Классицизм в россии в 18 веке: Извините, запрашиваемая страница не найдена!

Особенности классицизма в русской литературе

Ольга Дьяченко Материалы к урокам по литературе 9 класс, Русская литература

Зарождение классицизма в мировой культуре

Классицизм как направление в искусстве зародился во Франции в конце 17 века. В своём трактате «Поэтическое искусство» Буало обозначил основные принципы этого литературного направления. Он считал, что литературное произведение создаётся не чувствами, а разумом; для классицизма вообще характерен культ разума, вызванный убеждённостью в том, что изменить жизнь к лучшему может только просвещённая монархия, абсолютная власть. Как в государстве должна осуществляться строгая и чёткая иерархия  всех ветвей власти, так и в литературе (и в искусстве) всё должно быть подчинено единым правилам, строгому порядку.

С переводе с латинского, classicus означает образцовый или первоклассный. Образцом для писателей-классицистов была античная культура и литература. Французские классики, изучив поэтику Аристотеля, определили правила своих произведений, которых в дальнейшем придерживались, и это стало основой становления основных жанров классицизма.

Классификация жанров в классицизме

Для классицизма характерно строгое деление жанров литературы на высокие и низкие.

Высокие:

  • Ода — воспевающее и восхваляющее в стихотворной форме произведение;
  • Трагедия – драматическое произведение с суровым финалом;
  • Героический эпос – повествовательный рассказ о событиях прошлого, который показывает всю картину времени в целом.

Героями таких произведений могли быть только великие люди: цари, князья, полководцы, знатные вельможи, которые свою жизнь посвящают служению отечеству. На первом месте у них не личные чувства, а гражданский долг.

Низкие жанры:

  • Комедия – драматическое произведение, высмеивающее пороки общества либо человека;
  • Сатира – вид комедии, отличающийся своей резкостью повествования;
  • Басня – сатирическое произведение поучительного характер

Конспект “Литература 18 века” 9 класс 🤓 [Есть ответ]

XVIII век ‒ время необычайного рассвета русской культуры, науки и литературы. Эпоха просвещения, реформы Петра I, взаимодействие с наукой и культурой зарубежных стран выдвинули русскую культуру на новый уровень. Начинает свое развитиерусская национальная литература и русский литературный язык.

В начале 18 века русская литература переживала кардинальные изменения. Засилье церковной литературы постепенно и намеренно сменялось литературой светской. В этот период писатели, стихотворцы стали обращаться к теме личности, ее важности.

Огромную роль в это время сыграло творчество Феофана Прокоповича. Его трактаты и стихи были направлены на привлечение внимания к науке, искусствам. По его мнению, литература должна носить воспитательный характер для всех людей.

В 18 веке в русской литературе формируется первое самостоятельное направление ‒ классицизм.

Для классицизма характерно строгое соблюдение канонов и правил во всем ‒ в жанрах, сюжетах, образах, речи.

Герой произведений классицистов ставит прежде всего долг, а чувства ему приходится подавлять и разрушать в себе ‒ долг важнее чувства. Герой не развивается, он статичен, отсюда строгое деление героев на положительных и отрицательных.

Кроме того, классицисты пропагандировали идеи патриотизма, просвещения, гражданского долга.

Огромная роль в развитии русского стихосложения и русского классицизма принадлежат В. К. Тредиаковскому, М. В. Ломоносову, Г. Р. Державину, А. П. Сумарокову и А. Кантемиру.

Реформы Тредиаковского, Ломоносова и Сумарокова привели русское стихосложение к силлабо‒тоническим нормам. Благодаря этим реформам русский стих стал благозвучнее, допускалось смешение стилей. Теория «трех штилей» Ломоносова сделала язык российских стихов простым, произведения стали более упорядоченными по стилю и языку. Огромный интерес представляют оды русских классицистов, которые отличались глубоким патриотизмом и носили часто воспитательный характер.

К концу 18 века оформляется другое литературное направление ‒ сентиментализм. Для него характерно углубление во внутренний мир героя, главное ‒ его эмоции и чувства, психология.

Образцами сентиментализма можно назвать творчество А. Н. Радищева и Н. М. Карамзина. Именно «Бедная Лиза» Карамзина является наиболее ярким примером сентиментализма. Повесть открыла новые стороны восприятия личности, стала откровением для общества 18 века.

Литература 18 века: направления и представители — Общие статьи

Чуткий к духу эпохи Александр Сергеевич Пушкин сравнил Россию 18 века с кораблем, спущенным на воду «при стуке топора и при громе пушек». «Стук топора» можно понять по-разному: то ли как размах строительства, переделки страны, когда и Петербург, от берегов которого отходил корабль, еще напоминал наспех сколоченную театральную декорацию, еще не оделся в гранит и бронзу на века; то ли стук топора означал, что уж очень торопились спустить на воду корабль, и на нем, уже отходящем, продолжались работы; то ли это был стук топора, рубившего непокорные головы. И уж очень торопился «экипаж» этого корабля войти в Европу: наспех рубили канаты, связывавшие судно с родным берегом, с прошлым, забывая традиции, предавая забвению культурные ценности, которые казались варварскими в глазах «просвещенной» Европы. Россия отдалялась от Руси.

И все же от себя не уйти. Можно сменить русское платье на немецкое, остричь бороду и выучить латынь. Есть традиции внешние, а есть внутренние, не видимые нам самим, выработанные нашими предками в течение сотен и сотен лет. Что же изменилось в 18 веке? Многое, но самые глубинные, самые неосязаемые и самые важные национальные ценности остались, из древней истории перекочевали в новую, из древнерусской литературы они незаметно, но уверенно вошли в литературу 18 века. Это трепетное отношение к написанному слову, вера в его истинность, вера в то, что словом можно исправить, научить, просветить; это постоянное стремление видеть мир «духовными очами» и создавать образы людей высокой духовности; это неиссякаемый патриотизм; это тесная связь с народной поэзией. Писательство так и не стало на Руси профессией, оно было и осталось призванием, литература была и осталась руководством к правильной, высокой жизни.

По устоявшейся традиции с 18 века мы начинаем отсчет новой русской литературы. С этого времени отечественная словесность начинает движение к литературе европейской, чтобы окончательно влиться в нее уже в 19 веке. Из общего потока выделяется так называемая «изящная словесность», то есть художественная литература, искусство слова. Здесь поощряются вымысел, авторская фантазия, занимательность. Автор — поэт, драматург, прозаик — уже не переписчик, не составитель, не фиксатор событий, а творец, создатель художественных миров. В 18 веке наступает время авторской литературы, начинает цениться не правдивость описанного, не следование канонам, не сходство с образцами, а, напротив, оригинальность, неповторимость писателя, полет мысли и фантазии. Впрочем, такая литература только рождалась, и русские писатели поначалу тоже следовали традициям и образцам, «правилам» искусства.

Одним из первых культурных приобретений России у Европы стал классицизм. Это была очень стройная, понятная и несложная система художественных принципов, вполне подходящая для России начала и середины 18 века. Обычно классицизм возникает там, где укрепляется и расцветает абсолютизм — неограниченная власть монарха. Так было во Франции 17 века, так было в России 18 столетия.

Разум и порядок должны главенствовать и в человеческой жизни, и в искусстве. Литературное произведение — это результат авторского воображения, но в то же время разумно организованное, логически, по правилам, построенное творение. Искусство должно демонстрировать торжество порядка и разума над хаосом жизни, так же как государство олицетворяет разум и порядок. Поэтому искусство имеет еще и огромное воспитательное значение. Классицизм делит все литературные жанры на «высокие» жанры и «низкие». К первым относятся трагедия, эпопея, ода. Они описывают события государственного значения и следующих персонажей: полководцев, монархов, античных героев. «Низкие» жанры — комедия, сатира, басня показывают жизнь людей средних сословий. У каждого жанра свое воспитательное значение: трагедия создает образец для подражания, а, например, ода воспевает деяния героев современности — полководцев и царей, «низкие» жанры высмеивают пороки людей.

Самобытность русского классицизма проявилась уже в том, что с самого начала он стал активно вмешиваться в современную жизнь. Показательно, что, в отличие от Франции, путь классицизма в нашей стране начинается не с трагедий на античные темы, а со злободневной сатиры. Зачинателем сатирического направления был Антиох Дмитриевич Кантемир (1708—1744). В своих страстных сатирах (обличительных стихотворениях) он клеймит дворян, уклоняющихся от выполнения своего долга перед государством, перед своими заслуженными предками. Такой дворянин не заслуживает уважения. В центре внимания русских писателей-классицистов — образование и воспитание просвещенного человека, продолжающего дело Петра I. И Кантемир в своих сатирах постоянно обращается к этой, сквозной для всего 18 века, теме.

Михаил Васильевич Ломоносов (1711 — 1765) вошел в историю русской литературы как создатель од, торжественных стихотворений на «высокие» темы. Цель оды — прославление, и Ломоносов прославляет Россию, ее мощь и богатство, ее нынешнее и будущее величие под просвещенным руководством мудрого монарха.

В оде, посвященной восшествию на престол Елизаветы Петровны (1747 г.), автор обращается к новой царице, но прославление превращается в поучение, в «урок царям». Новый монарх должен быть достоин своего предшественника — Петра Великого, доставшейся ему богатой страны, а потому следует покровительствовать наукам, сохранять «возлюбленную тишину», то есть мир: Оды Ломоносова прославляют и достижения науки, и величие Бога.

«Позаимствовав» классицизм с Запада, русские писатели тем не менее внесли в него традиции древнерусской словесности. Это патриотизм и поучительность. Да, трагедия создавала идеал человека, героя, образец для подражания. Да, сатира высмеивала. Да, ода прославляла. Но, давая пример для подражания, высмеивая, прославляя, писатели поучали. Именно этот назидательный настрой делал произведения русских классицистов не отвлеченным искусством, а вмешательством в современную им жизнь.

Впрочем, до сих пор мы назвали лишь имена Кантемира и Ломоносова. А свою дань классицизму отдали В. К. Тредиаковский, А. П. Сумароков, В. И. Майков, М. М. Херасков, Д. И. Фонвизин. Г. Р. Державин и многие другие. Каждый из них внес что-то свое в русскую литературу, и каждый отступал от принципов классицизма — настолько стремительным было развитие литературы 18 века.

Александр Петрович Сумароков (1717—1777) — один из создателей русской классицистской трагедии, сюжеты для которой он черпал в русской истории. Так, главными героями трагедии «Синав и Трувор» являются новгородский князь Синав и его брат Трувор, а также Ильмена, в которую оба они влюблены. Ильмена отвечает взаимностью Трувору. Снедаемый ревностью, Синав преследует возлюбленных, забывая о долге справедливого монарха. Ильмена выходит замуж за Синава, потому что этого требует ее отец-вельможа, а она человек долга. Не в силах перенести разлуки, изгнанный из города Трувор, а затем и Ильмена кончают жизнь самоубийством. Причина трагедии в том, что князь Синав не обуздал свою страсть, не смог подчинить чувства разуму, долгу, а именно это требуется от человека в классических произведениях.

Но если трагедии Сумарокова укладываются в целом в правила классицизма, то в любовной лирике он являлся истинным новатором, где, как известно, чувства всегда побеждают разум. Что особенно примечательно, в поэзии Сумароков опирается на традиции народной женской лирической песни, и часто именно женщина — героиня его стихов. Литература стремилась выйти за круг тем и образов, предписанных классицизмом. И любовная лирика Сумарокова — прорыв к «внутреннему» человеку, интересному не тем, что он гражданин, общественный деятель, а тем, что несет в себе целый мир чувств, переживаний, страданий, любви.

Вместе с классицизмом в Россию с Запада пришли и идеи Просвещения. Все зло от невежества — считали просветители. Невежеством они считали тиранию, несправедливость законов, неравенство людей, а часто и церковь. Идеи Просвещения отозвались в литературе. Особенно дорог был русским писателям идеал просвещенного дворянина. Вспомним Стародума из комедии Дениса Ивановича Фонвизина (1744 (1745) — 1792) «Недоросль» и его высказывания. Монологи и реплики героя, резонера, рупора идей автора, выявляют просветительскую программу. Она сводится к требованию справедливости в самом широком смысле — от управления государством до управления имением. Автор считает, что справедливость восторжествует тогда, когда добродетельны будут законы и люди, их исполняющие. А для этого необходимо воспитание просвещенных, нравственных, образованных людей.

Просветительскими идеями проникнута одна из самых знаменитых книг 18 века — «Путешествие из Петербурга в Москву». Радищева (1749—1802), автора этого произведения, Екатерина Великая назвала «бунтовщиком хуже Пугачева». Книга построена в форме путевых заметок, жизненных наблюдений, сценок и размышлений, которые приводят автора к мысли о несправедливости всего строя жизни, начиная с самодержавия.

Литература 18 века все внимательнее всматривается не в одежду и поступки, не в социальное положение и гражданские обязанности, а в душу человека, в мир его чувств. Под знаком «чувствительности» прощается литература с 18 веком. На почве просветительских идей вырастает литературное направление — сентиментализм. Вы помните маленькую повесть Николая Михайловича Карамзина (1766—1826) «Бедная Лиза», ставшую в какой-то степени переломным явлением для русской литературы. Эта повесть провозгласила внутренний мир человека основной темой искусства, продемонстрировав душевное равенство всех людей в противоположность социальному неравенству. Карамзин заложил начало русской прозы, очистил литературный язык от архаизмов, а повествование — от напыщенности. Он научил русских писателей независимости, потому что истинное творчество — глубоко личное дело, невозможное без внутренней свободы. Но внутренняя свобода имеет и свои внешние проявления: писательство становится профессией, художник отныне может не связывать себя службой, ибо творчество есть самое достойное государственное поприще.

