Модернизм это в архитектуре: Архитектурный модернизм — это… Что такое Архитектурный модернизм?

Архитектурный модернизм — это… Что такое Архитектурный модернизм?

Здание Баухауз в Дессау после реконструкции.

Архитектурный модернизм (фр. modernisme, от фр. moderne — новейший, современный; «англ. modern» — современный, новый) — движение в архитектуре двадцатого века, переломное по содержанию, связанное с решительным обновлением форм и конструкций, отказом от стилей прошлого. Охватывает период с начала 1900-х годов и по 70-е—80-е годы (в Европе), когда в архитектуре возникли новые тенденции. В специальной литературе термину «архитектурный модернизм» соответствуют английские термины «modern architecture», «modern movement» или же «modern», употребляемые в том же контексте. Выражение «модернизм» употребляется иногда как синоним понятия «современная архитектура»; или же как название стиля (в англоязычной литературе — «modern»).

Архитектурный модернизм включает такие архитектурные направления, как европейский функционализм 20-30-х годов, конструктивизм и рационализм в 20-х годах России, движение «баухауз» в Германии, архитектурный ар-деко стиль, интернациональный стиль, брутализм, органическая архитектура. Таким образом, каждое из этих явлений  — суть одна из ветвей общего дерева, архитектурного модернизма.

Основные представители архитектурного модернизма — это пионеры современной архитектуры Фрэнк Ллойд Райт, Вальтер Гропиус, Рихард Нойтра, Людвиг Мис ван Дер Роэ, Ле Корбюзье, Алвар Аалто, Оскар Нимейер, а также некоторые другие.

Общая характеристика

Кредо архитектурного модернизма заложено в самом его названии — это созидание нового, чего-то такого, что соответствовало бы сегодняшнему дню. То есть, присутствует принципиальная установка на новизну архитектуры, — как конструктивных и планировочных идей, закладываемых в проекте, так и внешних форм. Образное выражение «призмы из бетона и стекла» хорошо передает общий характер построек модернизма.

Основные принципы архитектурного модернизма:

 — использование самых современных строительных материалов и конструкций,
 — рациональный подход к решению внутренних пространств (функциональный подход),
 — отсутствие тенденций украшательства, принципиальный отказ от исторических реминисценций в облике сооружений,
 — их «интернациональный» характер.

В своих истоках архитектурный модернизм основывался на новейших достижениях научно-технического и промышленного прогресса, а также на передовых социально-реформаторских идеях своего времени. Социальные установки архитекторов-модернистов отличались, как правило, явным демократизмом, а то и левизной, — по крайней мере, во многих декларациях его теоретиков.

Стили-предшественники модернизма в архитектуре это так называемые «неостили»: русский модерн, сецессион в Австрии, югендстиль в Германии, ар-нуво во Франции, а также неоклассицизм, развившийся позже повсеместно.

Последующий за модернизмом стиль — постмодернизм, основная черта которого это отказ от примата функции и возврат к использованию элементов традиционных исторических стилей.

Истоки — вторая половина 19 века

Современная архитектура (модернизм) имела главным источником и вдохновляющим началом техническую и промышленную революцию XIX века. Железобетон, чрезвычайно прочный и устойчивый к нагрузкам материал, был впервые запатентован в 1867 г. Придумал его простой французский садовник Жозеф Монье, пытаясь найти решение для изготовления садовых кадок для растений — что положило начало развитию конструкций из железобетона (армированного бетона). Невероятно легкие и прочные по сравнению с тем, что знала история раньше, эти конструкции вызвали к жизни новые формы в промышленном строительстве, а позже и в жилых и общественных зданиях. В это же время было освоено строительство из металла — смелые и изящные металлические конструкции, зачастую с огромными пролетами, применялись в строительстве оранжерей, мостов, для перекрытий вокзальных перронов и больших городских рынков. Известные постройки этой эпохи, возведенные с применением металлических конструкций — Библиотека Сен-Женевьев в Париже (1850), Хрустальный дворец Д.Пэкстона в Лондоне (1851), Дворец Машин на Всемирной выставке в Париже (1889), Бруклинский мост (1883) и др. В 1889 году в Париже была возведена Эйфелева башня — поначалу как сугубо временное сооружение Всемирной выставки, а позже ставшая символом технического и строительного прогресса 19 века.

В Соединенных Штатах конец столетия ознаменовался строительством высотных зданий с металлическим каркасом (снаружи покрытым ещё декоративной облицовкой из камня) — в Чикаго, в Нью-Йорке. Благодаря каркасу здания уже могли достигать высоты 15—20 этажей — при весьма «облегченном» плане (дом Монаднок в Чикаго, (1891) арх. Дж. Рут; здание торгового дома Шлезингер & Майер в Чикаго, арх. Л.Салливэн. 1899—04, и др.).

Важную роль для развития новых тенденций сыграли такие факторы, как движение «искусства и ремесла» в Великобритании, вдохновителями которого были художник и эссеист Уильям Моррис, художник и писатель Джон Рескин, а также промышленный подъем в Германии, выразившийся, в частности, в образовании новых промышленно-художественные мастерских в Мюнхене («Vereinigte Werkstätten für Kunst im Handwerk», 1898) и в крупных художественно-промышленных выставках (художественно-архитектурные выставки Дармштадтской колонии (1897, 1901, 1905-08), Дрезденская промышленная выставка (1899—1900 гг.) и др).

Так называемые «неостили», расцветшие в Европе в конце 19 — нач. 20 века — югенд-стиль в Германии, сецессион в Австрии, ар-нуво во Франции, модерн в России — решительно порывали с прошлым, как в отношении формы, так и в отношении базовых установок, являясь таким образом прямыми предшественниками модернизма. Архитектура «неостилей», с её огромными, немыслимыми раньше оконными проемами и пролетами перекрытий, большими поверхностями остекления, смело осваивала железобетон, что было весьма важным опытом для последующих поколений архитекторов.

Теоретическую основу движения к обновлению архитектуры и дизайна на этом этапе подготовили статьи, книги (а иногда и постройки) таких видных архитекторов и теоретиков архитектуры, как Готфрид Земпер (Германия), Анри Ван де Вельде (Бельгия), Виолле-ле-Дюк (Франция).

Архитекторы — предтечи модернизма это: Чарльз Р. Макинтош, Ч.-Ф.-А. Войси (Великобритания), Отто Вагнер, Адольф Лоос (Австрия), Ганс Пельциг (Германия), Хендрик П. Берлаге, Анри Ван де Вельде (Бельгия) и некоторые другие. В Америке — Луис Салливэн, а также Фрэнк Ллойд Райт. Хотя почти все они были представителями региональных «неостилей», их по праву можно считать также и зачинателями модернизма в архитектуре.

Классические примеры модернизма в архитектуре

  • Здание Баухауза в Дессау, 1926-29, арх. В. Гропиус;
  • Выставочный павильон Германии в Барселоне, 1929, арх. Мис Ван дер Роэ;
  • Вилла Савой в Пуасси, 1930, арх. Ле Корбюзье;
  • Жилые комплексы «Хай-пойнт-1» и «Хай-пойнт-2» в Лондоне, 1936, арх. Б. Любеткин;
  • Санаторий в Паймио, 1933, арх. А. Аалто;
  • Архитектура города Чандигарх, Индия. Арх. Ле Корбюзье, П. Жаннере и др.;
  • Новая столица Бразилии, г. Бразилиа, арх. Л. Коста, О. Нимейер, 50-е гг.;
  • Здание «Сигрем» в Нью-Йорке, 1958, арх-ры Мис ван Дер Роэ, Ф. Джонсон;
  • Музей Гуггенхейма в Нью-Йорке, 1955. Арх. Фрэнк Ллойд Райт.
  • Жилой комплекс «Хабитат» на Экспо-67 в Монреале, 1955, арх. М. Сафди.
  • Парламентское здание «Улей» в Веллингтоне, 1981, арх. Бэзил Спенс.

См. также

Ссылки

Литература

  • Pevzner, Nicolaus. Pioneers of the Modern Movement. London, 1936
  • Гидеон, Зигфрид. Пространство, время, архитектура. (Перевод с нем.), Стройиздат, М., 1984 г.
  • Френк Ллойд Райт. Будущее архитектуры. М., 1960.
  • William J.R. Curtis. Modern Architecture since 1900. Phaidon, 1982, 1987, 2006. ISBN 9780714833569

От общего к знаковому и обратно, или Модернисты всех стран, соединяйтесь!

0 С некоторых пор я стал поклонником советской модернистской архитектуры. Точнее, стиля, существовавшего между 1955 и 1985 годами. Один из его пионеров, Феликс Новиков, назвал этот стиль советским модернизмом. Новиков увлек меня этой архитектурой по дружбе, а я, увлекая ею других, обретаю новых единомышленников и друзей.

На первый взгляд, советский модернизм не должен вызывать особого интереса. Сегодняшняя архитектура с ее изысканными концепциями и использованием новейших технологий и материалов ушла далеко вперед. И тем не менее третий (после конструктивизма и сталинского ампира) архитектурный стиль советской империи привлекает все большее внимание. Ему посвящают статьи, книги, диссертации, выставки, лекции, круглые столы и даже международные конгрессы. В прошлом году первый такой конгресс прошел в Венском архитектурном центре. Сопровождавшая его выставка «Советский модернизм 1955-1991: неизвестные истории» привлекла более 13-ти тысяч посетителей и побила рекорд посещаемости за всю 20-летнюю историю Центра. А в мае этого года еще одна выставка Trespassing Modernities, посвященная советскому модернизму, открылась в архитектурном центре SALT Galata в Стамбуле. И вновь – с конференцией (она прошла 11 мая), на которой перед интернациональной по составу аудиторией выступали исследователи из России, Армении, Украины, Литвы, Австрии, Канады и США.

