варфоламеевич.  Растрелли строил в стиле барокко, но всегда вносил в этот стиль что-то исконно русское, за что и был назван «певцом русского барокко».
Бартоломео Растрелли
Слово «барокко» в буквальном переводе с итальянского обозначает «причудливый», «вычурный». Этот стиль зародился в Италии в конце 16 века, а в России только в 18-м веке. Сооружения в стиле барокко ослепляют пышностью, роскошью. Здания богато украшены, часто без меры, разнообразными деталями. Это богатый, лепной, с завитками, орнамент, портики, галереи со статуями атлантов и кариатид. В интерьере дворцов сглаживаются углы потолка и стен, они украшаются богатыми росписями, лепниной, позолотой. Помещения украшаются гобеленами, статуями, зеркалами. Разноцветные полы, хрустальные люстры, изящная мебель на тонких изогнутых ножках дополняют убранство дворцов. Растрелли создал много великолепных памятников архитектуры в  стиле барокко в Петербурге: Большой Царскосельский дворец ( Екатерининский), собор Смольного монастыря, дворец в Петергофе, Зимний дворец — вот лучшие образцы его творений.

Большой Царскосельский дворец. Барокко.
Во время Великой Отечественной войны Царскосельский дворец сильно пострадал от фашистских вандалов, были разграблены и уничтожены бесценные сокровища дворца. Конечно, многое было заранее спрятано работниками музея. После войны реставраторы долгие годы восстанавливали по крупинкам утраченную красоту. И вот этот шедевр таланта Растрелли вновь предстает перед миром во всей своей красе.
Ворота Царскосельского дворца. Барокко.
Царскосельский дворец. Атланты украшают стены. Барокко
Золотой тронный зал в Екатерининском дворце. Барокко
Янтарная комната. Царскосельский (Екатерининский) дворец. Барокко.
Скульптура в стиле барокко украшает стены. Царскосельский дворец. Барокко.
Собор Смольного монастыря. Барокко
Петергоф. Дворец и фонтаны. Барокко
ЗИМНИЙ   ДВОРЕЦ   (1754 — 1762 )
С Дворцовой площади виден лишь фасад Зимнего дворца, торжественный и пышный, соответствующий его внутреннему убранству. Светло-зеленые стены, белые полуколонны то соединены между собой, то равномерно расположены на светло-зеленой глади стены.  В стиле барокко сочетание плоских и выпуклых форм, изящные наличники, обрамляющие окна, торжественные подъезды, арка ворот с прекрасной, литой чугунной решеткой и, наконец, сильно выступающий карниз сложной формы, богато украшенный скульптурой — все это создает богатую по своей выразительности поверхность стены. Построенный в середине XVIII века, Зимний дворец явился памятником торжества России, проделавшей за немногие десятилетия огромный путь от средневекового, отсталого государства до одной из ведущих держав тогдашней Европы. В дальнейшем внутри дворца совершали перестройку Росси, Кваренги, Фельтон и другие архитекторы. Сейчас это музей изобразительного искусства, Эрмитаж.
Зимний дворец. Барокко
Зимний дворец. Интерьер
Зимний дворец. Интерьер.
Классицизм в архитектуре Петербурга 18 века.



С 18-го века начинается планомерная застройка городов. Существенное значение в их облике приобретают дворцы и усадьбы, здания общественного характера. Изменился не только стиль их архитектуры, но и местоположение на улицах и площадях. Здания выходят из глубины дворов прямо на улицу или отделяются от нее прозрачной решеткой.

В 1703 году в устье Невы на месте, удобном в военном и торговом отношении, был заложен город, основанный Петром и названный в его честь. Санкт-Петербург был задуман как будущая столица России и поэтому создавался по единому плану. Каждый, кому приходилось побывать в Петербурге, не перестает удивляться художественной цельности и гармоничности великого города на Неве, красоте его архитектурных ансамблей и памятников.
Тот архитектурный облик, который сохранился до наших дней, в основном сложился в конце 18-го века. На протяжении всего существования Петербург поражал всех своей красотой . А красота его поистине легендарна. Его великолепные памятники, его царственные площади и набережные, его белые ночи, его туманы надолго заворожили русское искусство.
Ему посвящали и до сих пор посвящают свои произведения поэты и писатели, художники и музыканты.
Но лучше Пушкина о Петербурге никто сказать не мог:
Люблю тебя, Петра творенье, люблю твой строгий, стройный вид,
Невы державное теченье, береговой ее гранит.
Твоих оград узор чугунный, твоих задумчивых ночей
Прозрачный сумрак, блеск безлунный,
Когда я в комнате  моей пишу, читаю без лампады,
И ясны спящие громады пустынных улиц и светла
Адмиралтейская игла!


А. Воронихин. Казанский собор (1801-1811 г.г.). Классицизм.
Строительство «Северной Пальмиры» — Петербурга, а также его пригородов: Царского Села и Павловска связано с именами таких знаменитых зодчих, как Растрелли, Росси, Ринальди, Фельтона, Кваренги. Камерона, Тома де Томона, Старова, Воронихина, Захарова и многих других.
Многие из них были иностранцами, но у себя на родине были совершенно неизвестны или вовсе ничего не строили. Россия дала возможность осуществляться их дарованиям.
 В это время в архитектуре более всего были распространены два стиля: «барокко» и «классицизм».
«Барокко» — художественный стиль, буквально с итальянского «причудливый, вычурный».  Художественная задача — ослепить, поразить роскошью, пышностью, иногда в ущерб чувству меры.
«Классицизм» — художественный стиль, в переводе  с латинского «образцовый»,  взявший за идеал традиции античности и Эпохи Возрождения. Классицизм возвышает героическое, высокую гражданственность, чувство долга, осуждает пороки. Это последний великий стиль в изобразительном искусстве. В архитектуре он предполагает строгость, четкость линий и форм, гармонию всех частей сооружения. Архитекторы используют в своих постройках элементы античного зодчества: колонны, фронтоны, арки, портики, П-образную планировку зданий.

Однако, видимо под воздействием русского ли характера или русской природы, даже иностранные архитекторы привносили в эти европейские стили что-то особенное, какую-то русскую самобытность.

Уже в первые годы строительства Петербурга возник его композиционный центр -Петропавловская крепость и Адмиралтейство, построенные в стиле классицизм. Золотые шпили Петропавловской крепости и Адмиралтейства сияют над городом, во многом определяя своеобразие его художественного облика.

ПЕТРОПАВЛОВСКАЯ КРЕПОСТЬ.
В 1712 году по проекту архитектора Доменико Трезини началось сооружение Петропавловского собора на небольшом острове Заячьем. Этот остров являлся крепостью, которая защищала строящийся город и порт Петербург. Петропавловский собор с высокой колокольней и стройным золоченым шпилем (122,5м) является уникальным памятником архитектуры в стиле.Также по проекту Трезини были выстроены мощные, двойные стены крепости из кирпича. На территории крепости были построены Инженерный деловой двор, Комендантский дом, здания Монетного двора, Гауптвахта и другие.
На протяжении двух веков Петропавловская крепость служила политической тюрьмой, в мрачных застенках которой томились многие известные люди. Ныне это крепость — музей, пользуется огромной популярностью и является украшением Петербурга.

Д.Трезини. Петропавловская крепость. Классицизм
АДМИРАЛТЕЙСТВО.
Композиционным центром Санкт-Петербурга является Адмиралтейство (арх. Андреян Дмитриевич Захаров) с его тонкой, золоченой иглой, пронзающей небо. Здание Адмиралтейства было заложено еще при Петре I. Первоначально оно было корабельной верфью и военной крепостью на Неве.
План его представлял собой два ряда параллельных строений, образующих букву «П», обращенную открытой стороной к Неве. Над въездом в П-образный двор возвышалась деревянная башня. Внутри двора находились мастеровые избы, парусные мастерские, склады канатов и т.п.
В начале XIX века старое здание Адмиралтейства уже не соответствовало новой архитектуре города и его решили перестроить. Это ответственное поручение было дано русскому архитектору Андреяну Дмитриевичу Захарову. Архитектор, сохранив прежний, П-образный план, перестроил наружные фасады Адмиралтейства, которые выходили на улицу и площади города.
А.Захаров. Адмиралтейство. Классицизм.
Перестройка велась в стиле классицизма в 1812 году. В результате перестройки здание приобрело вид, сохранившийся до наших дней. Длинное, как бы стелющееся по земле,  низкое сооружение состоит из нескольких, соединенных между собой, корпусов. Крылья главного и двух боковых фасадов украшены колоннами, белый цвет которых четко выделяется на желтом фоне стены. Горизонтальная линия фасадов еще больше подчеркивается мощным взлетом центральной башни, увенчанной позолоченным шпилем с корабликом на конце. В нижней части башни сделана арка, служащая проездом. По бокам ее помещены скульптурные группы нимф, поддерживающих небесные сферы. Верхняя часть башни кажется изящной и легкой, неудержимо стремящейся вверх.