«Жизнь и поэзия — одно», — провозгласит В. А. Жуковский. «Живи — как пишешь, пиши — как живешь», — подхватит К. Н. Батюшков. Эти поэты шагнут из 18 века в 19 столетие, их творчество — это уже другая история, история русской литературы 19 века.

Источник: В мире литературы. 10 кл. / А.Г. Кутузов, А.К. Киселев и др. М.: Дрофа, 2006

Pushkin: Литература XVIII века. Классицизм

Пётр I

Начало XVIII века русской культуры неразрывно связано с именем и деятельностью Петра I. Пётр стал царём в 1682 году (когда ему было 10 лет), а стал править самостоятельно в 1689 году. С юных лет проявляя интерес к наукам и заграничному образу жизни, Пётр первым из русских царей совершил длительное путешествие в страны Западной Европы. По возвращении из них, в 1698 году, Пётр развернул масштабные реформы российского государства и общественного уклада. Одним из главных достижений Петра стало значительное расширение территорий России в Прибалтийском регионе после победы в Великой Северной войне, что позволило ему принять в 1721 году титул первого императора Российской империи.

Пётр I проводил государственно-административные реформы, в коде которых вся система российской культуры подверглась коренным преобразованиям. До Петра в России было лишь одно высшее учебное заведение – Славяно-греко-латинская академия, где стиуденты получали церковное образование. Светских школ не было вообще. При Петре молодых людей массово посылали на учёбу за границу, а затем начали открывать различные начальные школы. В 1725 году Пётр I подписал указ об организации Академии наук. А первый русский университет был открыт только в 1755 году. План работы для него был составлен Ломоносовым.

Пётр также занимался изменением быта русских дворян. Он приказал сбрить бороды и законодательно запретил носить древнерусскую одежду. Он требовал, чтобы и в семейной жизни, и в привычках и поведении русский дворянин был «европейцем». Пётр верил в правительственное насилие, но и не забывал о мощи убеждающего слова. При нём стала выходить первая в России газета («Ведомости»), стали широко издаваться книги, переведенные с европейских и древних языков – в основном научного и практического характера.

Дворцовая площадь и Александрийская колонна в Петербурге

Литература в XVIII веке в России развивалась под знаком классицизма. Классици́зм (от латинского слова classicus – образцовый) – это литературное течение, которое распространилось в Западной Европе в XVII веке, а в России – в  XVIII веке. В основе его лежат идеи рационализма (от латинского слова ratio – разум). Разум выыражается в логике и правилах. Логика и правила лежат в основании космоса и управляют мирами. Человек постигает их своим умом. Чувства же связывают человека с неразумным началом природы – животными. Они (чувства) – источник заблуждений, ошибок и эгоизма. В человеке борются два начала – божественный разум и животные страсти. Изображение этой борьбы было любимой темой писателей-классицистов.

Классицизм требовал от искусства соблюдения строгой логики. Всё творчество делилось на жанры, а для каждого жанра были определены строгие нормы. Жанры делились на высокие, средние и низкие. Произведения высоких жанров были посвящены государственно-философской проблематике. Это эпопе́я (героическая поэма, посвященная выдающемуся событию государственной жизни), о́да (торжественное лирическое стихотворение, излагающее высокие чувства поэта по поводу какого-либо государственно значимого события или философской мысли) и ора́торская речь (ода в прозе). В произведениях средних жанров человек переживал борьбу между высокими идеями и эгоистическим стремлением к личному счастью. К средним жанрам относится траге́дия, посвященная борьбе чувства и до́лга, и благородная лирика – иди́ллия, экло́га и т.п. Низкие жанры рассматривали события конкретной жизни, обычно в комическом свете. Это бытово́й рома́н, ба́сня, коми́ческая и пароди́йная поэзия.

Классицизм не требовал от автора оригинальности. Создавать произведение искусства следовало в строгом соответствии с правилами и по образцам, которые классицизм видел в анти́чной (древней – греческой и римской) литературе.

Особенности русской архитектуры и скульптуры XVIII века

Особенности русской архитектуры и скульптуры XVIII века

В первой половине XVIII века в культуре России главенствовал стиль барокко, во второй половине – классицизм

1703 год – основание Санкт-Петербурга Санкт-Петербург, в отличие, от Москвы имел строгую планировку улиц

Заполните таблицу «Архитектура Санкт-Петербурга в XVIII веке» Архитектурное сооружение Годы, правитель Архитектор Петровское барокко Елизаветинское барокко Классицизм Особенности

«Петровское барокко» : • простота объёмных построений • чёткость членений и сдержанность убранства • вертикальность членений • разрыв с византийскими традициями

Адмиралтейство

Петропавловский собор

Здание Двенадцати коллегий

Кунсткамера – первый в России музей

«Елизаветинское барокко» : • пространственный размах • обилие декоративных элементов • в интерьере – излишняя пышность, украшательство – росписи, зеркала, резьба • отсутствие привычных геометричных форм • преобладает строительство дворцов и соборов • использование элементов «нарышкинского стиля» (форма луковичных глав, контрастное цветовое решение)

Зимний дворец

Екатерининский дворец

Большой Петергофский дворец

Петергоф

Классицизм: • геометрически правильная планировка • симметричность • использование ордерной тектонической системы • отсутствие излишних декоративных элементов Главная основа архитектуры – гармоничное взаимодействие элементов, опора на античные формы Особенность русского классицизма – закруглённость форм

Таврический дворец

Троицкий собор Александро-Невской лавры

Смольный институт

Александровский дворец

Скульптура Первая половина XVIII века – барокко Скульптура связана с именем Барталамео Карло Растрелли Анна Иоановна с арапчонком Бюст Петра I Бюст Меньшикова

Вторая половина XVIII века – классицизм Традиция античной скульптуры требовала изображения обнажённых фигур, но этика XVIII века этого не позволяла, поэтому сначала полководцев изображали в виде римских богов в доспехах, позднее в тогах

Этьен Морис Фальконе «Медный всадник»

Этьен Морис Фальконе «Грозящий Амур» (1755)

М. И. Козловский «Памятник А. Суворову»

Ф. И. Шубин «Екатерина II – законодательница»

Домашнее задание: Заполнить таблицу по архитектуре в тетради, записать сведения о скульптуре P. S. Попозже вышлю вам ещё одну презентацию. Тетради сдадите на проверку

Архитектура 18 века в России

Архитектура 18 века в России.
Три стиля:
Барокко, Рококо, Классицизм.
Ученицы 4 «В» класса
Школы №37
Березиной Арины
Архитектура 18 века в России
18 век в архитектуре и градостроительстве России считается важным и знаковым. Он
характеризуется тремя направлениями – барокко, рококо и классицизмом,
проявившимися последовательно в течение века. В этот период появляются новее
города, создаются объекты, которые в наше время считаются признанными
историческими и архитектурными памятниками.
Первая треть 18 века. Барокко
В первой трети столетия все архитектурные преобразования неразрывно связаны с
именем Петра Первого. За этот период российские города претерпели значительные
изменения и в социально-экономическом плане и в архитектурно-планировочном.
Именно в это время развивается промышленность, что приводит к строительству
множества промышленных городов и поселков. Политическая обстановка в стране и за
ее пределами создала предпосылки к тому, что главенствующие в этот период
дворянство и купечество оказываются втянутыми в строительство объектов
общественного назначения. Если до этого периода самыми величественными и
красивыми создавались в основном церкви и царские резиденции (палаты), то в начале
18 века в городах уделяется большое значение внешнему виду обычных жилых зданий, а
также появляющихся театров, набережных, идет массовое строительство ратушей, школ,
больниц (так называемых гошпиталей), домов для сирот. С 1710 года в строительстве
активно начинают использовать кирпич вместо деревянных построек. Правда,
первоначально это нововведение касалось, прежде всего, столиц, тогда как для
периферии камень и кирпич надолго еще оставались под запретом.
Петром I создается особая комиссия, которая в будущем станет главным органом
государственного проектирования как столицы, так и других городов. Гражданское
строительство уже преобладает над церковным. Большое значение придается не
только фасадам, но и облику всего города – дома начинают строить фасадами вдоль
улиц, производится разуплотнение застройки в противопожарных целях,
благоустраиваются улицы, мостятся дороги, решается вопрос с уличным освещением,
по обочинам высаживаются деревья. Во всем этом чувствуется зримое влияние
запада и твердая рука Петра, своими указами совершившего в те годы практически
революцию в градостроительстве. Поэтому не удивительно, что России за короткий
срок удается практически догнать Европу, выйдя на достойный уровень по уровню
градостроительства и благоустройства городов.
Главным архитектурным событием начала века считается строительство СанктПетербурга. Именно с этого города и московской Лефортовской слободы
начинаются серьезные преобразования в архитектурном облике прочих городов.
Ориентированный на запад Петр Первый приглашает иностранных архитекторов и
отправляет российских специалистов на обучение в Европу.
В Россию приезжают Трезини, Леблон, Мичетти, Шедель, Растрелли (отец) и другие
именитые архитекторы, которым суждено внести большой вклад в русское
зодчество первой четверти 18 века. Что интересно, если в начале своего
творческого пути в России они четко следовали своим принципам и западному
архитектурному мышлению, то уже через какой-то период времени специалистыисторики отмечают влияние нашей культуры и самобытности, которое
прослеживается в их более поздних работах.
В первой трети 18 века преимущественным направлением в архитектуре и
строительстве является барокко. Этому направлению свойственно сочетание
реальности и иллюзии, пышности и контраста. Строительство Санкт-Петербурга
начинается с заложения Петропавловской крепости в 1703 году и Адмиралтейства в
1704 году. Петр поставил серьезные задачи перед архитекторскими кадрами того
периода в плане соответствия нового города передовым европейским принципам
градостроительства. Благодаря слаженной работе русских архитекторов и их
иностранных коллег, северная столица приобрела формально западные черты в
слиянии с традиционно русскими. Тот стиль, в котором создавались
многочисленные помпезные дворцы, церкви, государственные учреждения, музеи
и театры сейчас часто называют русским барокко или барокко Петровской эпохи.
В этот период создаются
Петропавловский собор, летний дворец
Петра Первого, Кунсткамера, дворец
Меньшиикова, здание Двеннадцати
коллегий в Санкт-Петербурге. В стиле
барокко оформлены, созданные в этот и
более поздний период, ансамбли
Зимнего дворца, Царского села,
Петергофа, Смольного монастыря,
дворца Строгановых. В Москве — это
церкви Архангела Гавриила и Иоанна
Воина на Якиманке, характерными
элементами свойственными этому
периоду оформлен главный въезд в
Арсенальный двор Кремля. Среди
важных объектов провинциальных
городов стоит отметить Петропавловский
собор в Казани.
Середина 18 века. Барокко и рококо
Несмотря на то, что смерть Петра I была большой утратой для государства, она уже не
оказала существенного влияния на развитие градостроительства и архитектуры того
периода. Русские архитекторы, работающие в Петербурге под началом иностранцев,
перенимали их опыт, вернулись на родину и те, кто был отправлен на обучение за границу.
Страна на тот момент обладала сильными кадрами. Ведущими русскими архитекторами
того периода являлись Еропкин, Усов, Коробов, Земцов, Мичурин, Бланк и другие.
Стиль характерный этому периоду называется рококо и является сочетанием барокко и
зарождающегося классицизма. В нем проявляется галантность, уверенность. Рококо
больше характерен для интерьерных решений того времени. В строительстве зданий еще
отмечается пышность и помпезность барокко, а также начинают проявляться строгие и
простые черты классицизма.
Этот период, совпавший с правлением дочери Петра – Елизаветы, отмечен творчеством
Растрелли–сына. Воспитанный на русской культуре, в своих работах он демонстрировал не
только блеск и роскошь дворцовой архитектуры, но и понимание русского характера,
русской натуры. Его проекты вместе с творчеством современников Квасова, Чевакинского,
Ухтомского органично вписались в историю русского зодчества 18 века. С легкой руки
Растрелли купольные композиции стали появляться не только в столице, но и в других
российских городах, постепенно заменив собой шпилеобразные. Парадность и размах его
дворцовых ансамблей не знает аналогов в русской истории. Но при всем признании и
роскоши искусство Растрелли и его современников продержалось не долго, и на смену
ему во второй половине 18 века приходит волна классицизма. В этот период создаются
самые масштабные проекты — новый генеральный план Петербурга и проект
перепланировки Москвы.
Конец 18 века. Классицизм
В русской архитектуре в последнюю треть 18 века начинают проявляться черты нового
направления, которое впоследствии назвали русским классицизмом. К концу века
классицизм прочно закрепляется как основное направление искусства и архитектуры.
Этому течению характерны строгость античных форм, простота и рациональность
конструкций. В отличие от строений в стиле барокко, заполнивших собой Петербург и его
окрестности, классицизм наиболее проявил себя в московских постройках того времени.
Среди многих, стоит отметить дом Пашкова, здание Сената, Царицынский комплекс, дом
Голицына, дворец Разумовских, которые считаются наиболее яркими примерами
проявления классицизма в архитектуре. В Петербурге в это время возводились
Таврический дворец, Александро-Невская лавра, Мраморный дворец, Эрмитаж,
Эрмитажный театр, Академия наук. Выдающимися архитекторами того времени по праву
считают Казакова, Баженова, Ухтомского и многих других.
На период 18 века относятся и изменения, коснувшиеся множества провинциальных
городов того времени, – Ярославля, Костромы, Нижнего Новгорода, Архангельска, Одоева
Богородицка, Ораниенбаума, ныне Ломоносова, Царского села, ныне Пушкина и так
далее. С 18 века берут свое начало Петрозаводск, Таганрог, Екатеринбург и многие другие
города, ставшие в тот период и впоследствии важными промышленными и
экономическими центрами российского государства.