Как же получилось, что советская архитектура, столь откровенно не любимая в России и других странах бывшего Советского Союза, привлекла такой большой интерес? Мистики тут нет. Пожалуй, не было другого исторического периода, в течение которого удалось бы построить столь много сооружений в едином, истинно интернациональном стиле, который зачастую игнорировал культурные, климатические, географические и топографические особенности разных регионов огромной империи. Все мы помним фильм «Ирония судьбы, или С легким паром!», интрига которого завязана на том удивительном, но типичном для советской повседневности факте, что герои живут, хоть и в разных городах, но в совершенно одинаковых квартирах с одинаковыми интерьерами, в одинаковых домах и идентичных микрорайонах.

Разумеется, столь монотонная архитектура вызывает интерес не столько эстетический, сколько социальный. Вряд ли можно встретить другой стиль, в котором так тесно сплелись архитектура и идеология, и сегодня именно при помощи архитектуры советского модернизма можно воочию представить себе жизнь одного из самых закрытых обществ новейшей истории.

И все же, несмотря на строгую экономию стройматериалов, катастрофическое отставание строительного комплекса, почти повсеместную стандартизацию и отсутствие в социалистическом обществе многих типов зданий (тогда почти не строились корпоративные штаб-квартиры, храмы, банки, музеи или частные односемейные дома), советские архитекторы изредка умудрялись создавать выдающиеся произведения. Иные можно поставить в один ряд с шедеврами мировой архитектуры.

Если мы обратимся к этим примерам в хронологическом порядке, то выстроится любопытная прогрессия – от неких общих, довольно анонимных и безассоциативных объектов к зданиям уникальным,  знаковым, чья архитектура основана на ярких, запоминающихся образах.  Эти здания можно назвать иконическими. Такую последовательность особенно важно признать сегодня, когда идет обратное движение: проекты, в которых торжествует образность, фантазия, художественная идея, сменяются более прагматичными, сугубо функциональными, с акцентом на энергосбережение. 

Происходит это по двум причинам. Во-первых, в связи с экономическим кризисом последних лет стало как-то неэтично тратить большие средства на экспрессивные архитектурные формы. Во-вторых, новые компьютерные программы, которыми повсеместно пользуются архитекторы, способны, на основе заданных параметров (таких, например, как установка на суперэкономию стройматериалов или достижение наиболее рациональной планировки внутри и эффектного вида снаружи), с легкостью «выплевывать» бесконечное число вариантов задуманного проекта. И хотя подобные прагматические проекты иногда приводят к интересным композиционным решениям, суперрациональный подход уводит архитектуру от более естественных для художника проявлений артистизма, интуиции и индивидуальности.

Но вернемся к советскому модернизму. Как известно, инициатива перехода от сталинской архитектуры к модернистской в Советском Союзе принадлежала Н.С. Хрущеву. Переход происходил весьма динамично и предполагал достижение двух основных целей: социальной – предоставить каждой советской семье отдельную квартиру, и экономической – здания должны были строиться быстро и дешево из стандартизированных элементов. Всякие, как их тогда называли, «излишества», все эти шпили, арки, колонны, капители и узоры, служившие неотъемлемой частью сталинской архитектуры, – теперь исключались. Прораб был поставлен над архитектором и мог отменить любые его идеи, если они не вписывались в жесткую строительную смету. Архитектуру отлучили от искусства.

Поначалу даже важнейшие культурные сооружения строились как абстрактные контейнеры из стекла и бетона. Так, советский павильон 1958 года на Всемирной выставке в Брюсселе был лишен  всяких архитектурных особенностей, вопреки давней традиции создания советских павильонов для всемирных выставок в виде героических и идеологических икон (вспомним павильоны Константина Мельникова на Парижской выставке 1925 г. или Бориса Иофана там же в 1937-м).

Портрет Н.С. Хрущева на выставке советского модернизма. Архитектурный центр SALT Galata, Стамбул. Дизайнер плаката: Феликс Новиков

Архитектор А.Т. Полянский. Павильон СССР на выставке 1958 г. в Брюсселе. Фотография с сайта hdic.academic.ru


Одним из первых проектов нового стиля стал Дворец пионеров в Москве (1958-62), над которым работала  группа молодых архитекторов. В нем воплотилось множество новшеств:  открытая композиция, чистые геометрические формы, стирание границ между интерьерами и ландшафтом, легкие конструкции, глубокие навесы, новые материалы и облицовки. Многие решения были найдены прямо на стройплощадке, по ходу строительства, в атмосфере истинного творчества.

На открытии комплекса Хрущев заявил: «Красота – субъективное понятие. Кому-то этот проект нравится, кому-то нет… а мне нравится». Одобрение главы государства стимулировало следование новому курсу. Не самое оригинальное с точки зрения формы, здание Дворца пионеров, тем не менее, стало одним из самых ярких знаков начала 60-х, символом хрущевской оттепели. Концертный зал дворца предстал утонченно-минималистским блоком из стекла.

Дворец пионеров и школьников на Воробьевых горах


Отель «Юность», также в Москве, – другой пример чистого, парящего над ландшафтом минималистского объема. К зданиям того же типа можно отнести и Кремлевский дворец съездов (проект Михаила Посохина, 1961), вторгшийся в группу кремлевских соборов XIV-го – XIX-го веков. Вновь, несмотря на абстрактную форму, здание стало иконой своего времени. В историческом комплексе Кремля оно остается единственным модернистским сооружением. 

Гостиница Юность, Москва, 1961 г.


В эти же годы шло бурное строительство новых жилых домов. В них нуждались миллионы, все еще ютившиеся в бараках, коммуналках и полуразвалившихся частных домиках. За первые девять лет нового курса 54 миллиона людей, то есть четверть всего населения страны, переехало в отдельные квартиры. Но эти здания – в отличие от первых больших общественных проектов, вроде Дворца пионеров или Кремлевского дворца съездов, представляли собой одинаковые невыразительные блоки. Как пишет критик Александр Рябушин  в изданной в Нью-Йорке в 1992 г. книге «Памятники советской архитектуры, 1917-1991», «В 60-е годы казалось, что все аспекты многообразия архитектурной формы – региональные, национальные и локальные – ушли из архитектуры навсегда. Массовое конвейерное производство сплющило город. Количество жилья увеличилось, но безличие и невыразительность стали повсеместными и ужасающими. Это произошло не только в отдельных городах – был утерян архитектурный характер всей страны».

Однако уже с середины 60-х в советской архитектуре начинают происходить интересные изменения. На смену общим и не ассоциирующимся ни с чем формам приходят яркие образы-метафоры. Дворец искусств в Ташкенте, уместно символизируя классический храм, строится в виде среза дорической колонны, а советский павильон  ЭКСПО-67 в Монреале, с представленным внутри макетом сверхзвукового лайнера Ту-144, напоминает трамплин, устремленный в небо. Когда выставка закрылась, павильон был разобран и заново воссоздан в Москве, как некий трофей-икона.

Дворец искусств в Ташкенте в виде среза дорической колонны. Рисунок: В. Белоголовский

Советский павильон ЭКСПО-67 в Монреале с представленным внутри макетом сверхзвукового лайнера Ту-144 напоминает трамплин, устремленный в небо


Ко второй половине 60-х советские архитекторы создавали все больше откровенно иконических зданий. Был ли то протест против отлучения архитектуры от искусства или просто порыв времени, но образность, к которой стремились в своих произведениях советские зодчие, очевидна. Видимо, стремление привнести в архитектуру художественный образ является естественным состоянием творца и никакие установки свыше не в состоянии это искоренить.

Наиболее часто советские мастера обращались за вдохновением к космической теме. Это понятно: с конца 50-х Советский Союз был лидером в освоении космоса.  Множество студенческих работ, как и футуристические архитектурные фантазии художника Вячеслава Локтева, напоминают орбитальные станции. Останкинская телевизионная башня, самое высокое сооружение в мире на момент окончания строительства, вызывает целый ряд ассоциаций – от ракеты до шприца, а основание напоминает перевернутую лилию с десятью лепестками. Рядом с куполами находящегося  неподалеку храма Троицы Живоначальной в Останкино башня выглядит как современный собор технологий.  

Останкинская телебашня вызывает целый ряд ассоциаций – от ракеты до шприца, а основание напоминает перевернутую лилию с десятью лепестками. Рисунок: В. Белоголовский


Музей истории космонавтики в Калуге представляет собой необычную композицию с несимметрично поставленным, вытянутым кверху куполом планетария, напоминая стартующий космический корабль. Административное здание в Рапле, Эстония, несмотря на скромные размеры, ассоциируется со ступенчатыми пирамидами доколумбовой  цивилизации, а площадь перед зданием, вместе с отражающим бассейном, будто строилась под стартовую площадку космических аппаратов будущего.

Музей истории космонавтики в Калуге представляет собой необычную композицию с несимметрично поставленным, вытянутым кверху куполом планетария, напоминая стартующий космический корабль


Несколько цирков было построено в те годы в виде летающих тарелок. Наиболее интересен цирк в Казани. Его внутреннее купольное пространство диаметром 65 метров не имеет колонн. Верхняя «тарелка» соприкасается с нижней лишь по линии окружности. Руководство города не верило в успех дерзкого проекта и на всякий случай попросило проектировщиков собраться под подозрительно парящим над землей зданием, в то время как две с половиной тысячи солдат заполнили трибуны цирка. Эксперимент прошел без жертв.

Отель «Интурист» в самом сердце Москвы строился как советская версия Сигрэм-билдинга. Эта архитектура не нашла понимания в массах и не стала иконой, в отличие от знаменитого прототипа в Нью-Йорке. В начале 2000-х здание было снесено, а на его месте построили новый отель Ritz Carlton в псевдоисторическом стиле.