Смольный институт благородных девиц.
Стиль классицизм. В 1808 году в Петербурге было построено еще одно замечательное сооружение — здание института для благородных девиц. Построено оно итальянским зодчим Джакомо Кваренги в стиле классицизма. Это здание имеет более 220 метров в длину. Архитектура его отличается поразительной торжественностью. Выдвинутый вперед центр с восемью колоннами придает сооружению величие, завершенность. После революции и до сих пор в здании размещаются официальные органы власти.

Д.Кварнеги. Смольный. Классицизм.
Камеронова галерея.
В 1779 году в Россию приезжает из Англии очень талантливый архитектор Чарльз Камерон. Одно из лучших его творений — галерея Екатерининского дворца в Царском Селе (г.Пушкин). Она была названа в честь создателя Камероновой галереей. Это необычная, изящная постройка, которая как бы одновременно принадлежит и дворцу и парку — построена в стиле классицизма.
Камеронова галерея. Ч.Камерон. Классицизм
Вход в Камеронову галерею

Ампир.
Ампир — художественный стиль , в переводе с французского — «империя», рассматривается как поздний классицизм. Опирается на античные образцы архаической Греции и имперского Рима, и даже в некоторых случаях на образцы Древнего Египта. Возник во Франции, в эпоху Наполеона.
Ампир воспевает в искусстве величественную мощь, монументальность. Для своего воплощения ампир предполагает большие, гладкие, массивные стены, на фоне которых выделяются колонны, мощные пилоны. Здания выглядят величественными, помпезными.

В качестве декоративного оформления широко применяется военная символика: так называемые военные трофеи (шлемы, щиты, копья и т.п.), лавровые венки, орлы, статуи воинов в римских доспехах, колесницы…Часто изображается фигура «крылатой» богини Победы — Ники. Для стиля ампир характерны мемориально-монументальные сооружения — триумфальные арки, памятные колонны.

Здание главного штаба (1819). Карл Иванович Росси.
Гениальным художником являлся архитектор Карл Иванович Росси, приехавший в Россию еще ребенком и проживший в ней всю жизнь. Он построил много блистательных творений, памятников архитектурного зодчества в Петербурге.
Одним из самых замечательных его произведений является Здание главного штаба, построенного в 1819 году на Дворцовой площади. Центральная часть здания представляет собой однопанорамную триумфальную арку. Внизу и вверху по обеим ее сторонам помещены так называемые трофеи, т.е. изображения военных доспехов, щитов, копий. На уровне второго этажа между колоннами установлены статуи воинов в римских доспехах. Венчает здание колесница и крылатая фигура Победы — Ники. Использование в архитектуре изображений военных трофеев, военных доспехов стало модным в начале 18-го века. Здание Главного Штаба должно было увековечить победу России в Отечественной войне 1812 года.

К.Росси. Главный штаб. Ампир (Поздний классицизм)
Триумфальная арка Главного штаба с военными трофеями.
Александрийская колонна. Монферан. Ампир
Ампир получил распространение  в западно-европейском искусстве. В России он стал выразителем идей независимости и величия русского государства.

Архитектура начала XX века

В начале XX века в архитектуре отражаются тенденции господствовавших в это время архитектурных течений. Помимо русского стиля появляются модерн, неоклассицизм, эклектика и др.
Стиль модерн проникает в Россию из Запада и быстро находит своих сторонников. Наиболее выдающимся российским архитектором, работавшим в стиле модерн является Фёдор Осипович Шехтель. Известнейшая его работа — особняк С. П. Рябушинского на Малой Никитской (1900) — основан на причудливом контрасте геометричной тектоники и беспокойного декора, как бы живущего собственной ирреальной жизнью. Также известны его работы, выполненные в «неорусском духе», такие как павильоны русского отдела на Международной выставке в Глазго (1901) и московский Ярославский вокзал (1902).

Особняк Рябушинского. Ф.Шехтель. Модерн
Ярославский вокзал в Москве. Ф.Шехтель. Модерн
Начало творческого пути Ивана Александровича Фомина также пришлось на стиль модерн, однако с 1910-х годов он становится ведущим мастером петербургской неоклассической школы. Большое влияние на развитие нового направления в архитектуре оказал дом-дворец Половцева на Каменном острове в Петербурге, построенный им в стиле русского классицизма. В этот же период он проектирует дом князя Абамелик-Лазарева (набережная реки Мойки, 21), дом Оболенского на озере Сайма и дом А. Г. Гагарина в имении Холомки в Псковской губернии.
Дом — дворец Половцева на Каменном острове в Петербурге. И.Фомин. Неоклассицизм

Свое развитие неоклассицизм получает в работах Владимира Алексеевича Щуко. Его первый практический успех в неоклассике — постройка в 1910 году двух доходных домов в Санкт-Петербурге (№ 65 и 63 по Каменноостровскому проспекту) с применением «колоссального» ордера и эркеров. В том же 1910 г. Щуко проектировал русские павильоны на международных выставках 1911 года: Изящных искусств в Риме и Торгово-промышленной в Турине.
Проект русского павильона на международной выставке в Турине. Неоклассицизм
Доходный дом. В.Щуко. Неоклассицизм.

Архитектура послереволюционной России характеризуется отказом от старых форм, поиском нового искусства для новой страны. Развитие получают авангардные течения, создаются проекты фундаментальных строений в новых стилях. Примерами такого рода работ является творчество Владимира Евграфовича Татлина. Им создается проект т. н. Башни Татлина, посвященной III Интернационалу. В этот же период Владимиром Григорьевичем Шуховым устанавливается знаменитая Шуховская башня на Шаболовке.
Шуховская башня — новаторская для XX века гиперболоидная конструкция, выполненная в виде несущей стальной сетчатой оболочки. Расположена в Москве на улице Шаболовка. Построена в 1920—1922 годах по проекту академика В. Г. Шухова.
Сейчас Радиобашня Шухова признана международными экспертами одним из высших достижений инженерного искусства. На международной научной конференции «Heritage at Risk. Сохранение архитектуры XX века и Всемирное наследие» с участием более 160 специалистов из 30 стран мира в своей декларации назвала Радиобашню Шухова в числе семи архитектурных шедевров русского авангарда, рекомендованных на Включение в список Всемирного наследия ЮНЕСКО.
Башня на Шаболовке. В.Шухов. Авангардизм
Стиль конструктивизм стал одним из лидирующих архитектурных стилей 1920-х годов.
Характеризуется строгостью, геометризмом, лаконичностью форм и монолитностью внешнего облика.
Важной вехой в развитии конструктивизма стала деятельность талантливых архитекторов — братьев Леонида, Виктора и Александра Весниных. Они пришли к осознанию лаконичной «пролетарской» эстетики, уже имея солидный опыт в проектировании зданий, в живописи и в оформлении книг. Ближайшим соратником и помощником братьев Весниных был Моисей Яковлевич Гинзбург, который был непревзойдённым теоретиком архитектуры первой половины XX века. В своей книге «Стиль и эпоха» он размышляет о том, что каждый стиль искусства адекватно соответствует «своей» исторической эпохе.
Дворец Труда в Москве. Проект братьев Весненых. Конструктивизм.

И.Голосов. Дом культуры им.Зуева. Конструктивизм.

Вслед за конструктивизмом развитие получает и авангардный стиль рационализм. Характеризуется лаконичностью форм, строгостью и подчёркнутым функционализмом. Идеологи рационализма, в отличие от конструктивистов, много внимания уделяли психологическому восприятию архитектуры человеком.
Основоположником стиля в России был Аполлинарий Каэтанович Красовский. Лидером течения был Николай Александрович Ладовский. Для воспитания «подрастающего поколения» архитекторов Н. Ладовский создал мастерскую «Обмас» (Объединённые мастерские) при ВХУТЕМАСе.