истории московских реставраторов / Новости города / Сайт Москвы

Как восстанавливали «Русский Парнас», чем не угодили двуглавые грифоны на чугунной лестнице и можно ли воссоздать никогда не существовавший декор фасадов? Эти и другие вопросы мы задали трем известным московским реставраторам.

Евгений Журин

Генеральный директор ООО «Архитектурно-реставрационная мастерская № 7», опыт работы — более 46 лет

Евгений Владимирович — автор проектов реставрации объектов культурного наследия ансамбля Николаевской военной богадельни в усадьбе Измайлово и главного дома в музее-усадьбе «Остафьево». Последняя была построена в конце XVIII века при князе Андрее Вяземском, отце поэта Петра Вяземского. Авторство проекта при постройке дома приписывается так называемой архитектурной школе Казакова. Но также возможно, что авторами проекта являлись знаменитые архитекторы Николай Львов и Иван Старов.

Усадьба долгое время была одним из литературных центров Москвы, здесь собирались знаковые фигуры золотого века русской поэзии — например, дважды бывал Александр Пушкин. В этот период аллею, ведущую от главного дома в парк, а вместе с тем и всю усадьбу прозвали «Русский Парнас».

В 1899 году Сергей Шереметев, бывший на тот момент владельцем Остафьева, создал в главном доме музей, посвященный Пушкину и Вяземским. В 1930-е музей был ликвидирован и в усадьбе разместился санаторий. В конце 1980-х годов усадьба вновь получила статус музея.

Евгений Журин — о работах в усадьбе Измайлово и музее-усадьбе «Остафьево»:

«В усадьбе Измайлово коллектив нашей мастерской занимался реставрацией двух корпусов Николаевской богадельни. Северный солдатский и восточный корпуса были построены 1840-х годах в составе богадельни архитектором Константином Тоном, автором проекта храма Христа Спасителя. В 1925–1926 годах при устройстве на Измайловском острове рабочего городка имени Баумана корпуса были значительно перестроены. Для увеличения площади жилья было сделано множество перегородок, а третий этаж поделен на два. Так трехэтажные здания стали четырехэтажными.

Когда проводится реставрация, архитектурный облик здания и его конструкции всегда приводят в соответствие с тем или иным строительным периодом. При реставрации корпусов в Измайлове по объективным причинам мы приняли решение не вмешиваться в сложившуюся конструктивную схему здания и отреставрировать их на период начала ХХ века. Также был разработан и воплощен проект приспособления восточного корпуса под размещение реставрационных мастерских Государственного исторического музея.

Более масштабные и интересные работы мы проводили в усадьбе Остафьево — “Русский Парнас”. При Вяземских от Овального зала в парк вела липовая аллея. Существует предание, что название “Русский Парнас” появилось после того, как Пушкин приехал сюда в гости и, увидев эту аллею, усмотрел сходство с греческим Парнасом. Это название дошло и до нас, закрепившись в современном названии усадьбы.

Главный дом — здание конца XVIII — начала XIX века в стиле классицизм, то есть допожарной Москвы. Задачей нашего коллектива было восстановить именно первоначальный проект. Очень сложная задача, учитывая, что практически ничего не сохранилось. В советский период здание было музеем, затем домом отдыха, а затем снова музеем. В 1995-м усадьбу включили в перечень объектов культурного наследия федерального значения. В 1990–2000-е годы было проведено очень много работ: отреставрированы флигели, раскрыты галереи, укреплены конструкции, сделаны несгораемые перекрытия и так далее. Моя команда подключилась к реставрации в 2010 году и занялась главным зданием.

Мы начали работы с проекта воссоздания бельведера, который был практически утрачен в 70-е годы XIX века. Затем мы полностью воссоздали декоративное убранство фасадов, лепной декор. Интересно, что мы ориентировались на изначальный проект. На этом этапе проектных работ особенно сложным было то, что при натурных исследованиях нам удалось найти очень мало данных, обычно задающих вектор для реставрации. Тем не менее у нас был хороший материал в виде проекта 1799 года, который сохранился.

Могу сказать, что мы полностью справились с задачей. Были устранены все наслоения советского периода, добавлены архитектурные элементы, соответствующие русскому классицизму, которые придали фасадам завершенный вид. Сейчас они выглядят гармонично и естественно.

Следующий большой этап работ — интерьеры здания. Здесь ситуация была не менее сложной, чем с фасадами. Кроме главного парадного помещения — Овального зала, все архитектурное убранство начала XIX века было утрачено. Мы провели комплексные исследования, подобрали огромное количество аналогов того времени. Изучали стиль и авторский почерк предполагаемых авторов проекта. На сегодняшний день большинство исследователей считает, что проект разработали под руководством Матвея Казакова или людей из его школы.

Интерьеры полностью воссозданы, хотя они, за исключением Овального зала и объемно-пространственной композиции, другими словами планировки, были утрачены. Зная назначение каждого помещения и основываясь на историческом описании, мы предложили декоративное убранство в соответствии с тем историческим периодом.

Проект реставрации был непростым. Потребовалось очень глубоко погрузиться в тему, провести колоссальное количество исследований. Ведь реставратору важно прочесть изначальный архитектурный замысел, попытаться вписаться в его концепцию, понять, о чем думал архитектор, когда проектировал здание.

Сейчас проведена комплексная реставрация главного дома. Невоплощенным остался только раздел проекта реставрации с живописью, которая придаст интерьерам еще большую гармоничность и завершенность. Я рассчитываю, что в ближайшее время эти работы будут выполнены».

Татьяна Борисова

Ведущий архитектор ООО «Реставрационно-строительная компания “Гефест”», опыт работы — 45 лет

Татьяна Борисова рассказала о своих проектах реставрации по программе «1 рубль за 1 квадратный метр»:

«Один из проектов — реставрация флигеля городской усадьбы XIX века на Гончарной улице. Интересный объект, хотя и совсем небольшой. Флигель был, по сути, заброшен. Это хозяйственная постройка с подвальными помещениями и отдельными входами. Этаж над ними раньше был прачечной и кухней. В советское время там располагались мастерские.

Тем не менее флигель был в достаточно хорошем состоянии, потому что крыша не протекала. В результате реставрации мы привели в порядок окна, выходящие на переулок, украсили фасад вазонами, которые выполнили по архивным эскизам. Декоративное оформление фасада фрагментарно сохранилось, поэтому удалось полностью все восстановить.

Инвестор, который взял в аренду это здание по программе “1 рубль за 1 квадратный метр”, сделал там мини-гостиницу. Получился очаровательный маленький дом с красивым двориком.

Еще один мой объект по этой программе — флигель городской усадьбы купца Гусева на Большой Полянке. Главный дом выходит на Серпуховскую площадь. Он знаменит тем, что там находилась аптека Феррейна. При Гусеве флигель был жилым и хозяйственным, при Феррейне в нем располагались вспомогательные помещения для аптеки. Позже, перед революцией, там была лудильная мастерская Макарьева. Был еще один период, когда флигель снова стал жилым. Словом, история богатая, жизненная. К нам на реставрацию здание попало в запущенном состоянии. Но, как и у флигеля на Гончарной улице, фасады сохранились.

Кое-что делали по архивам. Например, витринные окна на первом этаже, вход с улицы — так, как это было при Феррейне. Самое важное — мы соединили флигель с главным домом оградой. До этого он стоял оторванный, сам по себе, маленькое двухэтажное здание в три окна, которое непонятно к чему относится. Теперь это комплекс. Мне кажется, это самое ценное, что мы сделали.

Сохранились изразцовые белые печи, очень красивые, скошенные в одну из комнат. Их мы тоже привели в порядок. Еще сделали козырьки по историческому образцу. Флигель делали под кафе, но арендатор передумал, и теперь там будет магазин брендовой одежды.

Самое сложное в таких проектах — недостаток времени. Арендаторы хотят провести реставрацию быстрее, а нам нужно проделать очень большую предварительную работу: поднять архивы, провести историко-библиографические исследования. Реставрация — дело неспешное, она требует качества и кропотливости».

Галина Степаненко

Главный архитектор проекта ООО «АРМ “Фаросъ”», опыт работы — более 35 лет

Галина Степаненко рассказала об истории и реставрации жилого дома XVIII–XIX веков (Старосадский переулок, дом 9, строение 1). Это объект культурного наследия федерального значения. Проект завоевал награду конкурса «Московская реставрация» в 2017 году.

«Это здание состоит из разновременных объемов (в архитектуре объемом называется сооружение или его часть, воспринимаемые в их внешней форме. — Прим. mos.ru.). Самый древний — каменные одноэтажные жилые палаты середины XVIII века, построенные на высоком холме — Ивановской горке. Главным фасадом они обращены на Москву-реку. К началу XIX века палаты надстроили, они стали трехэтажными, а в 1812 году дом пострадал при пожаре. После восстановления фасады оформили в стиле ампир, пристроили круглую открытую веранду с двумя маршами лестниц, ведущими в сад.

Более сорока лет (до 1870 года) домом владел Александр Куманин, купец 1-й гильдии, чаеторговец. Он был женат на тетке Федора Достоевского и был крестным отцом писателя. После смерти родителей Федора Михайловича воспитывал его братьев и сестер как своих детей. Поэтому дом в Старосадском переулке важен и интересен для нас еще и потому, что связан с именем великого писателя.

В 1901 году владение покупает Московское вспомогательное общество купеческих приказчиков. По проекту архитектора Бориса Кожевникова возводится новое трехэтажное здание, примкнувшее к главному дому. Это было учебное заведение. Как и в случае со всеми домами на рубеже столетий, при его строительстве применялись современные технологии: здесь сделали центральное отопление, водопровод, канализацию, электроосвещение, систему вентиляции. В 1912 году вдоль восточной границы владения добавляется пятиэтажный корпус, его встроили в главный дом, разобрав его часть. Над оставшимися помещениями главного дома возводят четвертый, а над утраченными — пятый этаж. Так главный дом перестал существовать как отдельное строение.

Историческая библиотека разместилась в здании в 1938 году. В 1980-х пристроили семиэтажный технический корпус: его торец вплотную примыкал к центральной части бывшего главного дома усадьбы, из-за чего парадная зала второго этажа оказалась без солнечного света.

Разобраться со всеми этими этапами строительства и переделки нам помогли архивные материалы — чертежи главного дома усадьбы XIX века и проект Кожевникова, а также тщательные натурные исследования со снятием штукатурки, разборками закладок, демонтажем современных обшивок.

В результате стало возможно “прочитать” первоначальный облик палат XVIII века: открылась кладка растесанных окон, по “хвостам” срубленных кирпичей определились их первоначальные габариты, был обнаружен профилированный белокаменный межэтажный карниз. Открылись рустованная поверхность фасадов и полы из белокаменных плит в сводчатых палатах первого этажа. Мы нашли старые паркеты XIX века под современными, отделку искусственным мрамором стен и вогнутых печей в парадной комнате второго этажа, так называемой мраморной комнате. Это отделка очень высокого качества, модная в XIX веке и часто используемая в богатых домах. Ее невозможно отличить от натурального полированного мрамора.

Мы восстановили интерьеры и фасады XVIII века, максимально используя полученную во время исследований информацию. В виде зондажей оставили фрагменты белокаменного цоколя и кирпичной кладки, разобранной при перестройке стены в начале XIX века. Фасадам усадебного дома вернули их вид на период ампирного оформления. Они были оштукатурены и окрашены охрой.

Большой удачей можно назвать реставрацию фасадов здания начала XX века вдоль Старосадского переулка. Оно было построено в так называемом кирпичном стиле, популярном на рубеже XIX–XX веков. В советское время первый этаж оштукатурили цементным раствором, а верхние покрасили желтой масляной краской по кирпичной поверхности. Стиль сразу исказился. Вернуть первоначальный облик казалось практически невозможным, потому что отслоение цемента всегда сопровождается разрушением кирпича под ним. Но с применением реставрационных технологий и качественных материалов получилось расчистить, сохранить и возвратить лицевой поверхности кирпича его первоначальный вид.

Во время работ удалось доказать существование на главном фасаде двух входов, помимо центрального. Они были заложены через несколько лет после постройки здания, но даже на самой ранней дореволюционной фотографии видно, что их переделали в окна. Эти два дополнительных входа вели в вестибюли: один для девочек, второй — для мальчиков. Дети учились раздельно на разных этажах и поднимались по разным лестницам в торцах коридора.

Центральный вход вел в парадный зал второго этажа — зал общих собраний. Его интерьер был выполнен в классическом стиле: с пилястрами, сложным карнизом, богатым лепным декором. Конечно, за долгие годы была утрачена первоначальная окраска стен, лепнина оказалась под слоями ремонтных красок, получила повреждения от протечек крыши, старый паркет сгнил под уложенным на него советским. Потребовалась тщательная кропотливая расчистка от всех поздних наслоений и воссоздание декора в местах утрат.