Примеры знаковых зданий в советской модернистской архитектуре можно продолжить. Одни из них основаны на абстрагированных образах, облик других связан с функцией самих зданий. Последние вписываются в категорию зданий-«уток», согласно теории Роберта Вентури, который делил здания на «утки» и «декорированные сараи». Так, четыре офисных башни Посохина на Калининском проспекте в Москве напоминают раскрытые книги. Тот же образ возникает в другой работе того же архитектора – здании Совета Экономической Взаимопомощи (СЭВ). Динамичная и эффектная форма раскрытой на Москву-реку книги символизирует открытость к сотрудничеству. А Евгений Асс и Александр Ларин создали для аптеки в Москве здание в форме красного креста. Здание Министерства дорог в Тбилиси, спроектированное Георгием Чахавой, решено в виде дорожной развязки и напоминает проекты горизонтальных небоскребов Эля Лисицкого. Эффектная консольная форма здания позволила минимизировать занимаемый им участок и сократить количество этажей, что сделало проект более экономичным.

Здание в форме красного креста для аптеки в Москве; оно вписывается в категорию зданий-“уток”, согласно теории Роберта Вентури, который делил здания на “утки” и “декорированные сараи”. Рисунок: Роберт Вентури

Здание Министерства дорог в Тбилиси решено в виде дорожной развязки и напоминает проекты горизонтальных небоскребов Эля Лисицкого


Другие проекты напоминают корабли и авианосцы, цветки и горные хребты, а фантастический санаторий «Дружба» Игоря Василевского в Ялте – гигантский часовой механизм, и если Ле Корбюзье называл свои дома машинами для жилья, то санаторий в Крыму кажется машиной для отдыха.

Спортивный комплекс на берегу Енисея в Красноярске в виде корпуса фрегата. Рисунок: В. Белоголовский

Центр обслуживания автомобилей в Москве напоминает стремительно рвущийся в бой авианосец

Даниловский рынок в Москве выполнен в виде цветка. Рисунок: В. Белоголовский


Сегодня многие критики поспешили объявить о кончине иконического здания, особенно после того, как не удалось прийти к удачному решению нового Всемирного торгового центра в Нью-Йорке. И все же здание-икона не канет в лету. Залог тому, в частности, – рост власти и капитала в руках международных компаний и правительств, которые не упустят возможности увековечить свои амбиции в архитектуре. Но что еще более важно, так это то, что архитекторы испытывают естественную потребность в создании запоминающихся и уникальных зданий.

Сравнение образов, вдохновляющих советских и западных архитекторов – цветы, книги и корабли против лебедей, таракана и юбки Мэрилин Монро. Рисунки: В. Белоголовский (верхний ряд) и Madelon Vriesendorp (нижний ряд)


Иконические проекты привносят разнообразие в нашу жизнь и привлекают широкие массы к архитектуре. А это может разбудить интерес к модернистскому наследию и в самой России. Очевидно, что пора создавать международный союз по популяризации советских модернистских шедевров. Такой союз необходим как можно скорее, пока есть что популяризировать и сохранять.

Статья Владимира Белоголовского основана на его докладе
«Советский Модернизм: от общего к знаковому», представленном в архитектурном центре SALT Galata в Стамбуле 11 мая. Выставка Trespassing Modernities продлится до 11 августа. Информация на сайте Центра >>

Фрагмент выставки Trespassing Modernities. Архитектурный центр SALT Galata, Стамбул. Фото: В. Белоголовский

Участники конференции советского модернизма. Архитектурный центр SALT Galata, Стамбул. Фото: В. Белоголовский

Фрагмет выставки Trespassing Modernities. Архитектурный центр SALT Galata, Стамбул. Фото: В. Белоголовский


Макет Ереванского аэропорта (1980), который специально прибыл на выставку в Стамбул из Еревана. Фото: В.Белоголовский

Ленинград: архитектура советского модернизма. 1955–1991. Справочник-путеводитель

Анна Броновицкая — историк архитектуры, куратор. В 1992 году окончила отделение истории искусства исторического факультета Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова, в 2004 году получила степень кандидата искусствоведения. В 1992–2016 году преподавала в Московском архитектурном институте, с 2016-го — в Московской архитектурной школе МАРШ. В 2004–2014 работала редактором архитектурных журналов «Проект Россия» и «Проект International». С 2015 года ведет публичные лекции по архитектуре XX века в Музее «Гараж». Автор книг и многочисленных статей по советской архитектуре в российской и зарубежной прессе, в том числе путеводителя «Москва: архитектура советского модернизма. 1955–1991» (в соавторстве с Николаем Малининым; 2016). Живет и работает в Москве.

Николай Малинин — историк архитектуры, куратор. В 1992 году окончил факультет журналистики Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова. Куратор премии АРХИWOOD, главный редактор сайта «Другая Москва». Среди его выставочных проектов — Das Andere Moskau (Новая ратуша, Берлин, 2003), «Новое деревянное» (Музей архитектуры, Москва, 2009), «Уилл Прайс. Параллели» (Музей архитектуры, Москва, 2011), «Современное временное» (в рамках выставки «Временная архитектура Парка Горького: от Мельникова до Бана», Центр современной культуры «Гараж», Москва, 2012), «Книгострой» (Центральный дом художника, Москва, 2012). Автор книг «Архитектура Москвы. 1989–2009» (2009), «Новое деревянное» (2010), «Метрополь: московская легенда» (2015), «Москва: архитектура советского модернизма. 1955–1991» (в соавторстве с Анной Броновицкой; 2016), «Современное деревянное» (2017). Живет и работает в Москве.

Юрий Пальмин — художник, фотограф архитектуры. В 1986 году окончил отделение прикладной лингвистики филологического факультета Московского государственного университета им. М. В. Ломоносова. Профессиональную карьеру фотографа начал в 1989 году. Сотрудничает с современными архитекторами и профессиональной прессой в России и за рубежом, автор иллюстраций к книгам о современной и исторической русской архитектуре, участвует в художественных проектах совместно с художниками Алёной Кирцовой, Александром Бродским, Владиславом Ефимовым, Сергеем Леонтьевым. Преподаватель Московской архитектурной школы МАРШ, соучредитель Института модернизма (Москва, 2014). Работы находятся в собраниях Музея архитектуры, Государственного музея изобразительных искусств имени А. С. Пушкина, Мультимедиа Арт Музея, Москва и частных собраниях. Живет и работает в Москве.

«Должны принять их на ментальном уровне»: известный архитектор о том, почему постмодернизм ассоциируют с «совком»

Слава Балбек рассказал, чем ему так нравится постмодернизм в архитектуре


Столичный постмодернизм

Интервью с архитектором Славой Балбеком. Почему модернизм в Киеве это «совок», а в Берлине образец архитектуры, причем здесь хрущевки и как их спасти
Столичные здания советского модернизма, восхищающие именитых европейских архитекторов, недооценены киевлянами. Они ветшают, теряя культурную ценность. Как появился и развивался модернизм, причем здесь хрущевки, чем они отличаются от зарубежных аналогов и какое будущее их ждет?

Об этом рассказалс популярный украинский архитектор, участником движения #SAVEKYIVMODERNISM, которое борется за сохранение модернистских зданий столицы, автором альтернативного проекта реставрации «Летающей тарелки» Славой Балбеком.

— Откуда ваш интерес к советскому модернизму?

— Это профессиональная история. Я учился на архитектуре эпохи модернизма. Она же — тема моих учебных проектов. Модернизм – это переходный период в мировой архитектуре, с 20-30-х по 70-е [годы ХХ века] художники по всему миру отказывались от декора, лепнины, балюстрады в пользу красивой лаконичной масштабной архитектуры. Течение модернизма до нас дошло в начале 60-х и задержалось вплоть до 90-х. Новое мышление тогда пришло на смену сталинскому неоклассицизму. Нам как студентам нравился такой минимализм – это было что-то новое.

— Интерес к модернизму был во многом киевоцентричнен?

— Да, авторские здания в стиле модернизма строились преимущественно в Киеве. Это было модно, и у столицы было некое преимущество в этом смысле. Тем не менее, в Киеве этот стиль остался незавершенным. Ни один проект не был реализован в том виде, в котором изначально задумывался автором. Идеи архитекторов рано или поздно разбивались об политику. Например, Флориан Юрьев сначала проектировал «Тарелку» как светомузыкальный театр с акустическим залом.

— Каким в итоге стал советский модернизм в Украине. Это необычные авторские здания или сотни безликих микрорайонов по всей стране?

— Для меня это авторские здания, наследие, замороженное в нашей истории. Для большинства украинцев – совок. Равно как и хрущевки, которые возводились в то же время, или сталинки, здания конструктивизма, потому что все они продукты Советского Союза.

— Отношение к советскому модернизму прохладное, потому что с ним связывают угрюмые хрущевки. Но в том же Берлине хрущевки – это образец архитектуры. Что особенного в наших домах?

— Советские хрущевки – это функционализм, в них все заточено под функцию. В 60-80-х нужно было поселить столько-то людей на такой-то площади при такой-то этажности. Никаких лишних форм, декора, ни один сантиметр не потратили зря. Дома строились по стандартам полезности — из расчета площади на одну семью. Хрущевка — как оружие в котором нет ничего лишнего.

Функционал может быть некрасивым, но на 100% полезным. Нельзя сказать, что хрущевки уродские. Уродскими их сделали, когда застеклили балконы, налепили кондиционеры. В том же Берлине они выглядят отлично. Разница не в том, как строились, а в том, как сохранялись.

— Как приблизить хрущевки к берлинскому образцу?