После революции широко востребованным оказался и Алексей Викторович Щусев. В 1918-1923 годы он руководил разработкой генерального плана «Новая Москва», этот план стал первой советской попыткой создать реально исполнимую концепцию развития города в духе большого города-сада. Известнейшим произведением Щусева стал Мавзолей Ленина на Красной площади в Москве. В октябре 1930 года было возведено новое здание из железобетона, облицованное естественным камнем гранити лабрадоритом. В его форме можно видеть органичный сплав архитектуры авангарда и декоративных тенденций, ныне называемых стилем ар-деко.

Мавзолей Ленина. А.Щусев. 

Несмотря на значительные успехи советских архитекторов в создании новой архитектуры, заинтересованность властей в их работе постепенно начинает угасать. Рационалистов, как и их оппонентов конструктивистов, обвинили в «следовании буржуазным взглядам на архитектуру», «в утопичности их проектов», «в формализме». С 1930-х годов авангардные течения в советской архитектуре утихают.

Сталинская архитектура
Главное здание МГУ.
Стиль сталинской архитектуры сформировался в период проведения конкурсов на проекты Дворца Советов и павильоны СССР на Всемирных выставках 1937 года в Париже и 1939 года в Нью-Йорке. После отказа от конструктивизма и рационализма было решено перейти к тоталитарной эстетике, характеризующейся приверженностью монументальным формам, часто граничащим с гигантоманией, жёсткой стандартизацией форм и техник художественного представления.

В 1934 году создаётся Академия архитектуры СССР и Союз архитекторов СССР, который объединял творческие силы для решения новых задач, поставленных перед мастерами и с помощью которых осуществлялся контроль над деятельностью архитекторов. Среди советских архитекторов данного направления можно выделить Бориса Михайловича Иофана, Дмитрия Николаевича Чечулина, Льва Владимировича Руднева и др. В целом, в сталинской архитектуре прослеживается связь с античными, ренессансными и барочными тенденциями.

В послевоенный период перед страной стояла задача скорейшего восстановления городов и архитектура стала приоритетным направлением народного хозяйства. В конце 1940-х — начале 1950-х в Москве строятся «сталинские высотки», ставшие классическими образцами сталинской архитектуры. Это Главное здание МГУ на Воробьёвых горах, Жилой дом на Котельнической набережной, Гостиница «Украина», Здание Министерства Иностранных Дел, Жилой дом на Кудринской площади, Высотное здание на площади Красных Ворот и Гостиница «Ленинградская».


Также среди памятников сталинской архитектуры выделяют комплекс павильонов ВСХВ, станции московского метро, также был задуман проект Дворец Советов. В массовом жилищном строительстве здания сталинской эпохи известны как «сталинки».

Вторая половина XX века
4 ноября 1955 года выходит Постановление ЦК КПСС и СМ СССР «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве», положившее конец стилю сталинской архитектуры. Уже начатые стройки были заморожены или закрыты. Стилобат с так и не построенной восьмой сталинской высотки был использован при строительстве гостиницы «Россия». На смену сталинской пришла функциональная типовая архитектура. Первые проекты по созданию массовых дешевых жилых зданий принадлежат инженеру-строителю Виталию Павловичу Лагутенко. 31 июля 1957 года ЦК КПСС и Совет Министров СССР приняли постановление «О развитии жилищного строительства в СССР», положившее начало массовому строительству домов, получивших название «хрущёвки» по имени Никиты Сергеевича Хрущёва.

В 1960 году при поддержке Хрущёва начинается строительство Государственного Кремлёвского дворца по проекту архитектора Михаила Васильевича Посохина.

Кремлевский Дворец Съездов. М.Посохин
В 1960-х годах вновь появляются здания, символизирующие будущее и технический прогресс. Одним из ярких примеров такого рода сооружений является Останкинская телебашня в Москве, созданная по проекту Николая Васильевича Никитина. С 1965 по 1979 проходило строительство Белого дома в Москве, по конструкции схожее со зданиями начала 1950-х годов. Типовая архитектура продолжала свое развитие вплоть до распада СССР, а в меньших объёмах существует и в современной России.

Современная Россия.
Москва-Сити
После распада СССР многие строительные проекты были заморожены или отменены. Однако теперь не существовало государственного контроля над архитектурным стилем и высотой здания, что давало значительную свободу архитекторам. Финансовые условия позволяли заметно ускорить темпы развития архитектуры. Активно идет заимствование западных образцов, впервые появляются современные небоскрёбы и футуристические проекты, такие как Москва-Сити. Также используются традиции строительства из прошлого, в частности сталинская архитектура в Триумф-Палас.

Москва — Сити

: История :: Культура и искусство :: Россия-ИнфоЦентр



В XVII веке архитектура переживала трансформационные изменения. Хотя дерево оставалось основным строительным материалом, каменное (кирпичное) строительство все больше внедрялось в русскую архитектуру. Стали применяться новые виды строительных материалов, такие как многоцветная плитка, профильный кирпич, белокаменные детали. Многие здания были построены мастерами Масонской коллегии, созданной в конце 16 века.

Одним из выдающихся произведений деревянного зодчества был императорский дворец, построенный в подмосковной усадьбе Коломенское в 1667-1678 гг. Это был целый маленький городок с башенками, чешуйчатыми крышами, галереями на первом этаже и портиками с витыми колоннами. Различные особняки, построенные каждый в индивидуальном порядке, соединялись переходами и насчитывали 270 комнат с 3000 окон. Современники называли его «восьмым чудом света».

В деревянном церковном зодчестве преобладали шатровые постройки.Однако строились и одноуровневые церкви. В целом деревянное зодчество испытало влияние каменного зодчества.

Несмотря на попытку патриарха Никона запретить строительство каменных шатровых церквей, этот тип стал преобладающим в церковном зодчестве. В Москве были построены Рождественская церковь в Путинках, Троицкая церковь в Никитниках, Алексеевский монастырь в Угличе, Успенская церковь, Зосимово-Савватиева церковь в Троице-Сергиевом монастыре, а также храмы в Вязьме, Муроме и Устюге.Все они отличались богатым архитектурным убранством и тонкой орнаментикой.

В то же время под влиянием патриарха Никона в середине и второй половине XVII в. был выполнен ряд монументальных сооружений в традиционном стиле предшествующих периодов. Они были направлены на то, чтобы показать силу церкви. Таков величественный Воскресенский собор, построенный в Московском Новоиерусалимском монастыре по образцу храма Гроба Господня в Иерусалиме.В 1670-80-х годах был построен Ростовский кремль, ансамбль сооружений Ростовского митрополичьего двора. Там жилой массив был совмещен с церковью. Все постройки были окружены массивными оборонительными стенами с башнями.

 

Не только власти, но и прихожане, т. е. жители окраин и поселений, приказали строить храмы. Отсюда и понятие загородной архитектуры. Характерной чертой этого является церковное зодчество Ярославля, одного из крупнейших ремесленных и торговых центров.Примерами этого являются храмы Ильи Пророка, Иоганна Златоуста, величественный Иоанно-Предтеченский храм в Толчкове. Замечательны и церковные постройки в других старинных русских городах, таких как Кострома, Романов-Борисоглебск и др.

В конце XVII в. в церковной архитектуре возник новый стиль — нарышкинское (он же московское) барокко. Наиболее значительным его памятником является Покровская церковь в Филях в Москве. Он отличается изяществом, идеальными пропорциями, декоративными колоннами с цоколями, красно-белой окраской.

Наряду с церковным зодчеством в XVII веке значительное развитие получило и гражданское строительство. Московский Кремль подлежал существенной реконструкции. Были надстроены кремлевские башни, достроена Спасская башня в ее нынешнем виде, образовав парадные ворота в Кремль. Шатровые крыши на всех башнях заменены на шатровые навершия. Все это придало Московскому Кремлю новый облик: из оборонительной крепости он превратился в торжественный ансамбль.

Однако внутреннее убранство Кремля также преобразилось. Теремной дворец (1635-1636) был выдающимся образцом светской архитектуры. Это было трехэтажное здание на высоких цокольных этажах, увенчанное высокими башенными камерами. Здание было украшено золотой крышей, двумя поясами черепичных карнизов и резьбой по камню. Его золотое крыльцо было богато украшено. Деревянное зодчество оказало непосредственное влияние на тип отделки. Патриаршие палаты с Крестовым залом и здание Поместной коллегии построены в другом стиле на том же месте.