Очень интересное открытие — сохранившееся первоначальное ограждение парадной лестницы, ведущей в зал второго этажа. После снятия деревянной обшивки обнаружились чугунные фигурные балясины в виде двуглавых грифонов. Возможно, в советское время их закрыли потому, что они напоминали имперских двуглавых орлов. Почти все фигуры сохранились. Реставрация их и каменных ступеней, скрытых под мозаичной бетонной заливкой, вернула центральной лестнице первоначальный парадный вид.

Хочу отметить огромную роль в этом проекте Натальи Пушкаревой, ушедшей из жизни, но успевшей завершить работы на этом памятнике. Она возглавляла производственные работы. А также вклад Натальи Максименко, главного архитектора проекта, моего друга и коллеги, — она подключилась к работам по надзору на памятнике в самый сложный и ответственный момент реставрации интерьеров».

: История :: Культура и искусство :: Россия-Инфоцентр



Художественная культура России XVIII века также претерпевала глубокие изменения. Под растущим влиянием Запада он становился все более и более светским. К середине 18 века в России оформились основные европейские стили — классицизм и барокко.

Антиох Кантемир, Василий Тредиаковский и Михаил Ломоносов были главными представителями классицизма в русской литературе.Первый из них получил широкую известность как автор сатиры. Шутки и издевательства над истеблишментом и духовенством спровоцировали при дворе влиятельных врагов Кантемира и задержали публикацию книг на три десятилетия.

Василий Тредиаковский известен как автор поэмы «Тилемахида». Он также внес значительный вклад в теорию литературы, разработав принципы русского стихосложения, которые повлияли на поэтическую классику В.Жуковский А. . А.А. Дельвиг, Н.И. Гнедич. Многие его последующие произведения были одами с глубоким философским содержанием и высоким гражданским восприятием. Кроме того, он является автором трагедий, сатир и эпиграмм. Некоторые из его произведений близки по стилю к барокко.

Михаил Ломоносов , по словам В.Г. Белинского и Александра Пушкина, является « отцом русской литературы и Петром Великим ». Он работал над созданием русского литературного языка и тем самым открыл новую страницу в истории русской литературы.Писатель стремился освободить русскую культуру от церковного влияния. Михаил Ломоносов раскрыл богатство живой русской речи. Он продемонстрировал, что без этого культура русского народа не будет развиваться. Он стал первым русским поэтом, выразившим идею русского национального самосознания: гражданственности, оптимизма и интереса к историческому прошлому и будущей судьбе России.

Работая в области литературы, он стремился сделать русский язык языком философии, литературы и науки.Александр Пушкин заявил, что Михаил Ломоносов спас русский язык от инопланетных воздействий и указал единственно верный путь его развития, то есть способ сближения народной речи и литературного языка.

русссылка100029


Автор: Вера Иванова

Межкультурные связи в перецентрованном мире искусства — Форум профессиональных ресурсов CREEES

Дата проведения: 23 сентября 2021 г.

При поддержке историков искусства и архитектуры восемнадцатого века (HECAA)

Четверг 23 сентября в 9:00 Лос-Анджелес, 12:00 Нью-Йорк, 17:00 Лондон, 18:00 Москва

Требуется регистрация до 22 сентября: https: // bit.ly / russiaroundtable

В XVIII веке Россия стала поистине европейской державой. Тем не менее, несмотря на присутствие русских в Европе и европейцев в России, огромная Российская империя продолжала восприниматься как квази-восточная страна. В результате те художники и произведения искусства, которые перемещались с Запада на Восток, слишком часто рассматривались как исчезающие в далеком царстве. На этой панели будут освещены текущие исследования мира русского искусства и его взаимодействия с Западной Европой в восемнадцатом веке.В коротких презентациях будет рассмотрено значение французских традиций для Императорской Академии художеств Санкт-Петербурга, поездки русских художников в Нидерланды и Париж, российское покровительство венецианскому искусству, связи между русским и британским искусством, отраженные в портретах Рокотова и Гейнсборо. и русское коллекционирование классических древностей.

Мы приглашаем специалистов во всех областях принять участие в следующей дискуссии, которая также коснется места Российской Империи в искусствоведческой науке и преподавании XVIII века.

Представляя признанных и начинающих ученых из США, Великобритании и России, эта работа способствует выполнению миссии HECAA по расширению географического охвата исследований восемнадцатого века, выходя за рамки работы, связывающей Европу с другими колониями.

Эксперты

Розалинд Полли Блейксли — профессор русского и европейского искусства Кембриджского университета, Великобритания. В настоящее время она имеет крупную исследовательскую стипендию Леверхульма в рамках своего проекта «Россия, Империя и Балтийское воображение».Ее книга о женщинах-художниках времен Екатерины Великой будет издана в 2022 году.

Кэтрин Филлипс — профессор истории коллекционирования в Европейском университете в Санкт-Петербурге, профессор Владимира Левинсона-Лессинга. Делая акцент на истории рисунков, она рассматривает коллекционирование на периферии Европы восемнадцатого века, за пределами традиционно признанных центров Парижа, Лондона и Амстердама.

Эмили Рой завершает совместную работу над докторской степенью в Кембриджском университете и в Эшмоловском музее в Оксфорде по изображениям камня в Санкт-Петербурге XVIII и XIX веков.Ранее она работала куратором в Waddesdon Manor (Национальный фонд), специализируясь на прикладном и декоративном искусстве.

Маргарет Саму преподает в школе дизайна Парсонс в Нью-Йорке, где она работает над русским искусством и дизайном восемнадцатого и девятнадцатого веков в глобальном контексте с упором на прием, коллекционирование и рынок искусства. Ее текущая книга проект называется «Русская Венера: Обнаженная женщина в мире искусства Императорской России».

Залина Тетермазова — хранитель эстампов Государственного исторического музея в Москве, специализируется на русском искусстве XVIII века и его международном контексте.Она закончила Московский государственный университет им. М. В. Ломоносова, где в ее кандидатской диссертации (2020 г.) изучалась взаимосвязь между русской портретной живописью и гравюрой во второй половине восемнадцатого века.

картин в почтовом собрании

Екатерина Великая
Вдовствующая Императрица России
Художник Неизвестен, 18 век

Холст, масло 42 x 54 дюйма
Картина маслом — стилизация оригинального портрета русской вдовствующей женщины. Императрица писала картины после вступления на престол в 1762 году.В то время это было обычным делом для придворным художникам делать копии оригинальных портретов монархов для других членов королевской семьи. выставлять в своих резиденциях. На обратной стороне картины есть старая этикетка с надписью находился в коллекции князя Александра Михайловича Белосельского (1752–1809). По всей видимости, это было выставлено в грандиозном и огромном Белосельском-Белорзерском. Дворец на Невском проспекте в г.Петербург, Россия, напротив императорского Аничкова. Дворец.
Екатерина Великая была императрицей России с 1762 по 1796 год. Академия художеств, реорганизованный в 1774 г. при Екатерине II стал питомником русских художников. В Академия была копией той, что была в Париже, даже своих профессоров отправляла учиться в Париж. Однако большинство русских художников того периода были крестьянами. В начале возраста, их отправляли учиться у мастера, что требовало от них работы в манере мастер.Это причина того, что так много прекрасных портретов XVIII века приписывают неизвестным художникам.
Весь 18 век был периодом следования в грандиозном масштабе Стили Возрождения от ранних этапов до барокко, рококо и Классическое возрождение. Это подражание повлияло на русское искусство, особенно в области искусства. литература, музыка и танцы. Россия следовала той же последовательности стилей из От барокко до классического возрождения, как и в других странах Европы.
Эта картина была подарена колледжу в июне 1968 года. Щедрый грант от Фонд Хелен Джонс разрешил реставрацию картины в 2011 году.


Фламандская деревня
Ф. Ван Пэмел, 1780
Холст, масло 80 x 92
Это фламандская картина, изображающая жанровую сцену в пейзаже, предмет высоко ценился и выражался голландскими художниками конца 18 века.Он представляет собой повествование о праздновании и игре в жизни простых людей. В пейзаж — это тот вид, который пользовался большой популярностью, потому что его элементы были настолько знакомы, из далекого города в атмосферной перспективе до плавности мазка кисти, выражающего деталь переднего плана.
Картина изначально выставлялась в поместье миссис Пост во Флориде Мар-а-Лаго. в Сосновом зале вместе с четырьмя другими картинами, изображающими похожие жанровые сцены.Серию из пяти картин миссис Пост приобрела в 1920-х годах. Эта картина, Самый крупный из серии был отдан училищу в январе 1966 года.


Птицы в пейзаже
Карл Ютц, 1860
Холст, масло 68 x 52
Эта картина маслом изображает безмятежный пейзаж с яркими птицами в непосредственной близости. передний план. Пейзаж заканчивается у горного хребта на заднем плане.Деталь данное птицам предлагает научную иллюстрацию. Однако это было типично для стиль Карла Юца (1838-1916), прекрасного немецкого художника натюрморта и природы исследования. В 1853 году Ютц присоединился к студии художника-анималиста Августа Книпа в Баден-Бадене. Германия. После смерти Книпа в 1861 году он хотел учиться в Мюнхенской художественной академии. но его, кажется, не приняли. Таким образом, он продолжил свои тренировки самодидактически.
Во время своих путешествий Юц контактировал с дюссельдорфскими художниками и впоследствии туда переехал учиться в академию. К 1865 году его искусство регулярно выставлялось в Дрезден, Мюнхен и Берлин. Международное признание искусства Jutz пришло в следующем десятилетие, когда он получил награды от выставок в Вене (1879), Мельбурне (1881). и Нью-Йорк (1902). Его картины были воспроизведены рядом художественных домов. и до сих пор популярны благодаря тщательным индивидуальным исследованиям животных и домашних животных.
Картина принадлежала К.У. Посту и была передана его дочери Марджори М. Почта. Картина была первой из трех работ, переданных в училище в г. Февраль 1965 года. Позднее в мае 1973 года картина была передана в дар Колледжу Саут-Плейнс.
Благодаря щедрому гранту Фонда Хелен Джонс картина Ютца получила восстановительное лечение в 2015 году.

Вакханальный праздник
Художник неизвестен, 18 век
Холст, масло 114 x 70 дюймов
Эта картина маслом, являющаяся прекрасным образцом итальянского жанрового искусства 18 века. римский бог Вакх в разгуле с людьми, сатирами и другими мифическими существами.Картина была приобретена отцом Марджори М. Пост, К.В. Постом в 1912 году в знаменитая распродажа Galleria Borghese в Риме. Галерея Боргезе восходит к кардиналу Сципионе Боргезе, племянник Папы Павла V (1605 г.) и великий коллекционер итальянских скульптура и искусство.
Эта картина была подарена Колледжу миссис Пост в январе 1966 года.
Благодаря щедрому гранту фонда CH Foundation в 2011 году картина была восстановлена.

Отступление Наполеона из России
Йозеф Эммануэль ван ден Буше, ок. 1884
76 «x 56» холст, масло
Йозеф Эммануэль ван ден Буше был живописцем «жанра» и истории. Он был рожден в Антверпене, Бельгия, в 1837 году и умер в Бойсфорте недалеко от Брюсселя в 1908 году. профессор в Брюсселе. Император Наполеон был любимым подданным ван ден Буше.Две другие картины — Наполеоновская битва при Ватерлоо и Laissez Passar L’Empereur. — картина Наполеона в историческом контексте. Отступление Наполеона из России в 1812 году был важным поворотным моментом в наполеоновских войнах. Кампания уменьшила французов и союзные силы вторжения до крошечной доли их первоначальной силы.
Есть доказательства, собранные Полом Гримвудом из Джерсивилля, Онтарио, Канада, что Картина когда-то висела в большом поместье сенатора Уильяма Эли Сэнфорда Уэзанфорд. в Гамильтоне, Онтарио.Картина была продана на аукционе поместья в 1938 году за неутешительный цена 80 долларов. Неизвестно, купила ли миссис Пост картину на распродаже в поместье. или позже через арт-дилера.
Эта историческая картина была передана SPC в январе 1966 года.