— Практически невозможно, уж слишком негативная репутация у них сложилась в Украине. Сколько бы мы не говорили, что это круто — никто не поверит. Большинство предложит разломать и построить новое красивое здание. Хрущевки – потерянная история. Авторские здания советского модернизма еще можно спасти. Save Kyiv Modernism — инициативная группа архитекторов, дизайнеров и активистов — создала реестр киевских памятников модернизма, с него вошли около 70 уникальных объектов по всей Украине, начиная с Летающей тарелки, Салюта, Крематория.

— Расскажите об объединении Save Kyiv Modernism? Сколько людей состоят в движении?

Идея создать группу по защите зданий модернизма возникла у киевских архитекторов после лекции Флориана Юрьева (автор «Летающей тарелки» возле станции метро Лыбедская, борется за сохранение ее первозданного вида после реконструкции. — Ред.). Ребята сначала консолидировались в Facebook, мы к ним примкнули позже. Сейчас в группе в соцсети порядка 2000 человек, они коммуницируют между собой. Но активное ядро — только 5-6 человек.

— Что уже успели сделать?

Один из первых акций – защита декоративных элементов фасада здания Министерства социальной политики на Эспланадной. К сожалению, протесты не подействовали, не было явной силовой группы, и в итоге декоративные перегородки демонтировали. Недавно издательство «Основы» выпустило книгу Soviet Modernism. Brutalism. Post-Modernism о послевоенном модернизме. Над ней работали ребята из Save Kyiv Modernism, архитекторы Алексей Быков и Женя Губкина. В прошлом году участники проекта создали короткометражный фильм о «летающей тарелке» (фильм Алексея Радинского рассказывает о борьбе Юрьева со столичными застройщиками. — Ред.). Мы (balbek bureau. — Ред.), со своей стороны, помогли разработать проект по реконструкции «тарелки».

— Какая вероятность, что проект возьмут в работу? Арендатор «тарелки» девелопер Вагиф Алиев пока оставляет его без внимания.

Вероятность высока. Информация о проекте разлетелась, общественность оценила, следовательно, рано или поздно должна поступить какая-то реакция и со стороны Вагифа Алиева. Но этого мало. Нужно, чтобы люди, которые принимают решения, у которых есть деньги, захотели этот проект. Мы как архитекторы – выполнили свою профессиональную задачу.

Он разрабатывался на протяжении полугода по наставлениям Флориана Юрьева. Как сложится дальнейшая история — неизвестно. Найдется ли спонсор, который вложит в реставрацию (стоимость проекта оценивается в 836 000 долл. — Ред.), будет ли он опираться на наш проект, позовет ли нас в дальнейшую разработку — не знаем. Знаем, что мы точно готовы и дальше участвовать в разработке проекта, если у инвестора будут новые идеи, подсказывать. Наша цель — не заработать, а добиться реставрации.

И «Тарелка» — не единственное уникальное архитектурное здание, которому сейчас требуется профессиональное вмешательство.

— Планируете разрабатывать другие проекты для зданий советского модернизма?

— Пока нет, не хотели бы распылять внимание. Если так произойдет, что проект запустят в работу, мы должны бросать все силы на его реализацию.

— Как сделать здания советского модернизма частью современной культуры?

Должны принять их на ментальном уровне. Уникальные объекты модернизма большинство воспринимает не иначе, как совок. Люди готовы их снести и вместо него возвести современное здание со светодиодной рекламой. Восстанавливать всегда сложнее, чем перестраивать. Это требует больше инвестиций. Восстановление — меценатский проект, он тебе не вернет вложенных денег. Найти человека, который бы инвестировал в неприбыльные проекты, – сложная задача.

«Тарелка» в этом смысле – уникальный проект. Мы делали анализ по концертным площадкам, по свободной планировке — это многофункциональный объект, коммерчески прибыльный. Таких помещений в Украине единицы.

 

История модернизма: литература, живопись и архитектура

Эпоха модернизма взяла своё начало в конце XIX века, придя на смену реализму, сместив на второй план классические и привычные на тот момент формы в искусстве. Разобрались какие направления присущи модернизму и кто был его ярким представителем.

Считается что модернизм зародился в 1863 году, когда в Париже открылся «Салон отверженных», куда принимались работы, отвергнутые парижскими салонами.

Основные направления модернизма

Абстрактный экспрессионизм — хаотичное нанесение краски на холст. То есть, картина создавалась буквально разбрызгиванием цвета на холсте.

Дадаизм — сочетание нескольких фрагментов одной тематики в виде коллажа. Стиль возник сразу после окончания Первой мировой войны, а работы отражали безысходность, творящуюся в жизни людей.

Кубизм — геометрические фигуры, расположенные вразнобой. Яркими его представителями были Пабло Пикассо и Поль Сезанн. Подробнее о кубизме мы писали здесь.

Постимпрессионизм — отказ от действительности и подмена реальности декоративной стилизацией. Наиболее известными представителями были Винсент Ван Гог и Поль Гоген.

Акмеизм — это культ конкретности, «вещественности» образа, это — «искусство точно вымеренных и взвешенных слов». Становление акмеизма тесно связано с деятельностью «Цеха поэтов», центральными фигурами которого являлись основатели течения Николай Гумилёв, Анна Ахматова и Сергей Городецкий.

Абстракционизм — отказ от приближённого к действительности изображения форм. Подробнее об этом направлении мы писали здесь.

Сюрреализм — использование аллюзий и парадоксальных сочетаний форм. Подробнее о сюрреализме мы писали здесь.

Фовизм — обобщение пространства, объёма и рисунка, сведение формы к простым очертаниям, исчезновение светотени и линейной перспективы.

Символизм — экспериментаторство, стремление к новаторству, использование символики, недосказанности, намёков, таинственности и загадочности.

Примитивизм — обдуманное упрощение картины, делающее формы примитивными, как творчество ребёнка или рисунки первобытных времен. Подробнее о сюрреализме мы писали здесь.

«Без названия» Василия Кандинского, 1910

В литературе модернизму следовали Эрнест Хемингуэй, Джеймс Джойс, Франц Кафка, Томас Манн, Марсель Пруст, Вирджиния Вулф, Фрэнсис Скотт Фицджеральд. В России эпоха пришлась на серебряный век, где властвовал символизм.

Что присуще модернизму?

  • Поток сознания. Приём позволяет уловить моменты прошлого, показать рефлексию.

  • Тема потерянного поколения. Великая депрессия, Первая мировая война — молодые ребята, посланные умирать. Понятие «потерянное поколение» принадлежит Гертруде Стайн, представительнице американского модернизма, жившей в Париже. В разговоре с Хемингуэем она сказала следующее: «Вы все потерянное поколение», — он перенял это выражение, включив его в эпиграф своего романа «Фиеста». Термин описывает молодых людей, повзрослевших во времена Первой мировой войны, а впоследствии разочаровавшихся в мире, где не могли найти себе место. Это люди с перевёрнутыми ценностями, не знающие, как применить себя в этой жизни.

  • Эксперименты с формой. Вместо линейности, приходит фрагментарность — некоторые части не связаны между собой. В литературе повествование могло идти от лица разных персонажей.

  • Интертекстуальность. Присутствие в тексте другого текста. К примеру, в «Женщине французского лейтенанта» Фаулза, главная героиня сравнивается с персонажем «Ярмарки Тщеславия» Теккерея.

Модернизм в архитектуре

Архитектурный модернизм — это, когда из самых модных и современных материалов создаётся конструкция отличающиеся своей неординарностью, необычной формой. Здания строились из стекла, бетона, дерева. Постройки не имели помпезных украшений, все выглядело строго и лаконично. В современной архитектуре также можно встретить модернизм, вновь набирающий популярность.

Photo by Stephen Bergin on Unsplash

Представителями модернизма в архитектуре были Ле Корбюзье, Оскар Нимейер, Рихард Нойтра, Вальтер Гропиус, Фрэнк Ллойд.

#искусство #ликбез #модернизм #экспрессионизм #дадаизм #кубизм #постимпрессионизм #акмеизм #абстракционизм #сюрреализм #фовизм #символизм #примитивизм #культура #самообразование #образование

Модернизм в архитектуре

Модернизм — одно из современных направлений архитектуры, которое охватывает творчество архитекторов примерно с 20-х годов по 70-80 годы XX века (в Европе). Это слово в переводе с итальянского (modernismo) и латинского (modernus) означает современный, недавний, современное течение. При этом создание новых, необычных поворотов в архитектуре XX века в первой половине столетия вызывало ярый ажиотаж, а к концу века — непримиримую критику.

Само понятие модернизма в архитектуре заложено в термине - это создание чего-то принципиально нового, строений, которые контрастно отличаются от предшествующих. Все это отражалось не только во внешних проявлениях, но и в принципиальной сути зданий. Именно в это время появилось понятие «призмы из стекла и бетона», потому что модернизм требовал использования последних достижений в разработке строительных материалов, конструкций, и при этом полное отсутствие оформительского декора. Украшением зданий являлся сам материал и необычная конструкция.

Философией модернизма в архитектуре можно считать принципиальный отказ от исторических деталей в облике сооружений и «интернациональный» характер зданий. Однако при этом настоящие шедевры модернистского искусства не выглядят однотипными — каждое здание красиво и уникально по-своему.

Классическим примером модернизма в архитектуре может служить здание Баухауза в Дессау, построеное Вальтером Гропиусом в 1925-​1926 годах. Фактически это несколько зданий различной высоты, объединенных между собой проходами и галереями. При этом общая композиция рассматривалась не как стандартная форма, а как свободное сочетание объемов. Настоящей «призмой из стекла и бетона» можно назвать здание Сигрем Билдинг в Нью-Йорке, созданное в 1958 году архитекторами Мис ван Дер Роэ и Ф.Джонсоном. «Тело» этого небоскреба - правильный параллелепипед, оно абсолютно замкнуто и ни одной своей деталью не выступает из заданной формы.