 

русссылка100029

Монументальная Сухарева башня, построенная Михаилом Чоглоковым, стала образцом поиска нового дизайна общественных зданий. Он имел два этажа над массивным подвалом и был увенчан башней с гербом на вершине. На второй этаж вела широкая парадная лестница.

Промышленно-деловая архитектура получила дальнейшее развитие в 17 веке. Так, торговые ряды были построены в Китай-городе, Москве и Архангельске.Архангельский Гостиный двор (т. е. торговые ряды) протянулся на 400 м в длину на берегу Северной Двины и был обнесен высокими каменными стенами с крепостными башнями. В него вошли более двухсот торговых помещений.

 


Автор: Вера Иванова

Великоустюгский государственный историко-архитектурный музей — Главная | О регионе | Культура | Музеи |

Великоустюгский государственный историко-архитектурный музей

Город Великий Устюг – своеобразный музей под открытым небом.Уникальные соборы, церкви и монастыри Великого Устюга привлекают все большее количество туристов. Как и большинство северных городов, Устюг был построен почти полностью из дерева, и огонь был постоянной угрозой. В результате не сохранилось церквей до середины 17 века.

Город всегда был центром прикладного искусства. Великоустюгский государственный историко-художественный и архитектурный музей, основанный 8 ноября 1918 года, отличается богатыми коллекциями черни, украшений, кухонной утвари, поделок из бересты.Собрания произведений искусства музея (более 100 000 единиц) представляют развитие культуры и искусства региона от каменного века до XXI века. Крупнейшие коллекции – это иконы, археология, деревянная скульптура, декоративно-прикладное искусство (северная чернь, цветные эмали с золотым и серебряным фанером, резьба по бересте, оригинальная техника «жестяное глазирование»), монеты, редкие книги и документы. .

В состав Великоустюгского государственного историко-архитектурного музея входят 26 величественных зданий, Успенский собор (XVII-XIX вв.), церковь Прокопия Устюжского (XVII в.), Вознесенская церковь (XVII в.), барочная церковь св.Симеона Столпника (18 век), Троицкого собора Троице-Гледенского монастыря (17 век), Михайло-Архангельского собора (17 век).

Важнейшая миссия музея – сохранить драгоценное наследие исторического искусства и архитектуры – незаменимый ансамбль.

Основная коллекция Великоустюгского государственного историко-архитектурного музея размещена в одном из лучших городских особняков конца XVIII века .Недавно перекрашенный в светло-розовый цвет с белой окантовкой, он изначально принадлежал купцу Усову . В его коллекции представлены картины, рисунки, предметы декоративно-прикладного искусства. Здесь представлена ​​экспозиция специалитетов города — Северная чернь, чернь по серебру, изделия из эмали, резьба по бересте и другие. Это свидетельствует о том, что город процветал как торговый центр и стал известен как центр ремесел, таких как обработка кожи и металла, а также изготовление изящных изделий из эмали.Некоторые из лучших предметов были приобретены императорским двором.

Церковь Николая Чудотворца (конец XVII — начало XVIII вв.) с замечательной отдельно стоящей колокольней расположена на берегу реки Сухоны. Никольская церковь прекрасно отреставрирована снаружи. Сейчас в нем выставлены работы местных ткачей, вышивальщиц, резчиков, которых, кажется, необыкновенно много.

Один из самых интересных экземпляров — интерьер крестьянского дома.Настоящая русская печь, деревянные лавки, люлька, сундуки, прялка и домашняя утварь реконструируют быт крестьянской семьи. По убранству дома можно было судить о благополучии человека.

Одна из самых впечатляющих церквей в районе Соборного двора города посвящена Прокопию Устюжскому. Построенный в 1668 году, он видоизменялся на протяжении веков, но сохранил свои декоративные купола с позолоченными крестами.

В 1990-е годы церковь Прокопия Устюжского возвращена в активное приходское пользование, хотя и входит в состав городского музея.Посетители церкви могут полюбоваться ее внутренним убранством с иконостасом. Настенные росписи и иконы реставрировались в 1980-1990-х годах. Иконостас изображает многострадальную жизнь и чудеса Прокопия Устюжского.

Святитель Прокопий — первый известный юродивый в России. Притворяясь юродивым, он вел аскетический образ жизни — спал нагишом на папертях, всю ночь молился, пищу принимал только от бедняков. Его оскорбляли и избивали, но в конце концов он завоевал уважение и стал почитаться после его смерти.

В течение двухсот лет оставались на виду мощи Прокопия, источник многочисленных исцелений. В связи с увеличением числа чудесных исцелений в 17-18 вв. были осмотрены мощи святого Прокопия. После этого в храме был освящен придел в честь святого, где покоятся его мощи.

Монастырский комплекс Архангела Михаила — одно из древнейших монастырских мест на Севере. Простые и лаконичные формы его ансамбля приятно гармонируют с приглушенными тонами окружающей страны.

Основанный в 1212 году монастырь Архангела Михаила первоначально был построен из дерева. Очаровательные каменные храмы были воздвигнуты в XVII веке на средства купца Никифора Ревякина. Монастырь хорошо сохранился и исключительно красив – белый, стройный и статный.

Некоторые из его пяти церквей были отреставрированы, в том числе величественный Архангельский собор, построенный в середине 17 века. Его внешняя галерея, ведущая к трапезной церкви, содержит захватывающую серию фресок, изображающих смысл монашеской жизни, а интерьер собора содержит величественный иконостас в стиле барокко и неоклассицизма времен Екатерины Великой.

Монастырь сохранился как памятник каменного зодчества 17 века.

Богатство великоустюжских купцов XVIII века поддерживало многочисленные пожертвования монастырским церквам, некоторые из которых обрели еще более сложные иконостасы, завораживающие своей северной интерпретацией европейского искусства барокко.

Наиболее примечательный образец позднего устюжского барокко содержится в Троице-Гледенском монастыре , на противоположном берегу реки Сухоны в Гледене, месте древнейшего поселения Устюга.

Город Гледен был основан в конце XII века близ слияния двух великих рек — Сухоны и Юга. Тогда же был возведен Троицкий монастырь, считающийся старейшим на Русском Севере. Сведения о городе не сохранились. Как гласят исторические анналы, Гледен развивался как процветающий город, но был разрушен в 15 веке в результате междоусобных войн.

В 1925 году Троицкий монастырь был окончательно закрыт. Здание превратили в приют для беспризорных детей.Позже в нем располагался центр содержания лиц, лишенных всех земель и домов, дом престарелых и детский изолятор. С 1980-х годов ансамбль Троицкого монастыря входит в состав Великоустюгского государственного историко-архитектурного музея.

Главный храм, посвященный Троице, был начат в 1659 г., но завершен только в 1690 г. из-за финансовых трудностей.

Великолепный позолоченный иконостас, играющий важную роль в оформлении интерьера.Его строительство и роспись продолжались восемь лет (1776-1784) на пожертвования жителей. Его пышные резные фигуры в стиле барокко отражают тесную связь города с Санкт-Петербургом.

И форма иконостаса, и его сохранность исключительны, с полным набором икон, написанных в строгом западном академическом стиле.

В панораме его исторического центра доминантой является Успенский собор .Окруженный другими церквями, он образует ансамбль, известный как Соборный двор и примыкающий к нему Архиепископский двор. Соборный двор — подходящее место для начала пешеходной экскурсии по Устюгу и его восхитительной набережной, с которой открываются одни из самых живописных видов.

Собор очень нравился царям и часто присылал дары и деньги на его строительство и ремонт. Большую известность он получил благодаря исключительно ценному художественному произведению – иконе Богородицы Одигитрийской, считающейся чудотворной.

Как и большинство русских церквей и храмов, Успенский собор был построен из дерева. Но он пострадал от пожара, а главный собор, посвященный Успению Богородицы, был построен из кирпича в 1550-х годах.

Состоятельная местная купеческая семья вместе с царем Алексеем Михайловичем предоставила деньги на восстановление. Собор является точной копией главного русского храма — Успенского собора Московского Кремля. В восемнадцатом веке Успенский собор был еще более перестроен и обзавелся искусным иконостасом.Интерьер собора украшен замысловатыми декоративными узорами – ангелами, скульптурами и венками. Храм и иконостас сейчас подходят к завершению успешной реставрации.

Ниже по реке находится еще одна группа исторических памятников, в том числе богато украшенная церковь Вознесения . Построенный в 1648 году, он является старейшим сооружением в городе, сохранившимся в своем первоначальном виде, и сейчас является частью местного музея. В интерьере основного пространства храма прекрасно сохранился иконостас со всем провинциально-барочным орнаментом.