Гранвиль, 2-й граф Гауэр
Сэр Джошуа Рейнольдс, P.R.A., ок. 1760
57 «x 88» холст, масло
Дворянин средних лет изображен в полный рост стоящим на балконе.Он одет в мантию пэра, длинный плащ с горностайной отделкой, частично скрывающий его высокая, прямая фигура. Цепочка и кулон Святого Георгия опоясывают его плечи. В в правой руке он держит корону, а левой слегка касается ленты что застегивает его плащ на шее. Неподвижность его худощавого лица подчеркивает проницательность его темных глаз, которые вопросительно обращены на зрителя.В непосредственный фон — колонна и задрапированная малиновая занавеска, прерывающая более далекий вид на небо и вершины деревьев.
Считается, что графом, изображенным на этой картине, является Гранвиль Левезон-Гауэр, сын Джона, первого графа Гауэра. Он родился 4 августа 1721 г., умер в октябре 26 января 1803 года. С 1747 по 1764 год он заседал в парламенте как член Вестминстера; и в разное время был лордом-хранителем печати, лордом Чемберленом и лордом-президентом Совета.Он стал вторым графом Гауэром в 1754 году и стал маркизом Стаффорда. 1 марта 1786 года. Он сидел у Рейнольдса в 1760-1761 годах.
Сэр Джошуа Рейнольдс (1723-1792) был великим английским живописцем, который был выдающимся портретистом своего времени. Он родился в Плимптоне, Девоншир, в июле. 16 января 1723 г., сын священнослужителя. Он учился портретной живописи у Томаса Хадсона, самого лучшего модный художник в то время в Лондоне.После трех лет путешествия по Италии он вернулся в Лондон, где вскоре привлек внимание своими портретами выдающихся личностей. Он стал первым английским художником, добившимся общественного признания за свои художественные способности. достижения.
В 1764 году Рейнольдс основал Литературный клуб, в который входили публицисты и критики. Сэмюэл Джонсон, актер Дэвид Гаррик, государственный деятель Эдмунд Берк, писатель Оливер Голдсмит, писатель Джеймс Босуэлл и драматург Ричард Бринсли Шеридан.Когда Королевская Академия искусств был учрежден в 1768 году, Рейнольдс был избран президентом и был посвящен в рыцари. В 1769 г., он прочитал первую из своих ежегодных лекций студентам академии. в котором он изложил идеалистические, нравоучительные принципы академического искусства. В 1784 г. он сменил Аллана Рамзи как художника короля. В том же году он выставил свои портрет английского актера Сары Сиддонс в роли трагической музы (1784, Huntington Art Gallery, Сан-Марино, Калифорния), вероятно, его величайший портрет.
Рейнольдсу приписывают более 2000 портретов. Стилистически на него повлияли Микеланджело и фламандского художника Питера Пауля Рубенса. Портреты Рейнольда были отличается спокойным достоинством, классическими аллюзиями, насыщенным колоритом и реалистичностью изображения. характера. Его портреты являются образцом лондонского общества того времени. Он умер в Лондоне 23 февраля 1792 года.
Этот портрет был приобретен Марджори М.Пост на распродаже коллекции Блэксли в Нью-Йорке в 1915 году, как сообщается, за 4000 долларов.
Перед тем, как передать на время SPC, портрет был исследован в 1962 году Эриком Уотерхаусом. из Института изящных искусств Барбера Бирмингемского университета, Англия. Профессор Уотерхаус, в то время был ведущим специалистом по Рейнольдсу и его портретам. Пока он обосновал что портрет действительно был произведением студии Рейнольдса, он был более склонен идентифицировать джентльмена на фотографии как Джеймса, 2-го графа Вальдегрейва (1715-1763). Его идентификация была основана на сравнении с другими портретами Гранвилла Левесона-Гауэра, 2-й граф Гауэр и те из лорда Вальдегрейва, которые, возможно, сидели для портрета в 1760-1761 гг.
В то время, когда картина была передана в колледж Саут-Плейнс в феврале 1965 года, это был единственный портрет сэра Джошуа Рейнольдса, выставленный на всеобщее обозрение к западу от река Миссисипи. Миссис Пост официально подарила картину колледжу в г. Май 1973 г.
Благодаря щедрому гранту фонда CH Foundation в 2009 году картина была восстановлена.


Кэролайн, королева Георга II
Сэр Годфри Кнеллер, ок. 1716
52 «x 86» холст, масло
Этот портрет в полный рост представляет Каролину Бранденберг-Ансбах, которая стала Королева-консорт Англии в 1727 году. Она стоит лицом влево на три четверти. фронт.На ней синее платье, отороченное горностаем и атласом. Ее рукава короткие и задрапирована кружевом, а ее лиф с низким вырезом украшен драгоценностями. Ее право рука опирается на регалии на столике рядом с ней.
Каролина (1683-1737) была дочерью Джона Фредерика, маркграфа Бранденбург-Ансбахского. Через пять лет после смерти отца в 1687 году ее мать вышла замуж за курфюрста Джона Джорджа. IV из Саксонии, и Каролина жила со своей матерью в Дрездене.Остался сиротой в 1696 году, девушка жила в Берлине со своими опекунами, курфюрстом Фридрихом III Бранденбургским, и его жена София Шарлотта, дочь Электресс Софии. В возрасте двадцати двух лет она вышла замуж за Джорджа Августа, выборного принца Ганновера, от которого у нее было восемь детей, старший из них Фредерик. Когда ее тесть Георг I стал королем Англии в 1714 году она и ее супруг отправились в Англию и вскоре после этого были вложены в как принц и принцесса Уэльская.Тринадцать лет спустя, в 1727 году, вознесся Георгий Август. трон как Георгий II.
Когда миссис Пост приобрела картину, в каталоге продаж было указано, что картина [?] Аллану Рамзи (1713-1784), которого Георг III назначил главным художником короля в 1767 году, спустя много времени после смерти Каролины в 1737 году. консервной обработки в 2009 г., на носилки, на которых картина была приписана сэру Годфри Кнеллеру (1646-1723). Кнеллер был ведущим художником-портретистом в Англии в конце 17-го и начале 19-го века. 18 века, был придворным художником британских монархов от Карла II до Георгия. Я, промежуток в 43 года.
Кнеллер родился Готфрид Книллер в Любеке, Германия. Он учился в Лейдене, но позже стал учеником Фердинанда Бола и Рембрандта в Амстердаме. После работы в Рим, Венеция и Гамбург, он прибыл в Англию в 1674 году по приглашению герцога. Монмута.Он был представлен и написал портрет Карла II. Концентрирующий почти полностью занимаясь портретной живописью, он основал студию, которая создавала портреты на практически в промышленных масштабах. Его портреты установили образец, которому следовали до тех пор, пока Иисус Навин Рейнольдс и Уильям Хогарт. Когда сэр Питер Лели умер в 1680 году, Кнеллер был назначен Главный художник короны Карла II.
В 1690-х годах Кнеллер нарисовал красавиц Хэмптон-Корт, изображая самых гламурных фрейлины Королевского двора, за что он получил рыцарское звание от Уильяма III.Созданный королем Георгом I баронетом, он также был главой Кнеллерской академии. Живопись и графика 1711-1716 гг. В Лондоне. Кнеллер умер от лихорадки в 1723 году. велика вероятность, что этот портрет молодой Кэролайн был написан когда-то после того, как она и Джордж Август прибыли в Англию в качестве принца и принцессы Уэльских.
Этот портрет был частью коллекции герцога Файфа, Дафф Хаус, Банфшир, Шотландии и экспонировалась на выставке Guelph в Новой галерее в Лондоне в 1891 г.
Картина была одолжена Колледжу из частной коллекции Марджори М. Пост. в феврале 1965 года. Он был подарен колледжу в мае 1973 года.
Благодаря щедрому гранту Фонда Хелен Джонс, портрет Кэролайн прошли восстановительное лечение в 2009 году. Процесс консервации показал, что живопись получила позже нарисованные дополнения к драпировке фона и к натурщик, возможно, в попытке аукционного дома сделать картину более желанной продается.Эти более поздние дополнения были удалены, открывая классические черты Кэролайн: а также исходный фон.

Султан Марокко на жеребце
Чарльз Баскервиль-младший, ок. 1927

82 «x 80» холст, масло
Единственный художник ХХ века, представленный в коллекции, Чарльз Баскервиль, Младший был выдающимся американским портретистом, иллюстратором, карикатуристом и художником-монументалистом. Названный в честь своего отца, он родился в 1896 году в Роли, штат Нью-Йорк.C. Позже он жил в часовне. Хилл, Северная Каролина, где его отец был профессором химии в Северном университете. Каролина. Семья приехала в Нью-Йорк, когда старший Баскервиль основал факультет химии Городского университета Нью-Йорка.
Младший Баскервиль намеревался стать архитектором, но прервал учебу в колледже. лет в Корнельском университете, чтобы присоединиться к Радужной дивизии во время Первой мировой войны.После войны, он вернулся в Корнелл и начал заниматься искусством. После окончания, он приехал в Нью-Йорк и сразу добился успеха с рисунками, опубликованными в ведущих юмористических журналов дня. В 1925 году он был принят на работу журналом The New Yorker. чтобы проиллюстрировать колонку о ночном клубе, где он использовал псевдоним Top Hat.
Среди видных деятелей, сидевших за Баскервиль, были Джавахарлад Неру, Бернад Барух, Уильям С.Палей, герцогиня Виндзорская, Корнелиус Вандербильт Уитни, Мистер и миссис Пол Меллон, Ричард Роджерс и Хелен Хейз. Он путешествовал на пони и пешком через Гималаи в Катманду, чтобы нарисовать короля Непала.
Во время Второй мировой войны Баскервиль был назначен официальным художником-портретистом. армейских ВВС. В звании подполковника побывал на театрах военных действий. создать более 60 изображений офицеров и рядовых, которые были выставлены широко и находятся в постоянной экспозиции Пентагона.
За свою жизнь он провел более десятка персональных шоу в Нью-Йорке и его работы выставлялись в Национальной галерее искусств и галерее Коркоран в Вашингтон, Метрополитен-музей и Художественный музей Уитни в Нью-Йорке Сити, Институт Карнеги в Питтсбурге и Чикагский институт искусств.
Как художник-монументалист, он рисовал для частных домов, а также для Wall Street Club, конференц-зал Объединенного комитета по военным делам Сената и Палаты представителей а также для главного холла и бального зала океанского лайнера America, когда-то самого большого лайнеров.
Баскервиль был знаком с Марджори Пост, и миссис Пост построила бальный зал. ее дома в Палм-Бич, Флорида, Мар-а-Лаго, вокруг его фрески, Султан Марокко на жеребце. Дальнейшие исследования показали, что Баскервиль нарисовал и подписал «копия» этого оригинала для миссис Пост, чтобы заменить его оригинал во время ее подарок колледжу.
Предполагается, что персонажем картины является султан Мулай Юсеф, король Марокко. с 1912 г. до его смерти в 1927 г.Баскервиль был известен рисованием портретов. знаменитостей, предполагая, что эта картина, скорее всего, настоящий портрет, а не воображаемый.
Картина была добавлена ​​в коллекцию и передана училищу в марте 1966 года.

Вергилий в России: вехи идентичности

В 1979 году один из самых выдающихся русских классиков второй половины ХХ века Михаил Гаспаров заявил: «Вергилию не повезло в России: они не знали и не любили его.Гаспаров в основном объяснял отсутствие интереса отсутствием канонических русских переводов Вергилия, особенно когда дело дошло до Энеида .

Было несколько попыток перевода римского эпоса на русский язык, четыре из них значимые. В XVIII веке придворный поэт Екатерины Великой Василий Петров (1730–1778) был первым поэтом, взявшим на себя эту монументальную задачу. Его перевод, хотя и высоко оцененный Екатериной и недавно созданной Российской Академией, был высмеян образованной элитой как слабая тень великой римской поэмы.Еще одна попытка перевода всего эпоса произошла лишь в конце XIX века и была предпринята выдающимся русским поэтом Афанасием Фетом (1820-1892), который вместе с русским философом Владимиром Соловьевым (1853-1900) попытался окончательно принести Энеида для русской читающей публики. Хотя этот перевод был встречен гораздо более благосклонно, он все же не приобрел желаемого канонического статуса.

Валерий Брюсов (1873-1924), один из основоположников русского символизма и опытный переводчик, посвятил большую часть своей жизни еще одному переводу Энеиды , но также не оправдал ожиданий, поскольку в окончательной версии его перевода выставлялись многие «иностранные» тенденции, включая непонятные латинизмы, делавшие текст почти нечитаемым.Сергей Ошеров (1931-1983), русский ученый-классик, выполнивший еще один перевод в эпоху «социалистического реализма», принял более либеральный подход к тексту Вергилия, который сделал его значительно более читаемым для аудитории, но держался подальше от поэтического тонкости и сложности оригинального латинского текста.

Это та ситуация, о которой имел в виду Гаспаров, когда говорил о прохладном приеме Вергилия российской читающей публикой. И все же значение Вергилия для формирования русской литературной идентичности оставалось неизменным, поскольку русские писатели участвовали в построении своего национального литературного канона.

Русское сознание сформировало свою связь с Римом (и, таким образом, с Вергилием) двумя путями: первое — через великую, но языческую Римскую империю и ее политические притязания, влекущие за собой имперскую власть и экспансию. Другой — через Византийский Рим и благочестие, связанное с его православием. Даже Екатерина Великая, гордившаяся своим секуляризмом и связью с Вольтером и Монтескье, имела в виду руководство Россией как религиозный и политический идеал единого экуменического православия, под которым весь православный Восток будет политически единым.Вергилий стал рассматриваться как ответ на оба дискурса, охватывающий как имперскую риторику, так и духовные поиски русской христианской души.

Вергилианский прием XVIII века, связанный с текстом Энеиды в русской литературе, был в основном связан с имперскими устремлениями. Неудачные попытки Антиоха Кантемира (1708-1744), Михайло Ломоносова (1711-1765) и Николая Хераскова (1733-1807) создать национальный героический эпос поощрялись русской правящей семьей, но не вызвали интереса у читающей публики. .Точно так же первый неудачный перевод Василия Петрова Энеида отразил тенденцию прославлять и идеализировать правящего монарха как способ поощрения национальной гордости, хотя он не смог отразить поэтический гений Вергилия на русском языке.

По мере того, как русские литераторы XVIII века экспериментировали с разными подходами к национальному эпосу, возник довольно влиятельный и популярный жанр травеситированных эпосов. В противовес придворным попыткам прославить дом Романовых через прием Вергилия, Николай Осипов написал свой бурлеск «Энеида, перевернутая вверх ногами » (1791–1791), где, следуя европейским образцам французского Поля Скаррона и немца Алоиса Блюмауэра, написал Эней говорит на базовом языке обычного русского человека и рассматривает свои приключения менее чем в героическом свете.