Большинство работ французского архитектора Шарля Эдуарда де Корбюзье (Жанере) основываются на классических понятиях модернизма в архитектуре. Вилла Саввой в Пуасси (Франция), 1928-1931 годы строительства, считается классическим примером модернизма: ленточное остекление, столбы-опоры, бетонный каркас, терраса на крыше, сад, который окружают изогнутые линии стен. Не менее интересен Павильон Эспре-Нуво в Париже, где геометрически четкая планировка, железобетон, стекло и мебель строгой формы соответствуют всем канонам модернистского искусства.

В последнее время модернизм возвращается — и чем больше достижения технического прогресса, тем интереснее современные здания. Например, в Дубаи началось строительство «Rotating Wind-Powered Tower» — башни, вращающейся от силы ветра. Каждый из 59 этажей башни может вращаться независимо от других, а между ними находятся ветровые турбины, генерирующие всю необходимую для управления зданием силу. Этажи сделаны из 12 фабричных индивидуальных готовых частей с собственными электричеством, воздушным кондиционированием, водопроводной системой и другими коммуникациями. Согласно задумке архитектора Дэвида Фишера, все этажи крепятся к определенному месту ядра башни.

Покоряя воздух, архитекторы не забывают и о дне морском. Первая в мире подводная гостиница построена также в Дубаи. Этот отель состоит из наземной станции, куда прибывают гости, подводного туннеля и самой гостиницы, расположенной под водой. При этом в здании гидрополиса находится 220 номеров, кинотеатр, рестораны, парк развлечений и огромное количество морских аттракционов. Еще один семиэтажный подводный отель планируется построить в Стамбуле, дата открытия запланирована на 2010 год.

Москва не отстает, но пока самым грандиозным в Москве был только проект. Известный британский архитектор Норман Фостер предложил построить в Москве настоящий кристальный остров (Crystal Island). По его задумке это будет мини-город с отдельной инфраструктурой: около 900 квартир, 3000 гостиничных номеров, своя школа на 500 учеников, кинотеатры, театры и свой спортивно-оздоровительный комплекс. Стоимость идеи больше 4 миллиардов долларов. Будет ли она воплощена — пока неизвестно.

Болотова Лёля

 

Статьи по теме

Спасите модернизм: vakin — LiveJournal

Архитектор Алексей Быков объехал Украину в поисках зданий в стиле модернизм. Большинство из них в запустении, не считаются архитектурными памятниками и скоро могут быть снесены или кардинально перестроены.

— Советский модернизм стал мне интересен еще до того, как я поступил на архитектурный факультет КИСИ. Гостиница «Салют», залы прощания Парка памяти, «Тарелка» на Лыбедской и Дом мебели всегда впечатляли своей выразительностью. О том, как их строили и вводили в эксплуатацию, ходили легенды, а вот достоверно известно было мало.

Когда и университетских знаний оказалось недостаточно, я стал общаться с самими архитекторами. Они сначала относились ко мне с недоверием — думали, это странно, что какой-то парень интересуется тем, что казалось никому не нужным. В советское время выпускали очень много литературы об архитектуре модернизма, но ее почти не изучали.

Для книги «Soviet Modernism. Brutalism. Post-modernism. Buildings and Structures in Ukraine 1955–1991», которую мы сделали с Евгенией Губкиной (готовится к выходу в издательстве «Основы». — Прим. ред.) я год ездил по стране, собирая информацию об этой архитектуре.

Я снимал своего рода «паспорта» объектов — от экстерьера до мебельной фурнитуры, — потому что для архитектуры того периода важна идейная завершенность. Часто интерьерные детали были отличительной чертой общей типизации проектов. В индивидуальных же проектах эти детали были не менее уникальны, чем сами здания.

Сегодня интерьеры сохранились лучше, чем экстерьеры зданий. Они были лучше защищены от агрессивной среды, а, например, помпезные люстры часто вызывают уважение у нынешних управляющих.

Сегодня интерьеры сохранились лучше, чем экстерьеры зданий.

Позже я начал снимать эти объекты еще и с помощью дрона (за возможность спасибо Леониду Марущаку и команде Лисичанского краеведческого музея). До съемки с дрона мне приходилось бегать по крышам и буквально гонять голубей, чтобы найти точку съемки. С дрона все объекты раскрылись совсем иначе.

Книга охватывает три периода развития украинского модернизма: ранний — на наш взгляд, принадлежит к интернациональному стилю; брутализм — хотя в СССР он был немного фейковым, потому что брутализм — это не только штукатурка под бетон, а бетон как конструкция и отделка одновременно; и постмодернизм, начавшийся в 80-х.

Мы исследуем региональность не только по географическому признаку, но и по экономическому, потому что деньги выделялись неравномерно. Так, в Приазовье с деньгами было не очень, хоть это и курортная зона. А Крым — это целая выставка достижений советской архитектуры, тут были колоссальные бюджеты и выразительные объекты.

На многие объекты трудно попасть (при этом в них часто проходят ярмарки, что еще раз доказывает их общественную функцию). Люди принимали меня за шпиона либо за человека, который снимает здания, потому что их решили сносить. Мало кто верил в мой искренний интерес к этой архитектуре.

Люди принимали меня за шпиона либо за человека, который снимает здания, потому что их решили сносить.

Мне приходилось применять хитрости (например, в Крыму магически действовала фраза «хочу сфотографировать советскую архитектуру») или заходить и быстро снимать, пока не помешали охранники и вахтеры. Иногда я сразу шел к директору объекта и просил дать разрешение. Но даже тогда не получалось снимать все, что я хочу, — люди в каждом отдельном кабинете могли требовать официальный запрос в дополнение к тому, что мне выдавал директор.

Большинству этих зданий еще нет пятидесяти лет, а они уже в очень запущенном состоянии, хотя «живописные руины» нужно хотя бы законсервировать. Иногда получается выбить средства на реставрацию, но ее часто проводят некомпетентные люди — отсюда пластиковые окна, новая отделка…

Многие не понимают, что модернистское наследие так же ценно, как памятники XVIII—XIX веков. Архитектура модернизма у многих ассоциируется с грузом пережитого в СССР: для многих это больше про запах хлорки и половой тряпки, чем про вантовые конструкции в интерьере и рельефные бетонные потолки.


Многие не понимают, что модернистское наследие так же ценно, как памятники XVIII—XIX веков.

Впрочем, у нас к любым памятникам относятся наплевательски. Главный орган их защиты — архитектурное сообщество — в этом вопросе никак себя не проявляет.

Молодежь, не заставшая СССР, больше переживает о сохранности этих объектов. Например, движение #savekyivmodernism возникло как инициатива по спасению «Тарелки» на Лыбедской. К сожалению, в этой инициативной группе почти нет профессиональных архитекторов, все держится на активистах. При этом мировой интерес к этим объектам растет с каждым днем — именно они для многих иностранцев ассоциируются с Киевом и Украиной.

Автор Лена Ковальчук
Источник — birdinflight.com


50 архитекторов-модернистов и их работы — RTF

С началом индустриализации, с изобретением новых материалов и технологий определение архитектуры изменилось навсегда. Когда сложные традиционные здания уступили место функциональным зданиям, появилось множество движений и идеологий. Поскольку у каждого архитектора был свой набор теорий, это привело к строительству самых разных зданий по всему миру. Вот список 50 архитекторов-модернистов и их работы.

1. Фрэнк Ллойд Райт – Фоллинг Уотерс, Пенсильвания (1939) | Архитекторы-модернисты

Икона органической архитектуры, построенная на водопаде.

Фоллингуотер Фрэнка Ллойда Райта, Лорел Хайлендс© Изображение предоставлено Майком Добелем ©washingtonian.comВеб-мастер Дом Райта, Фоллингуотер © wright-house.comФрэнк Ллойд Райт объединил архитектуру с природой в Фоллингуотере © Изображение предоставлено Робертом П. Рушаком,© dezeen.comФрэнк Ллойд Райт интегрировал архитектура в природе в Fallingwater © Изображение предоставлено Corsini Classic Summer, Source-dezeen.com

2. Уильям Холаберд и Мартин Рош – Маркетт Билдинг, Иллинойс (1895)

Один из первых небоскребов со стальным каркасом, Чикагская школа архитектуры.

Здание Маркетт, Чикаго, Иллинойс, США, изображение предоставлено Дж. Крокером ©commons.wikimedia.org Здание Маркетт, Чикаго, изображение предоставлено А. Д. Уайтом. Архитектурные фотографии, библиотека Корнельского университета © flickr.comЧикагский архитектурный центр, здание Маркетт ©architecture.org

Выставочное здание использовало стальные фермы для эстетики.

Хрустальный дворец © lejsl.comХрустальный дворец в Гайд-парке, Лондон, 1851 г. © wikipedia.org/wiki/Великая выставкаХрустальный дворец, вид сбоку, 1851 г. wikimedia.org

4. Александр Гюстав Эйфель — Эйфелева башня, Париж (1889 г.)

Башня из кованого железа, украшающая горизонт Парижа

Эйфелева башня. Изображение предоставлено Беном Лью Сонгом © commons.wikimedia.orgСтроительство Эйфелевой башни © commons.wikimedia.orgАмериканские солдаты наблюдают, как Триколор взлетает с Эйфелевой башни © commons.wikimedia.org

5. Антонио Гауди-Саграда Фамилия, Барселона (2010) | Архитекторы-модернисты

Сочетание готики и модерна.

Саграда Фамилия на площади Гауди, Барселона, Каталония, Испания. Изображение предоставлено С. Мессье © commons.wikimedia.orgСаграда Фамилия © klook.comБарселона, Храм Святого Семейства, изображение предоставлено Банха-Франсом Малдером © commons.wikimedia.org

Объединяет элементы функциональной эстетики с современной архитектурой.