Вознесенская церковь, как и многие русские православные храмы, имеет дополнительные приделы, пристроенные к основному строению. В данном случае Воскресенская часовня, в которую можно попасть, поднявшись по красивой наружной лестнице, соперничает с основной частью храма с фресками и собственным меньшим иконостасом.

Барочная Церковь Симеона Столпника (1760-е гг.) с богато украшенной отдельно стоящей колокольней является величественным памятником городской архитектуры 18 века.К этой церкви можно подойти по улочкам, которые бродят между небольшими деревянными домами и садами. В таких местах можно представить, как мог выглядеть город в 18 веке.

Костел св. Симеона напоминает центральные или южноевропейские церкви в стиле барокко. Сейчас церковь открыта для богослужений и входит в состав городского музея.

В отличие от многих других провинциальных городов, в Устюге сохранилось ощущение исторической обстановки. Самая важная миссия города — сохранить драгоценное наследие его исторического искусства и архитектуры.

Музеи Московского Кремля: — Патриаршие палаты и церковь Двенадцати апостолов

Патриаршие палаты — один из лучших памятников московской гражданской архитектуры середины XVII века. Дворец был возведен по приказу патриарха Никона русскими мастерами в 1653-1655 годах на месте древних построек митрополичьей, а затем и патриаршей резиденции в Московском Кремле. Работы выполнены под руководством учеников Алексея Королькова и Ивана Семенова.

Первый этаж дворца использовался для хозяйственных нужд; на втором этаже располагались личные покои патриарха, а на первом этаже — каюты.Главным помещением была Крестовая палата (Крестовая палата), также известная как Миропокровная палата. Здесь проходил Священный Синод, принимались иностранные послы, устраивались торжественные приемы и застолья. Московская синодальная контора располагалась здесь в 18-19 вв.

В настоящее время в Крестовой палате, Парадном вестибюле, трапезной и церкви Двенадцати апостолов размещена экспозиция, посвященная истории и особенностям русской культуры XVII века. Представленные здесь драгоценные предметы быта, украшения, обрядовый охотничий инвентарь, старинная мебель и предметы церковного шитья созданы мастерами России, стран Европы и Востока.Большинство изделий выполнено в национальных традициях русскими мастерами Мастерских Московского Кремля и мастерами из Ярославля, Костромы и других городов.

Они представляют собой один из важнейших периодов русской истории, отмеченный изменениями в мировоззрении и образе жизни русского народа накануне петровских реформ. Особый интерес представляет позолоченный иконостас в частной Двенадцатиапостольской церкви, выполненный из резного дерева в XVII-XVIII веках — прекрасный образец резьбы.В экспозиции представлена ​​также коллекция икон, отражающая развитие иконописи в XVII веке. Работы ведущих царских иконописцев Симона Ушакова и Федора Зубова представляют новые тенденции в живописи. Экспозиция показывает новый художественный вкус русского общества XVII века и своеобразие духовной жизни Руси на рубеже новейшей истории.

 

 

Прием

Посетить Соборную площадь в рамках экскурсии

 

ТОП10 музеев деревянного зодчества России — описание, много фото

В большинстве крупнейших городов России есть Музеи деревянного зодчества.В них стоят церкви и дома, привезенные из разных деревень. На Руси дворяне не строили каменных замков; однако строительство из дерева было очень распространено на протяжении нескольких столетий.

В этом обзоре на онлайн-путеводителе Геомерид вы можете прочитать о самых интересных музеях деревянного зодчества России:

1. Музей деревянного зодчества Кижи
2. Музей деревянного зодчества Шушенское
3. Музей деревянного зодчества Витославлицы
4.Музей деревянного зодчества в Суздале
5. Музей деревянного зодчества в Коломенском
7. Музей деревянного зодчества в г.

Нажмите на гиперссылки, чтобы подробно прочитать о каждом музее и увидеть большое количество фотографий

Кижский музей деревянного зодчества

Всемирно известный музей деревянного зодчества Кижи находится на небольшом острове на севере Онежского озера.Добраться до него можно только на теплоходе из города Петрозаводска, что в 68 километрах от Кижей.

Остров Кижи на Онежском озере. Деревянные храмы XVIII века Музея деревянного зодчества внесены в список наследия ЮНЕСКО

Мастер-класс «Как вязать снопы пшеницы» в Музее деревянного зодчества на острове Кижи

Первостепенным памятником всемирного значения по праву считается 22-главая Спасо-Преображенская церковь, построенная в 1714 году.Сохранился четырехъярусный иконостас, включающий 102 иконы 17-18 веков, написанных северными иконописцами. Неподалеку в 1764 г. была построена 9-главая шатровая церковь Покрова Богородицы, а в 1874 г. к архитектурному ансамблю добавилась колокольня. Позднее он был огорожен одинарной бревенчатой ​​стеной.

Шушенский музей деревянного зодчества

Шушенское Музей деревянного зодчества — один из интереснейших российских музеев деревянного зодчества, сопоставимый с аналогичным музеем в Кижах (Карелия), расположен в 500 км южнее Красноярска в Шушенском.На площади 16 га полностью сохранилась сибирская деревня конца 19 века.

Здание волостного начальника и тюремная ограда в Шушенском.

Вид на дом Прасковьи Петровой, где Ленин и Крупская жили во время ссылки в Шушенском.

Расположение этого музея в столь глухом месте связано с тем, что в 1897-1900 годах в Шушенском отбывал ссылку Владимир Ульянов (Ленин), возглавивший тогда революцию 1917 года.Мемориальная часть экспозиции насчитывает 29 домов, 23 из которых – оригинальные дома конца 19 века. Особый интерес представляют дом Зырянова, где Ленин прожил первый год ссылки, и дом Петровой, куда он переехал после того, как к нему присоединился Н.К. Крупская.

Витославлицы Музей деревянного зодчества

Интересная достопримечательность Великого Новгорода, музей деревянного зодчества «Витославлицы», находится в 4 километрах от города, по дороге, идущей вдоль озера Мячино.Посещение музея лучше совместить с поездкой в ​​Юрьев монастырь, который находится в непосредственной близости от музея «Витославлицы».

Церковь Рождества Богородицы с. Передки, 1531

Часовня с. Кашира, 1745

Музей деревянного зодчества «Витославлицы» был основан в 1964 году, когда сюда стали привозить деревянные церкви и дома из северных регионов России.Церковь Рождества Богородицы из села Передки. Это самая древняя, а также самая большая и красивая церковь музея Витославлицы. В этот период получила распространение его причудливая архитектурная форма – восьмигранник на крестообразном основании.

Музей деревянного зодчества в Суздале

Суздальский музей деревянного зодчества – один из самых интересных в России. Находится недалеко от Суздальского Кремля. В музее собраны деревянные дома и церкви из разных районов Владимирской области.

Воскресенская церковь с колокольней (1776 г.) в Музее деревянного зодчества в Суздале

Ветряные мельницы из села Мошок Владимирской области в Музее деревянного зодчества в Суздале

Сначала из Суздальского уезда, а затем со всей Владимирской области туда стали свозить прекрасные образцы деревянного зодчества: церкви и жилые дома, а также различные хозяйственные постройки типа амбаров, мельниц и т.п.При входе в музей можно полюбоваться двумя красивыми деревянными церквями — Воскресенской и Преображенской.

Музей деревянного зодчества Костромская Слобода

Музей деревянного зодчества Костромской Слободы был создан в 1955 году, когда к стенам Ипатьевского монастыря стали привозить интереснейшие предметы русского деревянного зодчества. У входа в музей есть пруд, по которому можно покататься на лодке, а на его берегу можно увидеть красивую многоярусную церковь Богородицы из села Холм, построенную в 1552 году.

Церковь Всемилостивого Спаса 1712 года из села Фоминское в Костромской Слободе музей

Крестьянские избы 19 века на улице Костромская Слобода музей

Остальные экспонаты, в основном избы 16-18 веков, размещены вдоль главной улицы Костромской слободы.Здесь можно увидеть как избы зажиточных крестьян и купцов, так и самые простые крестьянские избы – всего 28 домов и строений. Можно увидеть интерьеры жилых помещений и флигелей.