«Портрет Екатерины Великой, императрицы России (1729-1796), после Александра Рослина и Федора Рокотова», общественное достояние через Wikimedia Commons.

Однако эпос был не единственным жанром, с помощью которого русские литераторы пытались перенести Вергилия в Россию. Как и в большинстве европейских приемов Энеида , трагический пафос любви и самоубийства Дидоны привлек внимание одновременно с эпосом XVIII века. Пьеса Якова Княжнина (1758-1815) Dido (1769) , , стоящая у истоков русской мифологической трагедии, предложила своим читателям необычную и политизированную интерпретацию 4-й книги «Энеиды » в сочетании с французскими и итальянскими влияниями. на его вергилианском приеме.

С Александром Пушкиным (1799-1837) русская литература вступила в новую стадию вергилианского восприятия. Куртуазная литература была давно забыта, как и монументальные попытки эпического величия. Пушкин воздерживался от каких-либо открытых намеков на Вергилия или его воспоминаний, ограничиваясь обычно несколькими мимолетными шутками. Вместо этого он написал свой собственный миниатюрный эпос национальной гордости « Медный всадник, », в котором он оспаривал те же вопросы, над которыми размышлял Вергилий две тысячи лет назад.В центре его стихотворения — противостояние человека и государства, личного счастья и гражданского долга, к которому Пушкин подходит так же, как и Вергилий.

В то время как связь вергилианского приема с «мессианской» православной миссией России периодически проявлялась в светской придворной литературе и даже в переводе Петрова, конкретная и подчеркнуто преднамеренная артикуляция этой миссии имела место в литературе начала ХХ века. Эту артикуляцию представляли такие формирующие мысли мыслители, как Владимир Соловьев (1853-1900), Вячеслав Иванов (1866-1949) и Георгий Федотов (1886-1951), которые видели Вергилия не только в мессианском и пророческом свете, но и как источник ответов на духовные поиски России как дома, так и за рубежом.

С Иосифом Бродским (1940–1996) русский Вергилий вступил в стадию постмодернизма. Вергилианские аллюзии Бродского многочисленны и сохраняются в поэтике Бродского на протяжении всей ее эволюции. Однако монументальные темы имперской гордости или мессианской миссии были заменены более простыми, приземленными и даже базовыми темами. Бродский превратил Аркадию Вергилия в заснеженную местность, а его Эней — человек, которого мучает жестокая цена своей героической судьбы. По мере того как Бродский реконфигурировал различные эпизоды из текстов Вергилия через лирическую призму человеческих эмоций, Вергилий оставался постоянным присутствием как в его поэзии, так и в своих эссе, легко перемещаясь между древним и современным, эмоциями и отстраненностью, русским и английским, в конечном итоге обеспечивая Замечательное завершение русского Вергилия в 20 веке.

Изображение предоставлено: «Вергилий, читающий Энеиду Августу, Октавии и Ливии» Жан-Батиста Викара. Общественное достояние через Wikimedia Commons .

Русская живопись эпохи романтизма

Александр Иванов (1806-58) . Можно утверждать, что Александр Иванов, сын историка Андрея Иванова, был самым значительным Русский художник второй четверти ХIХ века, хотя большую часть жизни он провел в Италии.Его философский проницательность, романтично-реалистический стиль и новаторские исследования характеризуют направления русского искусства XIX века.

Уникально одаренный и обученный реализовать свой потенциал, Иванов жил в своем родном городе, Санкт-Петербург, до его отъезда в Италию. Сначала он учился с отцом, профессором Петербургской Академии художеств. Искусств и стал официальным учеником Академии в 1817 году.В 1830 г. художник переехал в Рим при поддержке Общества Поощрение художников. Хотя он посвятил много своего времени копируя работы итальянских мастеров, он также создавал свои собственные композиции. Он сосредоточился на ветхозаветных и новозаветных предметах. поскольку они предложили психологическую сложность, которая увела его воображение и проверил его способности как реалист.

«Явление Христа в Мария Магдалина после Воскресения »задумана художником. в качестве проверки его способностей выполнять еще более амбициозные многофигурные сочинение. Изображение сложных эмоций на коленях фигура Магдалины особенно привлекла внимание зрители.

Иванов был одержим способность художника выражать нюансы эмоций.В то время как двадцатый век художники и критики, возможно, уделяют меньше внимания выражению эмоций, любая оценка творчества Иванова должна учитывать этот аспект его работы. Сверстники художника были так впечатлены «Явление Христа Марии Магдалине после Воскресения» что ему присвоено звание академика.

После 1833 года, когда Брюллов «Последний» «День Помпеи» произвел такую ​​фурор, подумал Иванов. делать такую ​​же большую работу.Иванов был глубоко религиозным человеком. взяты вместе с темой о первом явлении Иисуса на люди объявлены Иоанном Крестителем. Иванов выбрал эпизод потому что он чувствовал, что оно охватывает религиозные, исторические и философские идеи, которые его больше всего волновали: духовные и нравственные трансформация человечества.

» Явление Христа народу »(1836-1855) сочетает в себе ряд отдельных событий в Евангелии: проповедь Иоанна и его крещение людей на переднем плане и пришествие Христа на расстоянии.

Иванов предназначен для его картины превзойти по духовной глубине и естественной истине все предыдущие религиозная живопись на Западе. Поэтому он предпринял самые масштабные учится и советовался со всеми художниками, чье мнение он уважал. Результатом, конечно же, было то, что эта работа длилась бесконечно долго. и что он снова и снова менял свой состав.

Когда картина наконец была выставляется в С.В Петербурге в 1858 году, после 20 лет мучительных усилия, это не вызвало энтузиазма, который встретил Брюллова Работа. В конечном итоге работу можно назвать благородной неудачей. Его цифры серьезны и полны разнообразных чувств. Эмоции слушатели колеблются от сомнений и скептицизма до внезапных, ошеломленных убеждение. Но между погоней существует нерешенное напряжение. идеализма и приверженности реализму, слишком много контраста между натуралистическим фоном и классическим, надуманным группы на переднем плане.К середине 19 -го века противоречивые претензии натурализма и идеализма могли больше не мириться; когда первое имеет приоритет, это обязательно уничтожил последний. Одно указание

Менее чем полный успех Иванова фигура Иисуса, который кажется почти незначительным. Исполнитель был верен натуралистической линейной перспективе, которая работала против изображение духовного опыта.

Несмотря на то, что это было так и не завершенный, эпичность полотна вдохновила многих русских художники конца девятнадцатого века.

В чем особенность русской литературы XIX века?

Странная особенность русской литературы состоит в том, что первый роман, появившийся на народном языке, был не оригинальным произведением, а переводом с французского — и только в XVIII веке.Это было по крайней мере через 200 лет после того, как остальная часть Европы отложила свои церковные языки: Данте восхвалял «красноречие народного языка» в начале 14 века; Дю Белле предложил «Защиту и иллюстрацию французского языка» в 16-м; а языки с гораздо меньшим количеством носителей — голландский, португальский, польский — имели обширную и выдающуюся литературу, тогда как все русские были разбросаны по средневековым эпосам и религиозным произведениям, написанным на церковном языке, церковнославянском.

Бенджамин Мозер Кредит … Иллюстрация Р. Кикуо Джонсона

Даже в конце XIX века русский язык, как известно читателям Толстого, все еще пах болотом и тундрой. Шикарные люди говорили по-французски, и отношение французского к русскому в русском романе XIX века представляет собой неудобную метафору для общества в целом: элегантный иностранный язык, натянутый, как блестящая мембрана, на «настоящий» язык народа. Поскольку классические колоннады Санкт-Петербурга никогда не скрывали безлюдного болота, на котором они были построены, язык Декарта никогда не вытеснял галлюцинации утопий, которыми были наполнены сны славянских святых.

Французы были цивилизацией; Русский, его недовольство. За поколение до Фрейда Достоевский — фаворит Фрейда — изображал людей как существ, чье безумие, похоть и ужас сдерживались только самой тонкой вуалью. Деревенский идиот увещевает великолепного царя; Симпатичная принцесса, вернувшаяся из Баден-Бадена, хихикая, проходит мимо предсказывающей ведьмы. В стране, которая не знала Возрождения, суеверная средневековая деревня с ее раскатами грома и предчувствиями неизбежно затопила галльский дворец.В переулке за особняком таится Россия Достоевского и Пушкина, материализация ид.

Опыт русских писателей перекликается с их национальной историей, но нет ничего особенно национального в вулканических страстях, которые угрожают прорваться через тщательно ухоженные поверхности каждой человеческой жизни. То, что они исследовали глубины, не означало, что великие русские пренебрегали своими блестящими поверхностями, чей блеск Фаберже делает их неотразимо романтичными и заставляет нас почувствовать пафос их разрушения.

Когда наступит это разрушение, поверхность — наследие картезианского формализма — будет сдерживать демонов. Если столетие назад французский язык казался оборванцем, то видение гуманной культуры, символом которой он был, теперь приносило утешение, каким бы скудным оно ни было. На фоне сталинского террора нет ничего более застенчиво классического, чем стихи Ахматовой, писавшей сонеты в блокадном Ленинграде; Цветаевой, которая с тоской, настойчиво смотрела на Грецию; или Мандельштама, который, в уникальном для истории литературы случае, покончил жизнь самоубийством посредством оды.Если Достоевский настаивал на непреходящей реальности иррационального, поэты 20-го века описывали — но отказывались отражать — хаос, поглощающий их, и цеплялись за форму как за жизненно важную ложь.

Иосиф Бродский писал, что Россия сочетает «комплексы высшей нации» с «великим комплексом неполноценности маленькой страны». В стране, столь опоздавшей на пир европейской цивилизации, ее менталитет делает самую большую страну мира странно провинциальной. Но его малость и размер предлагают очевидную метафору крайностей человеческой психики.«Меня можно вести только по контрасту», — написала Цветаева. В восьми часовых поясах, раскинувшихся между галереями Эрмитажа и замерзшими карьерами Магадана, есть достаточно контраст. Осознание этой непреодолимой дистанции делает русские книги в их величайших проявлениях отражением всей человеческой жизни и предполагает, что старое клише «русская душа» может потерять прилагательное.

Россия и Европа | OpenMind

1

С царствования Петра Великого и основания Св.В Петербурге (его «окно на Запад») в 1703 году образованные русские смотрели на Европу как на идеал прогресса и просвещения. Санкт-Петербург был больше, чем город. Это был обширный, почти утопический проект культурной инженерии по реконструкции русского как европейского человека. Все в новой столице было направлено на то, чтобы заставить россиян перейти к более европейскому образу жизни. Петр заставил своих дворян сбрить свои «русские» бороды (признак благочестия в православной вере), перенять западную одежду, построить дворцы с классическими фасадами и принять европейские обычаи и обычаи, включая привлечение женщин в общество.К началу девятнадцатого века большая часть знати говорила по-французски лучше, чем по-русски. Французский язык был языком салона, а французские заимствованные слова вошли в то время в галлизированный литературный язык русских писателей, таких как Александр Пушкин (1799-1837) и Николай Карамзин (1766-1826).

Россияне западники искали одобрения Европы и хотели, чтобы их признали равными

Для русской интеллигенции Европа была не просто местом: это был идеал — область разума, которую они населяли своим образованием, языком и своими общими взглядами.«В России мы существовали только в фактическом смысле», — вспоминал писатель Михаил Салтыков-Щедрин (1826-89). «Мы ходили в офис, писали письма родственникам, обедали в ресторанах, разговаривали друг с другом и так далее. Но духовно все мы были жителями Франции ». Российские западники называли себя «европейскими русскими». Они искали одобрения Европы и хотели, чтобы она признала их равными. По этой причине они испытывали определенную гордость за достижения имперского государства, большего и могущественного, чем любая другая европейская империя, и за петровскую цивилизацию с ее миссией привести Россию к современности.Но в то же время они болезненно осознавали, что Россия не была «Европой» — она ​​постоянно не соответствовала этому идеалу — и, возможно, никогда не могла стать его частью.

Когда русские путешествовали по Западной Европе, они знали, что с ними обращаются как с неполноценными. В своей книге « Письма русского путешественника » Карамзин сумел выразить неуверенность многих россиян в своей европейской идентичности. Куда бы он ни пошел, ему напоминали отсталый образ России в европейском сознании.По дороге в Кенигсберг двое немцев с удивлением узнали, что русский может говорить на иностранных языках. В Лейпциге профессора называли русских «варварами» и не могли поверить, что у них есть собственные писатели. Французы были еще хуже: они сочетали снисходительность к русским, изучающим их культуру, с презрением к ним как к «обезьянам, которые умеют только подражать». Когда Карамзин путешествовал по Европе, ему казалось, что у европейцев другой образ мышления, что, возможно, русские европеизировались лишь поверхностным образом: европейские ценности и чувства еще не проникли в ментальный мир русских.Сомнения Карамзина разделяли многие образованные россияне, которые изо всех сил пытались определить свою «европейскость». В 1836 году философ Петр Чаадаев (1794-1856) отчаялся, что русские могут только подражать Западу — они не могут усвоить его основные моральные принципы.