Мис ван дер Роэ с Филипом Джонсоном, Seagram Building © uk.phaidon.comЦентр небоскребов, Seagram Building Изображение предоставлено Marshall Gerometta/CTBUH © skyscrapercenter.comЦентр небоскребов, Seagram Building, Изображение предоставлено John W. Cahill/CTBUH © skyscrapercenter.comНебоскреб центр, Seagram Building, изображение предоставлено John W. Cahill/CTBUH © skyscrapercenter.com

7. Le Corbusier-Villa Savoye, Paris (1931)

Интернационалистское здание, в котором перечислены «5 баллов» Ле Корбюзье.

5 Points, изображение предоставлено Эрикой Хривиковой © Learnvray.com Ле Корбюзье, Вилла Савойя, Пуасси, Франция, изображение предоставлено Valueyou © commons.wikimedia.orgФотография Монтсе Зомарана © montsezamorano.comФотография Монтсе Зомарана © montsezamorano.com

8. Обувная фабрика Вальтера Гропиуса-Фагуса, Альфред (1925) | Архитекторские работы

Вдохновленный архитектурной школой Баухаус.

Фабрика Fagus, изображение предоставлено Карстеном Янссеном © commons.wikimedia.org Фабрика Fagus, изображение предоставлено Traveler100 © commons.wikimedia.org Фабрика Fagus © fagus-werk.com Фабрика Fagus © fagus-werk.com

9. Эрик Мендельсон — Башня Эйнштейна, Потсдам (1921)

Астрофизическая обсерватория изображает экспрессионизм.

Башня Эйнштейна в Потсдаме, Германия, изображение предоставлено Астрофизическим институтом Потсдама © commons.wikimedia.org Башня Эйнштейна, вид сзади, изображение предоставлено Маркусом Винтером из Потсдама © commons.wikimedia.org Башня Эйнштейна, изображение предоставлено Х.Raab © flickr.com

10. Сантьяго Калатрава – город искусств и наук, Валенсия (1998) | Архитекторы-модернисты

Знаковое сооружение представляет собой гигантский глаз.

Город искусств и наук, изображение предоставлено Jcca76 © commons.wikimedia.orgHemispheric Twilight – Валенсия, Испания, изображение предоставлено Diliff © commons.wikimedia.orgMuseu de les Ciències Príncipe Felipe Изображение предоставлено HuseyinUlucay © commons.wikimedia.org

Архитектурный модернизм | Санта-КрусАрхитектор.wordpress.com

Отвергнув орнамент и приняв минимализм, модернизм стал доминирующим глобальным движением в архитектуре и дизайне 20-го века.

Модернизм — единственный наиболее важный новый стиль или философия архитектуры и дизайна 20-го века, связанный с аналитическим подходом к функциям зданий, строго рациональным использованием (часто новых) материалов, открытостью к структурным инновациям и устранением орнамента. Его также называют международным модерном или международным стилем после выставки модернистской архитектуры в Америке в 1932 году Филипом Джонсоном.Модернизм также включает в себя футуризм, конструктивизм, де стиль и баухаус.

Стиль характеризуется:
• асимметричными композициями
• использованием общих кубических или цилиндрических форм
• плоскими крышами
• использованием железобетона
• металлическими и стеклянными каркасами, часто приводящими к большим окнам в горизонтальных полосах
• отсутствием орнамента или молдинги
• тенденция к белому или кремовому

Планы будут свободно расположены, часто с открытыми интерьерами.Вальтер Гропиус (1883-1969) и Ле Корбюзье (1887-1965) были лидерами движения.

Модернизм развивался в Соединенных Штатах двумя разными путями: первый, который преследовали гуманисты, иногда называемый органической архитектурой, был продуктом нашей собственной уникальной американской культуры. Вторая, отстаиваемая сторонниками Международной школы, была философией, заимствованной в основном из школы Баухауза в Германии.

Гуманисты:
Первоначальной целью архитекторов-гуманистов было создание работ, которые стимулировали бы эмоциональные, а не интеллектуальные реакции людей, когда они испытывали искусственную среду.В результате ранние архитекторы-гуманисты в США создали совершенно новый подход к своим проектам, заложив основу американского гуманизма. Луи Салливану обычно приписывают то, что он был отцом гуманистов. Фрэнк Ллойд Райт, который работал на Салливана и учился у него, развил принципы Салливана в своей собственной уникальной архитектурной философии.

Гуманисты уважают природу строительной площадки и ее микроклимат и разрабатывают свои проекты, чтобы в полной мере использовать природные особенности участка.Чтобы сохранить их, они используют натуральные материалы — дерево, камень, медь и т. д. — чтобы выразить врожденное качество этих материалов и присущую им структурную и практическую пригодность; они сочетают искусство и строительные технологии, чтобы создать единство и гармонию между ними; и они создают свои проекты, чтобы избежать формализма.

Интернационалисты:
Целью интернационалистской архитектуры является слияние науки и жизни, попытка объединить искусство и промышленность и привнести их в повседневную жизнь, используя архитектуру в качестве посредника.

европейских архитектора, таких как Вальтер Гропиус (основатель Баухауза, а затем глава Высшей школы дизайна в Гарварде), Людвиг Мис ван дер Роэ ((руководитель архитектурной школы в Иллинойском технологическом институте (ИИТ), ) и Марсель Брейер (который стал партнером Гропиуса и преподавал в Гарварде) приехали в Соединенные Штаты, привезя с собой принципы Международной школы Баухауза.

Интернационалисты отвергают все формы постороннего орнамента, позволяя структуре здания, функциональному соединению и детализации их зданий обеспечивать визуальную изысканность.Они разрабатывают свои проекты с чистыми, четкими линиями — незагроможденными, простыми формами, которые ясно выражают структуру здания и функции, которые они выполняют; они тщательно используют свою палитру строительных материалов — металлы, бетон, пластмассы, стекло и т. д. — чтобы ясно выразить истинную природу используемых материалов и структурных систем и визуально определить различные элементы здания в целом.

Что искать в модернистском здании
• Прямоугольные или кубические формы
• Минимум орнамента или его отсутствие
• Сталь и/или железобетон
• Большие окна
• Открытая планировка

Нравится:

Нравится Загрузка…

Родственные

Гауди и каталонский модернизм — ощущение Барселоны

Последнее обновление: Кристиан Хайде, 26 марта 2021 г. Период, связанный с этим, был около 1888-1910 годов и в первую очередь связан с Каталонией и Барселоной. В условиях быстрого развития и городских изменений во время промышленной революции каталонская элита — политики, буржуазия и богатые семьи предпринимателей — активизировала свои усилия по созданию собственной национальной идентичности.

Модернизм  – это движение, похожее на Ар Нуво во Франции, Сецессион в Австрии или Югендстиль в Германии. В основном выраженный в архитектуре, он также стал важным в других искусствах, таких как живопись, скульптура или декоративно-прикладное искусство, даже в литературе, такой как поэзия, художественная литература или драма.

Что делает каталонский модерн в архитектуре таким особенным?

При осмотре зданий в стиле модерн в Барселоне типичными элементами, которые используются для фасадов, являются:

  • в основном используются кривые, гораздо чаще, чем прямые
  • динамические формы предпочтительнее статических форм
  • богатый декор с цветочными и другими природными мотивами
  • материалы, такие как керамика, мозаичная плитка и стекло
  • скульптуры и мотивы, связанные с важными каталонскими легендами и историей, можно найти во всех зданиях
 

Какие известные примеры модернизма?

Известными примерами каталонского модернизма являются, конечно же, Саграда Фамилия, Парк Гуэль, Дом Мила и Дом Бальо – все работы Антонио Гауди, который стал самым известным архитектором своего времени.Другими фантастическими зданиями являются Дворец музыки и больница Сан-Пау, спроектированные другим звездным архитектором того периода: Луисом Доменеком-и-Монтанером.

Прогуливаясь по Барселоне, вы обнаружите, что многие оригинальные здания все еще существуют и часто прекрасно отреставрированы. Также в районе Эшампле вы найдете очаровательные двери и коридоры, посвященные этому движению.

Частные туристические советы

Что обязательно нужно сделать в Барселоне во время поездки в Барселону:

Гауди и легенды Барселоны – откройте для себя самые популярные работы самого известного архитектора Барселоны за полдня: Саграда Фамилия, Парк Гуэль, Дом Мила и Дом Бальо.

Исследуйте спрятанные улочки с другом — прогулка по лабиринту улочек исторического центра Барселоны, где вы встретите несколько примеров зданий в стиле модерн.

Почувствуйте себя Гауди – тур и мастерская мозаики – узнайте о самых известных зданиях вдоль Пасео де Грасиа во время двухчасовой пешеходной экскурсии, прежде чем получить практический опыт в мастерской мозаики, используя ту же технику, что и Гауди

.

Романтическая прогулка по старой римской дороге – во время этой прогулки на природе вы встретите модернистские фонтаны в природном парке Коллсерола и средневековые часовни вдоль старой римской дороги.

Фотовпечатления зданий в стиле модерн в Барселоне

Вот несколько фотографий, которые мы сделали с объектов модернизма в Барселоне и окрестностях:

Модернизм в архитектуре | Mopec

Примерно в начале 20 века общая неудовлетворенность акцентом на возрожденческой архитектуре и сложной отделке породила множество новых направлений мысли, которые послужили предшественниками современной архитектуры.

Примечательным среди них является Deutscher Werkbund, созданный в 1907 году для производства изделий машинного производства более высокого качества.Сюда обычно относят расцвет профессии промышленного дизайна. Следуя этому примеру, школа Баухаус, основанная в Веймаре, Германия, в 1919 году, переопределила архитектурные границы, ранее установленные на протяжении всей истории, рассматривая создание здания как окончательный синтез — вершину — искусства, ремесла и технологии.