Музей деревянного зодчества в Коломенском

Экспонаты Коломенского музея деревянного зодчества расположены в разных частях усадьбы Коломенское. Здесь много образцов деревянного зодчества, имеющих реальную историческую ценность, таких как: дом Петра I из Архангельска, башни Братского острога, церкви и башни острогов из Беломорья и Карелии.Там же можно увидеть отреставрированный деревянный дворец русского царя Алексея Михайловича, построенный в Коломенском в 17 веке.

Башни Сумской крепости (Карелия) и Николо-Карельского монастыря, в Музее деревянного зодчества в Коломенском

Георгиевская церковь (1685 г.) из Архангельской области в Музее деревянного зодчества в Коломенском

Большая часть деревянных построек находится на севере парка, ближе к станции метро «Коломенская».Дом Петра I находится в центре парка, недалеко от церкви Казанской иконы Божией Матери. Деревянный дворец Алексея Михайловича восстановлен по рисункам и гравюрам 17 века. Но он находится довольно далеко (2 км) от своего первоначального местоположения на юге парка, возле станции метро «Каширская».

Музей деревянного зодчества Щелковский хутор

Щелковский хутор этнографический музей деревянного зодчества расположен на южной окраине Нижнего Новгорода.Здесь можно увидеть деревянные церкви и дома, привезенные из разных деревень Нижегородской губернии. Рядом находятся три Щелковых озера с пляжами и большая парковая зона, где летом любят отдыхать нижегородцы.

Большая деревянная церковь Покрова на Щелковском хуторе-музее построена в 1731 году

Старейшая малая церковь Покрова на Щелковском хуторе-музее построена в 1672 году

Большинство домов, церквей и хозяйственных построек музея расположены на склоне оврага у входа.Но надо идти на другую сторону оврага, чтобы увидеть большую Покровскую церковь. Всего в музее «Щелковский хутор» 16 зданий различного назначения.

Деревянное зодчество Томска

Деревянное зодчество Томска – главная туристическая достопримечательность города. На протяжении веков Томск был главным центром освоения Западной Сибири. Поскольку Томск был столицей сибирского края, богатого лесом, в период с момента его основания в 1604 году до конца XIX века в городе в основном строились деревянные дома.

Дом с жар-птицами в имении купца Гулабо один из самых красивых деревянных домов Томска

Самые красивые дома Томска на улице Шишкова

И даже когда на центральных улицах Томска появились каменные дома, большая часть домов по-прежнему строилась из дерева.Со временем сформировался своеобразный архитектурный стиль, который часто называют «томскими кружевами». Главной особенностью стиля являются резные декоративные элементы, которые размещались на различных частях деревянных домов, в том числе на окнах, стенах и карнизах.

Деревянное зодчество Новосибирска

Деревянное зодчество Новосибирска – очень интересный туристический объект. В старейших кварталах Новосибирска, расположенных вокруг собора Александра Невского, сохранилось несколько деревянных домов.Они позволяют узнать, как выглядел город в первые годы своего существования.

Эркер дома Бузолиных, украшенный резьбой по дереву

Дом купца Рунина с большой антресолью на улице Чаплыгина

Если идти на север от собора Александра Невского, то попадете на улицу Коммунистическая.Именно на этой улице сохранилось наибольшее количество доходных и жилых домов начала ХХ века. На этой же улице находится Музей Николая Рериха. Деревянные дома можно увидеть на улицах Чаплыгина, Горького, Октябрьской и Ленина.

Этнографическая деревня Кострома

В 20 километрах от Прохоровского поля, в истоке реки Псел, находится Этнографическая деревня Кострома. Он расположен у подножия мелового склона. По склону стекает множество родников, образуя реку Псел.Поэтому эту этнографическую деревню иногда еще называют «Родники».

Часовня Архангела Михаила и купель на истоках реки Псел

Этнографическое село Кострома с домами в традиционном стиле Украины 19 века

В отличие от других регионов России, где крестьянские дома строят из дерева, здесь чувствуется влияние украинских традиций.Дома костромской деревни сделаны из землянок с соломенными крышами. Их стены были построены из деревянных каркасов, как фахверковые дома в Европе. Щели между рамами заполняли хворостом, соломой или камышом, а затем замазывали глиной.