Славянофилы уходят корнями в националистическую реакцию на рабское подражание европейской культуре

В 1850-х годах русский писатель, философ-социалист и эмигрант из Парижа Александр Герцен (1812-70) писал: «Наше отношение к Европе и европейцам по-прежнему остается отношением провинциалов к жителям столицы: мы раболепны и извиняемся. каждая разница за дефект, краснеть за наши особенности и старается их скрыть.Этот комплекс неполноценности породил сложные чувства зависти и неприязни к Западу. Эти двое никогда не были далеко друг от друга. В каждом образованном русском есть и западник, и славянофил. Если Россия не могла стать равноправной частью Европы, всегда были те, кто был готов возразить, что она должна больше гордиться тем, что отличается от нее.

Славянофилы возникли как отдельная группировка в 1830-х годах, когда они начали свои знаменитые публичные споры с западниками. Они уходят корнями в националистическую реакцию на рабское подражание европейской культуре, а также на французское вторжение в Россию в 1812 году.Ужасы Французской революции заставили славянофилов отвергнуть универсальную культуру Просвещения и вместо этого подчеркнуть те местные традиции, которые отличали Россию от Запада. Они обращали внимание на добродетели, которые они усматривали в патриархальных обычаях деревни. Они идеализировали простой народ ( народ, ) как истинный носитель национального характера ( народность, ). Как преданные сторонники православного идеала, они утверждали, что русский язык определяется христианской жертвенностью и смирением.Это была основа духовной общности ( соборность ), по которой определялась Россия — в отличие от светских правовых государств Западной Европы. Славянофилы никогда не были организованы, за исключением интеллектуальной склонности различных журналов и дискуссионных групп, в основном в Москве, которая считалась более русской столицей, более близкой к обычаям провинции, чем Санкт-Петербург. Славянофильство было культурной ориентацией, способом речи и одежды (по-русски) и способом мышления о России по отношению к миру.Одно понятие, разделяемое всеми славянофилами в этом широком смысле — и здесь мы можем сосчитать как писателей Федора Достоевского (1821-81), так и Александра Солженицына (1918-2008) — была особая «русская душа», исключительно русский принцип христианской любви, беззаветной добродетели и самопожертвования, которые отличали Россию от Запада и духовно превосходили ее. У Запада могли быть свои Хрустальные дворцы, он мог быть технологически более развитым, чем Россия, но материальный прогресс был семенем его собственного разрушения, потому что он питал эгоистичный индивидуализм, от которого Россию защищал ее коллективный дух соборности.В этом был корень мессианской концепции провиденциальной миссии России в мире по искуплению человечества. И отсюда же возникла идея о том, что Россия не была обычным территориальным государством; он не мог быть ограничен географическими границами, но был империей этой мистической идеи. Из известных слов поэта Федора Тютчева (1803-73), славянофила и боевого сторонника панславянского дела:

Россию нельзя постичь одним умом, Никакими обычными мерками не охватить ее величие: Душа у нее особенная — В России можно только верить.

2

Такие идеи всегда были рядом с внешней политикой Николая I (1825-55). Николай твердо стоял на автократических принципах. Он установил политическую полицию, ужесточил цензуру, попытался изолировать Россию от европейских представлений о демократии и послал свои армии для подавления революционных движений в Европе. Под влиянием славянофильских идей он приравнял защиту православной религии за пределами России с отстаиванием национальных интересов России.Он занялся греческим делом в Святых землях, вопреки конкурирующим притязаниям католиков на контроль над Святыми местами, что привело его к затяжному конфликту с французами. Он мобилизовал свои армии для защиты православных славян под властью Османской империи на Балканах. Его цель состояла в том, чтобы держать Турецкую империю слабой и разделенной, и с могущественным российским флотом в Крыму доминировать над Черным морем и выходить к нему через Проливы, что имело большое значение для великих держав, чтобы соединить Средиземное море со Средиземным морем. Средний Восток.Существовала опасная политика вооруженной дипломатии, которая привела к Крымской войне 1854–1856 годов.

Николай I установил политическую полицию, ужесточил цензуру и попытался изолировать Россию от европейских представлений о демократии

Первой фазой Крымской войны было вторжение русских в турецкие княжества Молдавии и Валахии (более или менее нынешней Румынии), где русские рассчитывали на поддержку православных сербов и болгар. Пока Николай I обдумывал свое решение начать вторжение, зная, что это может заставить западные державы вмешаться в защиту Турции, он получил меморандум об отношениях России с европейскими державами, написанный панславянским идеологом Михаилом Погодиным, профессором. Московского университета и редактор-учредитель влиятельного журнала Москвитянин (москвич).Заполненный обидами на Запад, меморандум явно вызвал отклик у Николая, который разделял мнение Погодина о том, что роль России как защитника православных не признавалась и не понималась, а великие державы относились к России несправедливо. Николай особенно одобрял следующий отрывок, в котором Погодин выступил против двойных стандартов западных держав, которые позволяли им завоевывать чужие земли, но запрещали России защищать своих единоверцев за границей:

Франция забирает Алжир у Турции 1, и почти каждый год Англия аннексирует другое индийское княжество: ничто из этого не нарушает баланс сил; но когда Россия оккупирует Молдавию и Валахию, хотя и временно, это нарушает баланс сил.Франция оккупирует Рим и остается там несколько лет в мирное время2: это ничто; но Россия думает только об оккупации Константинополя, и мир в Европе находится под угрозой. Англичане объявляют войну китайцам 3 3, которые, кажется, их обидели: никто не имеет права вмешиваться; но Россия обязана спрашивать разрешения у Европы, если она ссорится со своим соседом. Англия угрожает Греции, чтобы поддержать ложные утверждения несчастного еврея, и сжигает ее флот: 4 это законное действие; но Россия требует договора о защите миллионов христиан, и считается, что это укрепит ее позиции на Востоке за счет баланса сил.Ничего не стоит ожидать от Запада, кроме слепой ненависти и злобы, которые не понимают и не хотят понимать (комментарий Николая I на полях: «В этом весь смысл»).
Казаки смотрят экран с изображением Владимира Путина в Симферополе, столице Республики Крым, апрель 2015 года.

Раздувая обиды царя на Европу, Погодин призвал его действовать в одиночку, согласно его совести перед Богом, защищать православных и продвигать интересы России на Балканах.Николай выразил свое одобрение:

Кто наши союзники в Европе (комментарий Николая: «Никто, и они нам не нужны, если мы безоговорочно и добровольно уповаем на Бога»). Наши единственные настоящие союзники в Европе — это славяне, наши братья крови, языка, истории и веры, а их десять миллионов в Турции и миллионы в Австрии … Турецкие славяне могли предоставить нам более 200000 солдат — и какие войска! — И все это без учета хорватов, далматинов, словенцев , и т.д.(комментарий Николая: «Преувеличение: уменьшите до одной десятой, и это правда».) […] Объявив нам войну, турки разрушили все старые договоры, определявшие наши отношения, так что теперь мы можем потребовать освобождения славяне, и добиваются этого путем войны, поскольку они сами выбрали войну (комментарий Николая на полях: «Это верно»).
Если мы не освободим славян и не поставим их под свою защиту, то вместо этого сделают это наши враги, англичане и французы […]. В Сербии, Болгарии и Боснии они уже везде среди славян со своими западными партиями.Если им это удастся, то где мы будем? (комментарий Николая на полях: «Совершенно верно».)
Да! Если мы не воспользуемся этой благоприятной возможностью, если мы принесем в жертву славян и предадим их надежды или оставим их судьбу на усмотрение других держав, тогда мы выставим против нас не только одну сумасшедшую Польшу, но и десять из них (которые наши враги желают и работают над тем, чтобы устроить) […] (комментарий Николаса на полях: «Верно»)

В основе этого обсуждения лежало убеждение, что если Россия не вмешается, чтобы защитить свои интересы на Балканах, то вместо этого это сделают европейские державы; Следовательно, столкновение интересов, влияния и ценностей между Западом и Россией было неизбежным.

Для европейских держав распространение власти Запада было синонимом свободы и либеральных ценностей, свободной торговли, хорошей административной практики, религиозной терпимости и так далее. Западная русофобия была центральной в этом противодействии экспансионистским амбициям России. Быстрая территориальная экспансия Российской империи в восемнадцатом веке и демонстрация ее военной мощи против Наполеона произвели глубокое впечатление на европейское сознание. Было безумно паникерские публикации — брошюры, путевые заметки и политические трактаты — о «российской угрозе» континенту.Эти страхи были связаны с воображением азиатского «другого», угрожающим свободам и цивилизации Европы, как и к любой реальной и настоящей угрозе. Границы Европы проводились, чтобы исключить «другого», которым была Россия, которая возникла из этих писаний как дикая сила, агрессивная и экспансионистская по своей природе, враждебная принципам свободы, которые культурно определяли европейцев. Подавление царем польской и венгерской революций в 1830–31 и 1848–1849 годах, соответственно, усилило эту позицию разделения европейской свободы и русской тирании, в конечном итоге скрепив антироссийский европейский союз (Великобритания, Франция, Пьемонт-Сардиния). во время Крымской войны.

Но, с точки зрения царя, европейские державы вели себя лицемерно: их продвижение свободы было основано на распространении свободной торговли, что было в их экономических интересах. Их защита Турции была стратегией сдерживания России, рост которой был угрозой их собственным имперским амбициям в этом районе, не в последнюю очередь пути в Индию.

Поражение в Крымской войне вызвало у русских глубокое недовольство Западом. Мирный договор, навязанный европейскими державами-победительницами, был унижением для России, которая была вынуждена уничтожить свой Черноморский флот.Раньше ни одна великая держава не подвергалась принудительному разоружению. Даже Франция не была разоружена после наполеоновских войн. Обращение с Россией было беспрецедентным для Европейского концерта, который должен был основываться на принципе, согласно которому ни одна великая держава не должна быть унижена другими. Однако на самом деле союзники не верили, что имеют дело с европейской державой, а считали Россию полуазиатским государством. Во время переговоров на Парижской конференции министр иностранных дел Франции граф Валевский спросил британских делегатов, не будет ли для русских чрезмерно унизительным то, что западные державы установили консулов ​​в своих портах на Черном море для контроля за демобилизацией.Лорд Коули, британский посол в Париже, настаивал на том, что это не так, указывая на то, что подобное условие было наложено на Китай Нанкинским договором после Первой опиумной войны.

3

Потерпев поражение от Запада, Россия повернулась к Азии, следуя своим имперским планам после Крымской войны. Царя Александра II (1855–1881) все больше убеждали в том, что судьба России как главной европейской державы в Азии и что только Британия стоит на ее пути. Атмосфера взаимной подозрительности между Россией и Великобританией после Крымской войны оказала глубокое влияние на Россию в том, что касается определения ее политики в Большой игре и ее имперского соперничества с Великобританией за господство в Центральной Азии в последние десятилетия XIX века.

Как христианская цивилизация в евразийских степях Россия могла смотреть на запад или восток. С начала восемнадцатого века он смотрел на Европу с выгодной позиции самого восточного государства. Можно сказать, что наряду с югом Испании он является частью частного Восточного мира Европы — того «другого», которым определялась Европа. Однако, если бы она была обращена на Восток, Россия стала бы самым западным государством в Азии, носителем христианско-европейской цивилизации в одиннадцати часовых поясах земного шара.

Владимир Путин перед изображением царя Николая II.

Русское завоевание Средней Азии в 1860-х годах подтолкнуло к мысли, что судьба России находится не в Европе, как это давно предполагалось, а, скорее, на Востоке. В 1881 году Достоевский писал:

.
Россия находится не только в Европе, но и в Азии. Мы должны отбросить наш рабский страх, что Европа назовет нас азиатскими варварами и скажет, что мы больше азиатские, чем европейские. Этот ошибочный взгляд на себя исключительно как на европейцев, а не как на азиатов (и мы никогда не переставали быть последними) очень дорого обошелся нам за эти два столетия, и мы заплатили за это потерей нашей духовной независимости.Нам трудно отвернуться от нашего окна в Европу; но это вопрос нашей судьбы … Когда мы обратимся к Азии с нашим новым взглядом на нее, с нами может случиться нечто подобное, что случилось с Европой, когда была открыта Америка. Ведь по правде говоря, Азия для нас — это та самая Америка, которую мы еще не открыли. С нашим стремлением к Азии у нас будет новый подъем духа и силы … В Европе мы были прихлебателями и рабами, а в Азии мы будем хозяевами. В Европе мы были татарами, а в Азии мы могли быть европейцами.

Эта цитата является хорошей иллюстрацией тенденции россиян определять свои отношения с Востоком как реакцию на их самооценку и статус на Западе. Достоевский не утверждал, что Россия — азиатская культура; только то, что европейцы думали об этом именно так. Точно так же его аргумент о том, что Россия должна принять Восток, не означал, что она должна стремиться быть азиатской силой: напротив, только в Азии она может найти новую энергию для подтверждения своей европейской принадлежности. Причиной обращения Достоевского на Восток было горькое негодование, которое он, как и многие россияне, испытывал по поводу предательства Западом христианского дела России в Крымской войне.

Восстановление советской истории в России было важной частью националистической программы Путина

Обиженное презрение к западным ценностям было обычным русским ответом на чувство отвержения со стороны Запада. В течение девятнадцатого века «скифский темперамент» — варварский и грубый, иконоборческий и крайний, лишенный сдержанности и умеренности «культурного гражданина Европы» — вошел в культурный лексикон как тип «азиатской» русскости, настаивающей на своем праве на быть «нецивилизованным».В этом был смысл строк Пушкина:

Теперь воздержание неуместно. Хочу пить, как дикарь скиф.