Когда современная архитектура впервые появилась на практике, это было авангардное движение с моральной, философской и эстетической подоплекой. Сразу после Первой мировой войны архитекторы-новаторы-модернисты стремились разработать совершенно новый стиль, соответствующий новому послевоенному социальному и экономическому порядку, ориентированный на удовлетворение потребностей среднего и рабочего классов.

Они отвергли архитектурную практику академической утонченности исторических стилей, которая служила быстро угасающему аристократическому порядку. Подход модернистских архитекторов заключался в том, чтобы свести здания к чистым формам, удалив исторические ссылки и орнамент в пользу функционалистских деталей. Здания демонстрировали свои функциональные и конструктивные элементы, обнажая стальные балки и бетонные поверхности, а не скрывая их за декоративными формами. Архитекторы, такие как Фрэнк Ллойд Райт, разработали органическую архитектуру, в которой форма определялась окружающей средой и целью, с целью способствовать гармонии между человеческим жильем и миром природы, яркими примерами которых являются Роби Хаус и Фоллингуотер.

Архитекторы, такие как Мис ван дер Роэ, Филип Джонсон и Марсель Брейер, работали над созданием красоты, основанной на неотъемлемых качествах строительных материалов и современных строительных технологий, обменивая традиционные исторические формы на упрощенные геометрические формы, прославляя новые средства и методы, ставшие возможными благодаря промышленная революция, в том числе строительство стального каркаса, породившее высотные надстройки. К середине века модернизм превратился в международный стиль, эстетику которого во многом воплощают башни-близнецы Всемирного торгового центра в Нью-Йорке, спроектированные Минору Ямасаки.

Почему модернистская архитектура — отстой… и чем ее заменить

Безликие небоскребы; квадратные дома; бестолковые общественные здания. Модернистская архитектура — монолиты из стекла, стали, железобетона и лепнины, отвергающие текстуру, рабы прямой линии — превращает горизонты в не-места, которые любят архитекторы, а остальные пытаются игнорировать. С покорностью мы задаемся вопросом: возможно, модернистские здания — неизбежный и единственный жизнеспособный продукт индустриализма.Может быть, мы все к этому привыкнем и научимся любить – так же, как в детстве мы ненавидели брюссельскую капусту. И неужели модернистская архитектура теперь является архитектурой ? Это все, что есть, а все остальное — подражание прошлому.

Еще в 2015 году, поднимая отвисшую челюсть в изысканной средневековой деревне Конк на юге Франции, мы с попутчиком начали сравнивать сегодняшние модернистские здания (которые ниже мы будем называть просто «модернизм»/«модернизм»). тем из так называемых темных веков.«Ну, эти здания красивые, — сказала она, — но это потому, что они старые» .

Конк, Франция

Конк, Франция

Конк, Франция

Старые здания лучше только потому, что они старые? Нет, но легко понять, почему так многие думают. Сегодняшняя архитектура, в которой преобладает модернизм, настолько неизменно плоха, что мы считаем красивые здания, которые волнуют наши души и поднимают наш дух, продуктом прошлого; мы верим, что больше не способны создавать красоту.Но, как мы увидим ниже, это не так. Истинная красота, ценимая поколениями, возможна и сегодня.

Отправляйтесь в путешествие, сравните традиционную и модернистскую архитектуру и убедитесь, что вам не платит основная архитектурная индустрия ( «Трудно заставить человека понять что-то, когда его работа зависит от непонимания этого». — Аптон Синклер ). Я так и сделал и вот что понял: старые здания прекрасны, потому что они традиционны.

Он эволюционирует и адаптируется к местным условиям
Прослужит дольше
Более устойчив к окружающей среде
Более популярен среди населения
Сохраняет свою ценность в долгосрочной перспективе

Давайте углубимся в эти моменты…

Вы можете подумать, что «традиционный» — это еще один способ сказать «принадлежит прошлому» или «копирует прошлое», что он по своей сути антисовременен и душит инновации.На самом деле «традиционный» в данном контексте означает «серию успешных инноваций, которые опираются друг на друга». Другими словами, традиционная архитектура по своей сути современна, постоянно меняется, свободно адаптируется к местным условиям. Эта безвременность — единственно истинная современность.

Модернизм, напротив, не современен. Это продукт определенного времени (т. е. с 1930-х годов до настоящего времени — и, надеюсь, недалекого будущего), которое выбросило накопленные веками знания в пользу модных, непроверенных идей, которые быстро и плохо стареют.

Срок годности модернистских зданий короток. Согласно одному исследованию, в отличие от традиционных зданий, которые могут простоять столетия или даже тысячелетия, средняя продолжительность жизни модернистского здания составляет всего 25 лет. В тот момент то, что выглядело резким и новым для одного поколения архитекторов и домовладельцев, выглядело устаревшим для следующего. Здание снесено, его непригодные для повторного использования материалы выброшены на свалку, а вместо него возведено такое же судьбоносное и столь же разрушительное для окружающей среды.

Неудивительно, что модернизм непопулярен среди всех, кроме архитекторов. Одно исследование, о котором я упоминал ранее, показало, что люди в подавляющем большинстве предпочитают традиционные типы зданий «уникальным» или «инновационным» формам. Вот почему модернистские здания имеют тенденцию быстро терять свою ценность. Несмотря на одержимость модернистской архитектуры новизной и уникальностью, в результате получаются города и городки, похожие на мешанину.

Часть центра Остина (хотя это может быть где угодно), все еще строящаяся.Остин переделывает свой центр, превращая его в непривлекательную коллекцию обычных одноразовых модернистских зданий.

Эта вопиющая критика модернизма почти всегда упускается из виду теми в остальном хорошо информированными людьми, которые справедливо выступают за увеличение плотности. Да, у пригородов были ужасные последствия — стирание сообщества, принуждение всех к вождению, подвергание планеты риску — и нам всем нужно жить ближе друг к другу. Но этот энтузиазм по поводу уплотнения без учета архитектурного качества создает множество новых проблем.

Но чтобы вы не думали, что все это гибель и мрак, берегитесь! Есть хорошие новости. Во всем мире традиционная архитектура возвращается перед лицом все еще доминирующего буйства модернизма (изображения предоставлены @NewClassicism):

Область, Украина. Год постройки 2014.

Лондон, Англия. Год постройки 2007.

Лиссабон, Португалия. Год постройки 2005.

Париж, Франция. Год постройки 2007.

Саффолк, Англия. Год постройки 2010.

Ущипните себя, если нужно, эти здания настоящие и новые.И чтобы вы не подумали, что США, утопающие в мусорной архитектуре, пропускают этот праздник, подумайте еще раз.

1932 N Burling Street Чикаго, Иллинойс. Построен в 2010 году. Источник: Miller + Miller Architectural Photography

.

Флагманский магазин Ralph Lauren, Мэдисон-авеню, 888. Нью-Йорк, штат Нью-Йорк. Год постройки 2011.

2230 N Wayne Avenue, Чикаго, Иллинойс. Год постройки 2013.

161 Commonwealth Avenue, Бостон, Массачусетс. Год постройки 2011.

Частная резиденция, Бернардсвилль, Нью-Джерси. Год постройки 2015.

550 W Диккенс-авеню Чикаго, Иллинойс. Построен в 2011 году. Источник: Tony Soluri Photography

.

Даже для читателей, живущих в моем родном штате Техас, месте, которое обычно изрыгает низкокачественные здания, у вас тоже могут быть хорошие вещи. Следующие изображения предоставлены Техасским отделением Института классической архитектуры и искусства.

Резиденция Медоу-Лейк, Хилл-Кантри, Техас. Год постройки 2017.

Каменный коттедж, Сан-Антонио, Техас. Построен примерно в 2015 году.

Но ведь стоимость традиционного строительства непомерно высока в современном мире сборочных конвейеров? Это не так, говорит известный традиционный архитектор Куинлан Терри. Сообщается, что недавно завершенное традиционное здание Гарвардского университета, которое превзошло конкурирующий модернистский дизайн, было завершено в рамках бюджета (и с опережением графика). И, в конечном счете, традиционные здания, построенные из качественных материалов, служат дольше, стареют более изящно, их легче модифицировать и ремонтировать, и с течением времени они сохраняют более высокую денежную стоимость.Напротив, модернистские здания являются настоящими высасывателями денег, возлагая на будущие поколения затраты на снос и восстановление и ограничивая районы в накоплении долгосрочной стоимости.

Конечно, остерегайтесь ловушек. Продвигая традиционную архитектуру, мы должны видеть насквозь самозванцев, которые накладывают поверхностную традиционную эстетику на нетрадиционные структуры. Все конструкции настоящих Маккоев традиционны, сделаны из проверенных временем материалов: несущей кладки, камня, кирпича и дерева.

Традиционной архитектуры, конечно, недостаточно для создания великих городов. Нам также нужен отличный (то есть традиционный) городской дизайн, в котором здания образуют привлекательное и оживленное общественное пространство — наши улицы, площади, променады и парки. Этот союз, который, как говорят, присутствует в недавно построенных городах, таких как Розмари-Бич во Флориде, позволит появиться местам, которые, наконец, смогут конкурировать с тем, что мы создали в прошлом.

Но сначала мы должны продвигать новую систему производства, которая положит конец модернистской эре одноразовых зданий и откроет новую эру качества, традиционной архитектуры.

Розмари Бич, Флорида. Новый урбанистический дизайн, сочетающий в себе качественную архитектуру и городской дизайн. Источник: ЧНУ.