Untitled

Новгородские строители конца XIII в. стремились к переосмыслению традиционного церковного убранства как конструктивно, путем введения новых приемов, так и с точки зрения общего художественного эффекта. При этом они обращались к романской архитектуре, из которой заимствовали некоторые конструктивные и композиционные черты, не нарушая традиционного новгородского замысла в целом.Тесные экономические и культурные связи Новгорода с городами Прибалтики и Северной Европы сделали естественным перенятие новгородскими мастерами некоторых романских элементов, тем более что в самом городе некоторое время находились две церкви, построенные иноземными купцами на их торговых площадях. : Немецкая церковь Святого Петра и так называемая Варяжская церковь.
С другой стороны, несомненно и то, что новгородская архитектура, в свою очередь, оказала влияние на архитектуру стран Балтии.Ряд церквей 15 и 16 веков в Таллинне имеют такие же трилистники на фронтонах, как и в новгородских церквях 13 века. Есть интересное сходство и в декоративном использовании кирпича. Эти факторы выявляют определенную культурную близость Прибалтики и Новгорода и показывают, насколько широко простиралось влияние Новгорода.
Одним из важнейших нововведений новгородского зодчества конца XIII в. стала новая техника возведения стен. Традиционная система чередования рядов камня и кирпича, сложенных в смеси.известь и кирпичный щебень продолжали использоваться за немногими незначительными исключениями до начала 13 века. Эта техника встречается в старых частях церкви Святой Параскевы на Рыночной площади и Рождества Богородицы. Святой Николай в Липно сложен большей частью из грубо обработанного волховского камня, оправленного в смесь извести и песка. Это правда, что стены содержат кирпич в новом. вытянутой формы, но старая система чередования кирпича и камня была оставлена.Опоры и арки Никольской арки сделаны из очень крупных продолговатых кирпичей. Каменная кладка должна была стать характерной чертой новгородской архитектуры XI—XV вв. Встречается не только во всех церквях Новгорода и его окрестностей, но и во всех укрепленных сооружениях того периода, как, например, старые участки крепостной стены, раскопанная в 1335 г. стена вокруг Торговой стороны, цитадель 1387 г. в Порхове и другие постройки, возведенные новгородскими мастерами.
Использование нестандартных блоков из грубо обработанного известняка со щебнем, а иногда и с кирпичом придавало стенам чрезвычайно неровную поверхность.Этот тип кладки передал весь облик здания, в котором отсутствовала геометрическая точность линий и форм, что придавало новгородской архитектуре этого периода своеобразную скульптурную пластичность.
В последней четверти XIV века в Новгороде стали давать о себе знать важные перемены, происшедшие в русских землях после разгрома князем Дмитрием Донским монголов во главе с Мамаем в Куликовской битве (1380 г.). Эта великая победа ознаменовала быстрое политическое восхождение Московии.В своей борьбе за сохранение своей самостоятельности новгородское боярство проводило политику, переставшую быть прогрессивной и препятствующую созданию национального русского государства. Этим во многом обусловливалась консервативность новгородской архитектуры конца 14 в., все более обращавшейся к образцам прошлого. Новгородская архитектура стала теперь отмечена тесным следованием ранним, освященным композиционным формам.
В начале 15 века новгородские зодчие продолжали экспериментировать с различными видами орнамента наружных работ.Два прекрасных образца их работы — это церковь святых Петра и Павла в Кожевниках, ныне восстановленная в своем первоначальном виде, и церковь Святого Лазаря, известная нам только по старинной гравюре. Наиболее популярным типом церкви в середине XV в. была очень малая, которая, тем не менее, продолжала сохранять традиционные композиционные черты. Примерами тому являются церковь Двенадцати апостолов на Бездне (1455 г.) и церковь преподобного Симеона в Зверинском монастыре (1468 г.).
В последние двадцать лет, предшествовавших потере Новгородом независимости, довольно широкое распространение получило нарочитое подражание старинным постройкам XII века.
В 1455 г. церковь Ильи в Славно была перестроена на старых фундаментах 1198-1202 гг., также в стиле типичной одноглавой новгородской церкви конца XII в., а в 1465 г. церковь Уговора Фомы на озере Мячино возвели, опять копируя старые формы. Это интересное явление можно понять только в том случае, если рассматривать его в контексте некоторых тенденций новгородской общественной жизни, отразившихся и в других сферах искусства и литературы. Внезапный всплеск интереса к знаменитой битве 1169 года между новгородцами и суздальцами, обнаруживаемый в литературе и иконописи, вместе с возрождением старых архитектурных стилей — все это свидетельствует об отчаянной борьбе, которую вели эти политические деятели. группы новгородских бояр, черпавших веру в непобедимость Новгорода из его прошлого.Эти группы не осознавали, что их историческая роль подошла к концу.
Помимо множества церквей 14-го и 15-го веков, в Новгороде также есть несколько гражданских зданий того же периода. Особый интерес представляет Грановитая палата, как ее впоследствии стали называть. Это величественное здание было построено по заказу Евфимия, архиепископа Новгородского с 1429 по 1458 год и одного из самых непримиримых противников Москвы. Он использовал все имеющиеся в его распоряжении средства, чтобы восстановить утраченный авторитет Новгорода и подогреть местный патриотизм в борьбе с Москвой.В рамках своей кампании он приказал возвести несколько великолепных новых зданий во дворце архиепископа в новгородской цитадели. До этого большинство дворцовых построек были деревянными. В 1442 году Евфимий возвел каменное здание с жилыми помещениями, кухнями и помещениями для прислуги, а в 1439 году — каменное строение для хранения зерна. Эти роскошные дополнения превратили Архиепископский дворец в впечатляющий ансамбль.
г. Взятие Новгорода Иваном III и официальная отмена его самостоятельности в январе 1478 г. не означали окончательного поражения новгородского боярства.Репрессивные меры, предпринятые великим князем Московским для уничтожения всех следов новгородской самостоятельности, продолжались до конца века. В 1484 году Иван приказал замучить и сослать в Среднюю Россию тридцать самых влиятельных боярских семей, а их имения были конфискованы великим князем. Четыре года спустя были применены еще более жесткие меры. В 1488 г. было сослано в разные края более тысячи новгородских бояр и их дворов. Вторая Софийская летопись фактически оценивает число депортированных в семь тысяч человек.Их конфискованные имения были переданы купцам и боярам из Московии. Сильный удар был нанесен новгородской церкви в 1499 году, когда все церковные и монастырские земли были конфискованы и переданы московским семьям, которые удерживали их в обмен на службу великому князю Московскому. Правда, в тот же период по приказу Москвы было начато два крупных фортификационных проекта. В 1484 году Иван III приказал начать работы по возведению вокруг цитадели новых каменных стен на старом фундаменте.Это было завершено в 1490 году. Двенадцать лет спустя внешняя линия обороны города была полностью реконструирована. Вдоль окружавших город земляных валов были построены новые деревянные стены, а ветхие каменные башни на валах заменены новыми деревянными.
Только в 1510 г. возобновилось строительство частными лицами и корпорациями, практика, получившая особенно широкое распространение в 1520-х гг.
В 1529 году сын Ивана Сыркова Дмитрий воздвиг рядом с храмом Жен-мироносиц церковь Прокопия.Хотя новая церковь, по-видимому, тоже была делом рук новгородских мастеров, в ней уже обнаруживается известная уступка московским вкусам. Как и церковь Жен-мироносиц, она имеет подвальный погреб, а также подземное основание. В соответствии с новгородской традицией снаружи нет ничего, что указывало бы на разные этажи. Однако прямое влияние московского зодчества можно увидеть в остроконечных фронтонах на центральных участках наружных стен, арках такой же формы на низком строении, примыкающем к западной стене кубовидного основного корпуса церкви, и украшение купольного барабана.Еще одним признаком московского влияния является возвращение к трем апсидам вместо одной апсиды, обычно встречающейся в новгородской архитектуре. Несмотря на эти особенности, церковь в целом прочно укоренена в местных традициях, особенно в отношении двускатной крыши с остроконечными фронтонами и ее общей композиции.
Только в зданиях, построенных по прямому заказу великого князя Московского или его чиновников, мы находим преобладающим московский стиль. Ярким примером здесь является Спасо-Преображенский собор, воздвигнутый в 1515 году в Хутынском монастыре по приказу сына Ивана III Василия III.Это большое внушительное здание с пятью куполами и шестью опорами было одной из многочисленных копий, появившихся по всей России, московского Успенского собора по проекту итальянского архитектора Фиораванти. Тем не менее, хотя он и воспроизводит общие черты московского прототипа, его отдельные детали сильно отличаются.
Новгородская архитектурная школа перестала существовать как таковая в XVII веке и вошла в русло русской архитектуры. Постройки конца XVII в., такие как Никольская церковь (1681 г.) и церковь Иоанна Богослова (1698 г.) в Вяжищенском монастыре, Знаменский собор (1682 г.) и Покровская церковь в цитадели, как и немногочисленные постройки начала XVIII в., не содержат каких-либо черт, характерных для новгородской архитектуры.В последнее десятилетие XVII века велось значительное гражданское строительство: каменный комплекс резиденции военного губернатора в южном углу цитадели, перестройка башни Кукуй, реконструкция Богородичной башни и возведение каменный торговый рынок на Рыночной стороне города. Все это придавало архитектуре города ярко выраженные русские черты.

Собор Василия Блаженного: таинственное происхождение разноцветного собора Москвы

Автор Жаки Палумбо, CNN

После завершения строительства собора Василия Блаженного в середине XVI века, об эклектичном православном храме, расположенном в самом центре Москвы, начала ходить легенда. .

Это был архитектурный подвиг — самое высокое сооружение в городе благодаря новым знаниям итальянцев в кирпичной кладке — и демонстрация мощи России в конце столетней войны. По слухам, великий князь Московский, по прозвищу Иван Грозный, ослепил его архитекторов, чтобы они никогда больше не смогли спроектировать столь величественное здание.

Тем не менее, происхождение строения по большей части окутано тайной.

Спустя почти пять столетий имена архитекторов не могут быть подтверждены, хотя считается, что авторство проекта принадлежит двум архитекторам по имени Барма и Постник Яковлевы.Некоторые историки говорят, что эти два имени на самом деле относятся к одному человеку и что «Барма» на самом деле было прозвищем Постника Яковлева.

Собор Василия Блаженного находится на Красной площади в Москве рядом с укрепленным комплексом Кремля. Фото: Валентин Соболев/Александр Чумичев/ТАСС/Getty Images

«Удивительно, как не поддаются проверке некоторые из самых основных фактов», — сказал Уильям Брумфилд, историк русской архитектуры и автор недавно вышедшей книги «Путешествие по Российская империя», по видеосвязи.

Документации мало, поэтому историкам вроде Брамфилда приходится искать ключи.

«Мы много раз сталкивались с этой проблемой в истории русской архитектуры, даже в XVIII веке. Было много пожаров, нашествий, катаклизмов. Москва горела в 1812 году во время наполеоновского нашествия. Документов часто просто нет, — пояснил Брумфилд.

Сегодня Собор Василия Блаженного, официально известный как Покровский собор, представляет собой ряд часовен из красного кирпича, окружающих самую большую центральную форму.Каждая часовня увенчана ярким куполом синего, зеленого, красного и желтого цветов. Собор известен во всем мире своим сказочным видом, привлекает около 400 000 посетителей в год и стал важным культурным символом.

Гравюра с изображением Василия Блаженного около 1700 года. Собор был чуть не взорван Наполеоном Бонапартом в 1812 году и почти разрушен Иосифом Сталиным в 1935 году. Фото: Hulton Archive/Getty Images

Шедевр, расположенный на Красной площади города, претерпел значительные изменения, расширения и реставрации на протяжении веков и даже изменил цвет.Первоначально называвшееся Троицким собором, здание сгорело в 1583 году и было восстановлено в течение следующего десятилетия. Историки точно не знают, как собор выглядел до пожара, но, основываясь на письменных описаниях того времени и гравюре XVII века, они знают, что знаменитые луковичные купола — расклешенные купола, ставшие символом русской православной архитектуры, — были добавлено после.

Собор Василия Блаженного также пережил множество конфликтов и политических изменений: в 1737 году он пережил еще один разрушительный пожар; он был чуть не взорван французским военным генералом Наполеоном Бонапартом в 1812 году, и ему угрожала опасность сноса при правлении коммунистического лидера Иосифа Сталина.

Демонстрация силы

Об этом сооружении известно, что в 1555 году Иван IV приказал построить церковь как демонстрацию военной мощи в честь победы России над Казанским ханством в вековой Руси -Казанские войны.

«(Собор) имел очень ясное политическое значение», — сказал Брамфилд. «Это показало силу Ивана Грозного как великого князя — позже он будет известен как первый царь».