И именно в этом смысле Герцен писал французскому анархисту Пьеру-Жозефу Прудону в 1849 г .:

Но знаете ли вы, сударь, что вы подписали контракт [с Герценом о софинансировании газеты] с варваром, и варваром, который тем более неисправим, что он не только по рождению, но и по убеждениям? […] Истинный скиф, я с удовольствием наблюдаю, как этот старый мир разрушается, и мне это не жаль.

«Скифские поэты» — как называла себя та разрозненная группа писателей, в которую входили Александр Блок (1880-1921) и Андрей Белый (1880-1934) — вопреки Западу охватили этот дикий дух. Но в то же время их поэзия была погружена в европейский авангард. Они получили свое название от древних скифов, кочевых ираноязычных племен, которые покинули Среднюю Азию в восьмом веке до нашей эры и правили степями вокруг Черного и Каспийского морей в течение следующих 500 лет.Русские интеллектуалы XIX века стали рассматривать скифов как своего рода мифическую расу предков восточных славян. В последние десятилетия века археологи провели раскопки скифских курганов , курганов, разбросанных по югу России, юго-восточной степи, Средней Азии и Сибири, чтобы установить культурную связь между скифами. и древние славяне.

Это доисторическое царство очаровывало скифских поэтов. В их представлениях скифы были символом дикой бунтарской натуры первобытного русского человека.Они радовались стихийному духу ( стихия ) дикой крестьянской России и убеждали себя, что грядущая революция, которую все чувствовали вслед за революцией 1905 года, сметет мертвый груз европейской цивилизации и установит новую культуру, в которой человек и природа, искусство и жизнь были одним целым. Знаменитая поэма Блока Скифы (1918) была программным изложением этой азиатской позиции по отношению к Западу:

Вы миллионы, нас множество, и множество, и множество.Давай, сражайся! Да мы скифы, да азиаты, косоглазое алчное племя.

Это было не столько идеологическое неприятие Запада, сколько угрожающие объятия, призыв к Европе присоединиться к революции «диких орд» и обновить себя через культурный синтез Востока и Запада: в противном случае она рисковала бы потерпеть неудачу. затоплены «толпами». На протяжении веков, утверждал Блок, Россия защищала неблагодарную Европу от азиатских племен:

Как рабы, подчиняющиеся и ненавидимые, Мы были щитом между европейскими породами и бушующей монгольской ордой.

Но теперь пришло время «старому миру» Европы «остановиться перед Сфинксом»:

Да, Россия — это Сфинкс. Ликуя, скорбя, И в поту крови, она не может насытить Свои глаза, которые смотрят, смотрят и смотрят на тебя с каменными губами любви и ненависти.

В России все еще было то, что Европа давно утратила — «любовь, пылающая как огонь» — насилие, которое возобновляется разорением. Присоединяясь к русской революции, Запад испытает духовное возрождение через мирное примирение с Востоком.

Приди к нам от ужасов войны, Приди в наши мирные объятия и отдохни. Товарищи, пока не поздно, вложите в ножны старый меч, да благословится братство.

Но если Запад откажется принять этот «русский дух», Россия развяжет против него азиатские орды:

Знай, что мы больше не будем твоим щитом, Но, не обращая внимания на боевые кличи, Мы будем смотреть, как бушует битва В стороне, затвердевшими и узкими глазами Мы не двинемся с места, когда дикий гунн ограбит труп и оставит его обнаженным, Бернс города, пасут скот в церкви, И запах жареного мяса наполняет воздух

4

В марте 1918 года, когда немецкие самолеты бомбили Петроград, св.Петербург был переименован, большевики перенесли советскую столицу в Москву. Этот шаг символизировал растущее отделение Советской республики от Европы. По Брест-Литовскому договору, подписанному в том же месяце, чтобы положить конец войне с Центральными державами, Россия потеряла большую часть своих территорий в Европе — Польшу, Финляндию, страны Балтии и Украину. Как европейская держава, Россия была низведена до статуса, сопоставимого с Московией XVII века.

В первые годы Советской власти большевики надеялись, что их революция распространится на остальную часть европейского континента.По мнению Ленина, социализм был неустойчивым в такой отсталой крестьянской стране, как Россия, без распространения революции на более развитые индустриальные государства. Германия была средоточием их самых больших надежд. Это был дом марксистского движения и самого передового рабочего движения в Европе. Большевики с радостью встретили ноябрьскую революцию 1918 года. Его рабочие и солдатские советы, казалось, предполагали, что Германия движется по советскому пути. Но не было немецкого «Октября».Немецкие социалисты поддержали демократическую республику, войдя в состав правительства и подавив коммунистическое восстание в январе 1919 года. Ни одно другое европейское государство не приблизилось даже близко к революции, ориентированной на Москву: послевоенный социальный и экономический кризис, который радикализованные рабочие начали ослаблять, а к 1921 году стало ясно, что в ближайшем будущем, пока Европу не потрясет очередная война или кризис, Советской России придется выживать самостоятельно («социализм в одной стране»).

Следующие семьдесят лет Советская Россия была изолирована от Запада политически и культурно.Были короткие периоды, когда открывались культурные каналы — например, во время Второй мировой войны, когда западные книги и фильмы были отправлены союзниками и предоставлены советским людям; или во время хрущевской оттепели конца 1950-х — начала 1960-х годов, когда происходили культурные обмены между Советским Союзом и Западом. С приходом Советского Союза в Восточную Европу после 1945 года советские граждане также могли путешествовать в страны Восточного блока, откуда они получили некоторые элементы европейской культуры в форме, приемлемой для коммунистических властей.Но в остальном, в общем, они были отрезаны от универсализма европейской традиции, к которой была привязана Петровская Русь (1703-1917).

Русские свободно смешались с финно-угорскими племенами, монголами и другими кочевыми народами из степи

Среди разрозненных эмигрантов, бежавших из Советской России после 1917 года, была группа интеллектуалов, известных как евразийцы. Евразийство было доминирующим интеллектуальным течением во всех эмигрантских сообществах.Многие из самых известных русских ссыльных, в том числе филолог князь Н.С. Трубецкой (1890-1938), религиозный мыслитель отец Георгий Флоровский (1893-1979), историк Георгий Вернадский (1887-1973) и теоретик лингвистики Роман Якобсон (1896) -1982), входили в группу. Евразийство было, по сути, феноменом эмиграции, поскольку его корни уходили в предательство России со стороны Запада в 1917-1921 годах. Ее в основном аристократические последователи упрекали западные державы в том, что они не смогли победить большевиков в революции и гражданской войне, которые закончились крахом России как европейской державы и их изгнанием с родных земель.Разочарованные Западом, но еще не безнадежные в отношении возможного будущего для себя в России, они переделывают свою родину в уникальную «туранскую» культуру в азиатской степи.

Основополагающим манифестом движения был Исход на Восток , сборник из десяти эссе, опубликованных в Софии в 1921 году, в которых евразийцы предвидели разрушение Запада и подъем новой цивилизации во главе с Россией или Евразией. Как утверждал Трубецкой, автор важнейших очерков сборника, Россия была в основе своей степной страной, азиатской культурой.Византийские и европейские влияния, которые сформировали Российское государство и его высокую культуру, едва проникли в нижние слои народной культуры России, которая больше развивалась благодаря контактам с Востоком. На протяжении веков русские свободно смешивались с финно-угорскими племенами, монголами и другими степными кочевыми народами. Они ассимилировали элементы своего языка, своей музыки, обычаев и религии, так что эти азиатские культуры были поглощены собственной исторической эволюцией России.

У такого фольклора мало этнографических свидетельств, которые можно было бы подтвердить. Они были всего лишь полемикой и возмущением против Запада. В этом отношении они исходили из того же устойчивого положения, что и идея, которую впервые выдвинул Достоевский, о том, что судьба империи находится в Азии (где русские могли быть европейцами), а не в Европе (где они были «прихлебателями»). Тем не менее, благодаря своей эмоциональной силе евразийские идеи оказали сильное культурное влияние на русскую эмиграцию 1920-х и 1930-х годов, когда те, кто оплакивал исчезновение своей страны с европейской карты, могли найти новую надежду на нее на евразийской. те же идеи возродились в последние годы после распада Советского Союза, когда место России в Европе было далеко не ясным.

5

С падением советского режима существовали надежды на то, что Россия воссоединится с семьей европейских государств, к которой она принадлежала до 1917 года. Западные правительства и их советники считали, что Россия — возможно, больше, чем восточноевропейские государства, возникшие из Советский блок — стал бы «подобным нам»: капиталистической демократией с либеральными европейскими ценностями и взглядами. Это убеждение было ошибочным по историческим и культурным причинам, которые теперь должны быть ясны; любые надежды не оправдались из-за того, что произошло в России после 1991 года.

Для миллионов россиян распад Советского Союза стал катастрофой. За несколько месяцев они потеряли все: экономическую систему, которая давала им безопасность и социальные гарантии; империя со статусом сверхдержавы; идеология; и национальная идентичность, сформированная той версией советской истории, которую они изучали в школе. Введенная «капиталистическая система» — с поспешной приватизацией в период гиперинфляции — привела к хищению государственных активов коррумпированными олигархами.Бум преступности не помог делу капитализма. Все это вызвало глубокое недовольство Запада, которого обвиняли в этой новой системе. За исключением небольшой интеллигенции, ограниченной Москвой и Санкт-Петербургом, большинство россиян в провинциальной России не разделяли либеральных ценностей демократии (свобода выражения мнений, религиозная терпимость, равенство женщин, права ЛГБТ и т. Д.). которые казались чуждыми советскому и более старому русскому образу жизни, в котором они были воспитаны. Русские чувствовали, что эти ценности были навязаны им «победившим» Западом в холодной войне.

Путин выразил свою оскорбленную гордость и недовольство Западом. В первый срок своего президентства, с 2000 по 2004 год, он, казалось, сигнализировал о своем интересе к более тесным связям с Европой, хотя бы для создания противовеса американскому влиянию. Он продолжил риторику Бориса Ельцина о «Большой Европе», сообществе европейских государств, включая Россию в той или иной форме, которая могла бы действовать как «сильный и действительно независимый центр мировой политики» (т.е. независимый от США), хотя и без ельцинской политики. упор на либерально-демократические принципы.Но две вещи изменили позицию Путина в отношении Европы в 2004 году. Во-первых, расширение НАТО на Восточную Европу и страны Балтии обидело Кремль, который расценил это как предательство обещаний НАТО о роспуске Варшавского договора не переходить на территорию бывшего Советского Союза. влияния. Во-вторых, оранжевая революция на Украине усилила неуверенность правительства Путина, которое рассматривало демократическое движение как наступление Запада (под руководством США) на влияние России в ее ближнем зарубежье (Содружество Независимых Государств).Украина была и остается важной пограничной страной в национальной идентичности России и ее отношениях с Европой. Киев был колыбелью христианской цивилизации в России. Как часто говорит Путин, многие россияне считают украинцев тем же народом или семьей народов, что и они сами.

Опасаясь распространения аналогичного демократического движения из Украины в Россию, Путин подкрепил свою авторитарную власть националистической базой народной поддержки, построенной на антизападной риторике. U.S. и E.U. способствовали демократическим революциям в странах бывшего Советского Союза с целью уничтожения России — что, вкратце, было и остается его точкой зрения. Режим укрепил свои отношения с церковью. Он продвигал идеи евразийских философов, таких как Иван Ильин (1883-1954), белый эмигрант, останки которого по приказу Путина были возвращены из Швейцарии в Россию в 2009 году. Евразийские идеи начали озвучивать кремлевские идеологи. Путин поддержал идею (первоначально предложенную президентом Казахстана Нурсултаном Назарбаевым) о создании Евразийского экономического союза, и в 2011 году президенты Беларуси, Казахстана и России договорились поставить цель создать его к 2015 году.Путин был полон решимости включить Украину в этот Евразийский союз, но украинцы на Майдане также были полны решимости присоединиться к Европе.

Восстановление советской истории в России было важной частью националистической программы Путина.

Два предложения, выдвинутые в ходе переговоров, сначала были отвергнуты, а затем отложены Партией ПСР

Признавая «ошибки» сталинской эпохи, его эвфемизм для террора, в котором бесчисленные миллионы людей погибли или томились в ГУЛАГе, Путин настаивал на том, что русским нет необходимости останавливаться на этом аспекте своего недавнего прошлого. не говоря уже о том, чтобы слушать нравоучительные лекции иностранцев о том, насколько плоха их история.Они могли гордиться достижениями советского периода — индустриализацией страны, поражением нацистской Германии и советской науки и техники — которые придали смысл их жизни и принесенным ими жертвам. Миллионам россиян Путин восстанавливает национальную гордость.

Постоянный рефрен в его речах — это необходимость того, чтобы к России относились с большим уважением, чтобы Запад относился к ней как к равной. Он часто жаловался на лицемерие и двойные стандарты Запада, который вторгается в Ирак во имя свободы, но вводит санкции против России, когда она защищает то, что она описывает как свои законные интересы в Крыму.Здесь бросаются в глаза параллели с обидой Николая I по поводу двойных стандартов накануне «первой» Крымской войны. Подобно тому, как Николай I считал защиту единоверцев России на Балканах своим христианским долгом как Царь Всея Руси, так Путин приравнял защиту русскоязычных в Крыму (и, следовательно, на востоке Украины) с защитой Национальные интересы России. Оба человека разделяют мистическое представление о России как об империи, не ограниченной территориальными границами.

About Author


alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.