Как модернизм изменил профессию архитектора в худшую сторону. | Андрей Васильев | Стартап

Познакомьтесь с Рокко… Извините, я имею в виду: познакомьтесь с Говардом Рорком

Вы не можете пройти архитектурную школу, не подвергнувшись бомбардировке «Источника», это просто факт. Для тех, кто не в курсе, «Источник» — это роман, написанный Айн Рэнд, позже экранизированный, изображающий подвиги Говарда Рорка, архитектора, полностью занятого художником и частично просветителем обывательской публики.Для значительной части студентов-архитекторов и большинства профессоров Говард Рорк был мужчиной. Сильный, дальновидный, бескомпромиссный в своем творчестве и искусстве для среднего, необразованного потребителя. Этот чувак был в основном архитектурной версией Рокко Сиффреди. Для меня Рорк был напыщенным, высокомерным придурком, который не ждал от своих клиентов ничего, кроме карт-бланша, и закатывал истерики, когда они неизбежно отказывались от его нелепых требований. В то время как Рорка изображали гением, все остальные, не разделявшие его мнения, были неуклюжими дураками.Итак, очевидно, что книга была написана в 1943 году (фильм был снят в 1945 году), а персонаж — не более чем рупор философии Рэнд. Об этой книге и персонаже говорили на занятиях в дизайн-студии, студенты делились отрывками из видео в качестве мотивации и вдохновения, и вам, по сути, приходилось говорить, что вы восхищаетесь Рорком, архитектором-прометеем, по крайней мере, на вас смотрели со смесью ужаса и ужаса. отчаяние.

Так что же такого было в этой книге, что вызвало такое восхищение Башней из слоновой кости, что является архитектурной академией? Книга написана не очень хорошо и, как и значительная часть романов Рэнд, в настоящее время рассматривается более сомнительно.Персонаж не вызывает симпатии, диалоги кажутся нелепыми, а сюжет в лучшем случае сомнительным. Что вызывало восхищение, так это тот факт, что Рорк воплощал идеал Современного Архитектора (в глазах студентов и научных кругов).

Модернизм полностью изменил профессию архитектора. Он разорвал связи с прошлым, принеся новые идеи и творчество. Но это принесло и несколько минусов. Модернизм — это не столько движение, сколько идеология для архитекторов. В модернизме архитектор, творец — центральная фигура.Проекты делаются не для клиентов, а для художественных, социальных, экологических или утопических целей. Знаменитая цитата из фильма «Я не строю, чтобы получить клиентов, я беру клиентов, чтобы строить» — яркий тому пример. Для модернистов клиенты были (едва ли) необходимым злом, необразованным и тупым, преграждающим путь визионерскому творчеству. Неудивительно, что некоторые из самых сумасшедших предложений возникли именно в этот период. Архитектор Шарль-Эдуар Жаннере, он же Ле Корбюзье (самый важный модернистский архитектор и фигура Иисуса в профессии) предложил снести центр Парижа и заменить его многоэтажками.

Парижское предложение Ле Корбюзье

Было бы легко сбросить со счетов это глупое увлечение, из которого вырастают архитекторы после окончания учебы. Но в этом-то и проблема, а не в этом, и проблематичное отношение, представленное в «Источнике», широко распространено в профессии.

Начнем с фундаментальной проблемы — отношения архитекторов к клиентам. Большую часть времени это выставляется в свете конфронтации, когда архитекторы считают себя угнетенными.Фундаментальным качеством, лежащим в основе любых отношений между клиентом и профессионалом, является доверие. Клиент должен верить, что тот, кого он нанял, по крайней мере, умеренно компетентен, а архитектор должен верить, что, по крайней мере, клиент не подведет его напрямую. Это должны быть (по крайней мере, несколько) сбалансированные отношения, иначе не может быть никакого движения вперед. Конечно, к нам постоянно приходят клиенты с безумными требованиями и хреновыми идеями, но это верно для любой свободной профессии (например, юриспруденции, архитектуры, медицины и т. д.).У скольких врачей к ним приходили пациенты, убежденные, что они умирают от рака, после прочтения какой-нибудь статьи в Интернете? Наша профессия ничем не отличается. И точно так же, как врачи, которые говорят и убеждают своих пациентов, что они на самом деле не умирают (или дают им плацебо и избавляются от них), мы должны взять обрушившееся на нас безумие и превратить его во что-то хорошее. Но большинство архитекторов обижаются на это, отказываясь работать с тем, кто их не понимает. В книге Рорк не принимал ничего, кроме полного контроля над проектом, рассматривая любую модификацию по чьей-либо просьбе как смертный грех, разрушающий искусство (он решил работать в каменоломне, когда клиент отказался от его проекта, например уравновешенный человек!).

Как не надо работать с клиентами

Рорк знал, что он гений, и ожидал, что другие примут и признают этот факт. В конце книги, после того, как один из его проектов подвергся изменениям, он решает буквально взорвать здание, и его защита в суде состоит в том, что проект задел его эго и творческую целостность (очевидно, лучшая защита от обвинений в терроризме). И поскольку книга так хорошо написана, эта безумная идея защиты действительно работает. Рорка отпускают, и его возлюбленная (женщина, которую он «вроде бы изнасиловал» при встрече с ней) выходит за него замуж (такой классный парень, явно образец для подражания).Вот в чем проблема: большинство архитекторов на самом деле думают именно так. Инженеры нас не понимают, они просто хотят испортить наше видение; Подрядчик — идиоты, которые не могут построить наше видение; Руководители проектов — это обезьяны, которые просто отправляют электронные письма каждый день, не работая над нашим видением; Клиенты — необразованные дураки, отвергающие наше видение; и т. д. Эти взгляды нормальны и широко распространены в профессии, и они исходят из модернизма. Высокомерие не исключение, это факт для большинства архитекторов. Недавно я был на собеседовании в Бухаресте с пожилым архитектором.Одним из проектов, которые я представил, был Deck House. Теперь один из главных вопросов заключался в том, почему дом был длинным и узким, и ответ заключался в том, что это был эстетический выбор, вдохновленный американскими амбарами (точнее, длинным домом 30×40 Design Workshop). Это вызвало реакцию, за которой последовало несколько замаскированное отвращение и долгая критика отсутствия реальной американской архитектуры и истории, а также удивление по поводу того, что я выбрал такое ужасное вдохновение (приправленное замечаниями типа «Ну, если вы не проектируете большие масштаб зданий, вы не настоящий архитектор» или «У нас есть человек, который работал в Нью-Йорке, но, к счастью, он хорошо приспособился к городу»).Послушайте, у каждого есть субъективное мнение (лично мне не нравится архитектура в параметрическом стиле, но это субъективная неприязнь), но не любить что-то — неправомерная критика, если только вы не думаете, что придерживаетесь высшей истины (другими словами, если ты высокомерный е**к).

И это высокомерие в конечном итоге стоит больших денег. В одной из сцен экранизации Рорк представляет свой дизайн для Сбербанка на Манхэттене (без обид, но я видел в пародии на Браззерс более выдуманные имена, чем это).Это идет хорошо, но правление хочет некоторых модификаций, включая классическую архитектуру. Теперь, в таких ситуациях, важно хорошее общение, понимание реальной проблемы, с которой сталкивается клиент, и либо действие соответственно, либо избавление от этих страхов. Что ж, Рорк оскорбляет клиентов и уходит. В этой профессии очень важно хорошее общение (перефразируя Томаса Джефферсона, это должно быть «самоочевидной истиной», но из того, что я видел до сих пор…). Нужно понимать, чего хочет клиент, куда он хочет пойти и что на самом деле делать.В конце концов, мы не строим проекты ради самих себя. Если этого общения не хватает, большая часть работы никогда не будет покидать офис.

Китинг и Рорк

У Источника должен быть характер для кого-то вроде меня, кто хочет «потворствовать покупателю» и «поставить под угрозу целостность здания», и его имя будет Питер Китинг, проницательный и бездарный халтурщик, который обращается за помощью к Рорку в поисках своего гения. К счастью, реальный мир не такой черно-белый, как в романе.И чтобы эта профессия развивалась, потребуются люди с широким кругозором, которые стремятся продвигать дизайн вперед, сотрудничая с другими и избавляясь от своих предубеждений и высокомерия. Самое смешное, что несколько десятилетий спустя Монти Пайтон сделал набросок об архитекторах, который чем-то напоминает сцену с банком из «Источника». У него также было несколько ключевых отличий…

Андрей Васильев, архитектор, основатель Animo Regis, бухарестской проектно-исследовательской компании

Отцы модернистской архитектуры

Первым и часто наиболее известным был Уолтер Гропиус, который оставил свой след в мире архитектуры, создав невероятный дом в Бостоне, штат Массачусетс, со стеклом, акустической штукатуркой и хромированными акцентами.Этот стиль дизайна резко контрастировал с колониальными домами в американском ландшафте.

 

Родившийся в Германии, Гропиус вырос в семье архитекторов и присоединился к архитектурной фирме Петера Беренса в 1908 году. Именно здесь Гропиус познакомился и работал с другим пионером Людвигом Мис Ван дер Роэ.

 

Первая конструкция, которую Гропиус предложил миру, была известна как Fagus-werk. Дизайн этой фабрики, которая производила детали для создания ботинок, не только впечатлил владельца Карла Беншайдта, но и заложил основу для карьеры, благодаря которой Гропиус привнесет свои впечатляющие проекты практически во все стили жилой и коммерческой недвижимости.

 

Чуть более десяти лет спустя Гропиус стал директором Великокняжеской Саксонской школы искусств и ремесел в Веймаре. Вскоре Гропиус превратил школу в знаменитый Баухаус, место, куда начинающие художники, архитекторы и дизайнеры могли приходить учиться и воплощать в жизнь свое собственное вдохновение. Непрекращающаяся угроза со стороны режима Третьего рейха в Германии побудила Гропиуса переместить Баухаус в Дессау в 1930 году и, в конце концов, полностью покинуть Германию и переехать в Бостон в 1936 году.

About Author


alexxlab

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.