«Россия действительно была терра инкогнита», — сказал историк русской архитектуры Уильям Брумфилд.«О нем было так мало известно, и многие рассказы, вышедшие из (России) в 16 веке, были выдумками. Их писали иноземные наемники, находившиеся на службе у Ивана (IV)». Предоставлено: Fine Art Images/Heritage Images/Getty Images

Собор Василия Блаженного не получил своего прозвища до правления сына Ивана, Федора, который построил часовню, посвященную святому Василию – или Василию – Блаженному, Юродивому. который был известен Ивану и, как говорили, обладал пророческой силой, в том числе предсказывал большой пожар, бушевавший в Москве в 1547 году, и возможное правление Федора.Часовня Святого Василия — последняя воздвигнутая — была построена в его память и находится на вершине склепа, в котором хранятся его останки. Она стала самой популярной часовней, куда приходили помолиться посетители, искавшие исцеления.

Архитекторы церкви, безусловно, воспользовались архитектурным мастерством итальянцев, которые были известны своей прочной кирпичной кладкой и высокой высотой, что продемонстрировано в таких зданиях, как культовый купол Флорентийского собора из красного кирпича. Между 1475 и 1510 годами итальянские архитекторы перестроили Кремль, а также две важные церкви, привнеся в Россию свои новые новаторские методы эпохи Возрождения.Их знания включали технологию изготовления крутых шатровых крыш, которые есть в центральной часовне Святого Василия.

Архитекторы храма Василия Блаженного устроили группу часовен в основном симметричной планировки, в каждой из которых находился алтарь, посвященный святому, связанному с властью Ивана.

«Они (русские архитекторы) взяли итальянские технологии и научились строить эти высокие вертикальные сооружения и придавать… политическое (и) династическое значение» соборам, — сказал Брумфилд.

Разноцветные купола

Хотя луковичные купола стали характерной чертой русской архитектуры, никто точно не знает, как они попали в Царство, по словам Брумфельда. Возможно, Святой Василий был первым в регионе, кто принял их.

«В какой-то момент эта идея просто пронеслась по России», — сказал он. «Священники заменяли купола по всей России на купола-луковицы». Они оставались популярными на протяжении веков: от сдвоенных деревянных церквей 18 века на острове Кижи; до церкви св.достопримечательность Петербурга, храм Спаса-на-Крови; до современной Спасо-Преображенской церкви, построенной в 2008 году в Звездном городке.

Теории, согласно Брумфилду, предполагают, что архитекторы Василия Блаженного заимствовали стили купола Османской империи, символизирующие победу над Казанским царством, которое было татарско-тюркским государством. Или они могли ссылаться на купол храма Гроба Господня в Иерусалиме.

Преображенская церковь в Кижах, Россия, представляет собой деревянный собор, увенчанный множеством луковичных глав.Предоставлено: Shutterstock

«Русские в этот период начали рассматривать свою территорию как новую священную землю», — объяснил Брамфилд. В то время Иерусалим находился под властью османов, как и бывшая римская столица Константинополь (ныне Стамбул), и ни один из них не признавал папскую власть. Они считали, что оставили дверь открытой для того, чтобы новый город стал священной столицей.

Цвета тоже не имеют решающей предыстории. Они добавлялись со временем, с конца 17 до середины 19 века, поскольку новые тенденции отдавали предпочтение ярким цветам.

«Русские любят красочные украшения», — сказал Брамфилд, добавив, что цветовая гамма также придает им яркость на фоне пасмурного неба, которого бывает много в долгие темные зимы в стране. Собор Василия Блаженного — не единственный собор, окрашенный в ослепительные тона. Они разбросаны по всей стране, в том числе праздничная, украшенная золотом Строгановская церковь в Нижнем Новгороде и ярко-красная церковь Казанской иконы Божией Матери в Иркутске.

Церковь Казанской иконы Божией Матери в Иркутске, Россия, ярко-красная, как храм Василия Блаженного, и выделяется ярко-синими куполами.Фото: Shutterstock

Цвет храма Василия Блаженного изменился, как и все остальное: к его внешнему виду была добавлена ​​новая колокольня, а к интерьеру были добавлены цветочные украшения и фигуративные фрески.

«Это как живой организм. Он вырос, он изменился, он был видоизменен», — сказал Брумфилд. «Но сердцевина всегда была отличительной. Она осталась там как символ московии и стойкости России».

На самом деле, его преобразующая природа, возможно, является причиной того, что он выжил.«Тот факт, что он был таким самобытным, означал, что каждое столетие считает его своим. Он действительно любимый. Нет другого здания в России, которое вызывает такую ​​преданность и любовь, как храм Василия Блаженного».

(PDF) Регулирование архитектурно-строительного процесса в России XVIII – начала XX века

Международная конференция по строительству, архитектуре и техносферной безопасности

IOP Conf. Серия: Материаловедение и инженерия 687 (2019) 055047

IOP Publishing

doi:10.1088/1757-899X/687/5/055047

6

задачи, решаемые органами государственной власти города. В то же время Министерство контролировало коммерческую деятельность

в населенных пунктах разного уровня.

Контроль за исполнением городского бюджета со стороны государства способствовал увеличению доходов, что позволило

городским сообществам провести необходимые строительные мероприятия, а также провести работы по

благоустройству городских территорий.

2.5. Пятый период (1865–1900 гг.)

Активные процессы урбанизации, типологическое разнообразие зданий, развитие науки и техники

отразились на архитектурно-строительной деятельности этого периода. Технический прогресс

способствовал развитию многих отраслей промышленности, появлению новых способов выполнения работ,

появлению новых строительных материалов и конструкций.

Город становится центром социальных, санитарно-гигиенических, жилищных, транспортных и других вопросов

, требующих безотлагательного решения.Изменение ценностных и стилистических предпочтений характеризует художественную и эстетическую стороны архитектурно-строительной практики [18].

Вторая половина XIX века характеризуется решениями вопросов, связанных с

реформами во всех областях общественной жизни, начиная с экономики и заканчивая политикой [19]. Та

модернизация должна была проводиться на большой территории страны со многими феодальными пережитками прошлого и сильными консервативными традициями.Кроме органов государственной власти, в правовом поле появились городские, крестьянские и крестьянские

общественных организаций [20]. Это потребовало совершенствования нормативно-правовой базы

, в том числе в сфере земель, а также архитектурного и инженерно-строительного законодательства.

Основными законодательными

документами в области землепользования и строительства оставались Своды Правил, Строительные нормы и правила технической отчетности.

В 1865 г. Министерство внутренних дел стало центральным органом управления гражданским строительством в

России [8].Техническо-строительный комитет при МВД стал

органом управления в сфере строительства в России. Осуществлялся технический и полицейский надзор.

Однако он выполнял не только надзорные и регулирующие функции, но и функционировал как законотворческий, экспертный и утверждающий орган.

Строительные управления, входящие в состав губернских властей, стали представительными

органами Техническо-строительного комитета.Каждый отдел возглавлял инженер

губернии, в его состав входил архитектор. Полиция осуществляла общий надзор за строительством и

благоустройством, следила за соблюдением законодательства в этих сферах, а также за соответствием строительной

деятельности правовым нормам и циркулярам правительства в городах и в сельской местности.

Здания и сооружения других министерств (Министерство императорского двора и поместий, Министерство

Министерства народного просвещения, Военное министерство, Морское министерство, Министерство путей сообщения, Управление

Учреждения Императрицы Марии, Департамент Государственного казначейства , так далее.) не подпадала под

ответственность МВД, являющегося центральным органом строительного регулирования

России. В связи с увеличением объемов строительных и реконструкционных работ, проводимых этими

органами во второй половине XIX века, значительную роль в структуре этих министерств стали играть строительные управления, укомплектованные инженерами и

архитекторами.

Среди прочего, реформы второй половины ХХ века привели к расширению прав городских

общин.Повышение благосостояния городов и городской общественной собственности (такой как земля, здания и

сооружения), а также передача полномочий по строительству в городах городским советам потребовали

создания в составе этих городских советов Строительных управлений. Также введена должность городского архитектора

.

В органах государственной власти созданы технические отделы, занимающиеся управлением строительством и модернизацией

.

3. Выводы

Практическая эффективность на каждом уровне регулирования архитектурно-строительного процесса (государственная,

отраслевая, локальная) соответствовала области их компетенции, но предельная эффективность

почти всегда была результат преобразующего воздействия многоуровневой системы регулирования.

About Author


alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.